Чтение онлайн

В памяти князя Магов появилась картинка совещания, созванного после обнаружения шокирующей правды. Только в одном у них не было сомнений – никто ничего не должен узнать.

В кабинете, в личном дворце Габриэля на Луне, царила гробовая атмосфера. Рафаэль беспрерывно плакал, отчаянные всхлипывания раздражали остальных. Михаэль подпирал подбородок кулаком, Габриэль нервно кружил по комнате. Разиэль теребил пальцами кончик косы. Они только что вступили в тайный сговор. Удалось переубедить оставшихся трех архангелов, имеющих право не вызванными появляться перед Белым Троном, держать язык за зубами. Остальные крылатые Царства должны были получить именной приказ появиться перед Божьим Ликом, чтобы узреть Его. Правда была такова, что большинство ангелов никогда не видели Бога. Поэтому заговор имел большой шанс на успех.

– Ну, мы сделали это, – хрипло произнес Габриэль. – По крайней мере, мы не допустили безумной гражданской войны, которая уничтожит мир.

Рафаэль застонал.

– Не знаю, действительно ли мы правильно поступаем. Мы должны рассказать правду.

Зеленые глаза Габриэля опасно заблестели.

– Не смей! – гаркнул он. – Ты поклялся, помни.

– Послушай, Рафаэль, – повторил в сотый раз Разиэль, – только воля Господа является гарантом нашей власти. Если правда выйдет наружу, на нас накинутся враги и узурпаторы со всего Царства, и мир захватят демоны.

– Если бы только демоны, – буркнул Михаэль.

– Вы снова говорите о власти! – всхлипнул Рафаэль. – Бога нет! Понимаете?! Он ушел! Оставил нас на произвол судьбы. На погибель.

Габриэль резко развернулся.

– Прекрати немедленно! – прошипел он. – Пока мы сидим за столом и делаем вид, что ничего не изменилось, у Царства есть шанс выстоять. Оно не распадется.

– Но мы хотим связаться с Люцифером! – возмутился Рафаэль.

Собравшиеся переглянулись. Действительно, хотели. Власть Господа распространялась как на Небеса, так и на Преисподнюю. Трон Люцифера зашатается еще быстрее, чем регента Царства, когда станет известно, что Господь оставил Вселенную. Если доверить тайну Люциферу и его ближайшим сановникам, по крайней мере, они обретут союзника, который будет так же рьяно хранить этот секрет, как и они.

– Вот так, – громко сказал Разиэль, – Люцик и его банда снова стали нашими друзьями.

Даже сейчас, через столько веков, Князь Магов не избавился от сомнений. Хотя хорошо знал, что, если снова появится возможность выбора, он поступит точно так же. Как и другие архангелы.

Заговор продержался много столетий. Кроме семи крылатых конспираторов и нескольких приближенных к Люциферу темных, к ним присоединился только Даймон Фрэй, ангел Разрушения. Габриэль был уверен, что ему можно доверять и Фрэй мог стать ценным источником информации. Сила Разрушителя, Уничтожителя Миров, просыпалась в нем только по прямому приказу Бога. Если бы Даймон превратился в Абаддона, архангелы получили бы доказательства того, что Господь непосредственно интересуется Царством. Однако меч Фрэя, Звезда Разрушения, ни разу со времени ухода Господа не запылал сиянием силы.

Разиэль вздохнул в очередной раз за этот вечер. У него больше не было желания размышлять о прошлом. Слишком много там было болезненных воспоминаний.

Князь Магов поднялся, отложил летопись на полку и решил, что для расслабления ему стоит немного поработать над эликсиром чистой радости. Он вышел из библиотеки и направился в сторону лаборатории. Едва он переступил порог, как почувствовал страшную боль в висках, перед глазами взорвались разноцветные искры, и он без сознания упал на пол.

Регент Царства, Габриэль, плохо спал этой ночью. В сонных видениях он был подвешен в пустоте глубокого Космоса, неподвижный и безвольный. Он видел звезды и планеты, кружащиеся в вечном танце, маленькие, гладкие, цветные. Наконец он понял, что это стеклянные шарики разного размера катятся по огромному столу, накрытому черным сукном.

Габриэлю не понравилось, что он не имел никакого контроля над этим видением. Ведь он же был владыкой снов. Он попытался воссоздать образ, изменить его, но не смог. Даже проснуться не смог. Так и лежал неподвижно, вглядываясь в танец стеклянных шариков.

Затем в его голове прозвучал глубокий, низкий голос, звук которого привел ангела в иррациональный ужас.

– Сыграешь для меня, Габриэль?

Регент Царства открыл рот, чтобы закричать, и неожиданно проснулся в своей кровати, дрожащий, как от сильного холода.

Страх исчез вместе с сонным видением, однако он оставил после себя странное беспокойство, которое не отпускало Габриэля даже с наступлением рассвета. Никогда до этого времени архангел Откровений не встречался со сном, над которым не имел власти.

Ужасная боль разрывала мозг. Сосредоточилась где-то за глазами и лилась оттуда, охватывая всю голову, переворачивая желудок, доставая до кончиков пальцев. Разиэль застонал. Сознание медленно возвращалось, но ему понадобилось много времени, чтобы принять тот факт, что он, свернувшись, лежит на полу лаборатории. Он попытался пошевелиться, но ощутил в мозгу пронизывающий всплеск боли, и тело моментально обдало ледяным потом.

Он прикрыл глаза и позволил себе немного полежать. И сразу же провалился в темноту без времени и пространства, поэтому когда снова открыл глаза, то не знал, прошла минута или несколько часов. В одном он был уверен, тот, кто ударил его такой сильной разрушительной магией, умел ею пользоваться.

С большим трудом он встал на четвереньки, а потом на колени. Мир вокруг кружился, колыхался, наполненный яркими цветами и замысловатыми формами, как большой безумный корабль, дрейфующий в неизвестность. Разиэля затошнило, но он все равно пытался подняться на ноги. Дрожащими и потными пальцами он схватился за край стола, чтобы на него опереться, и услышал звон разбитого стекла. Мелкие осколки рассыпались по полу, и только тогда архангел понял, что скинул со столешницы несколько реторт. Пятна разлитой жидкости на полу начали испаряться. Резкий, неприятный запах хотя и раздражал ноздри, но отрезвлял Разиэля. Держась за стол, он смог подняться и, несмотря на ужасную боль и головокружение, снова не упасть. У него была проблема со зрением, маленькие предметы, на которые он смотрел, становились огромными, а большие казались маленькими или очень далекими. Он облизал сухие губы, попытался сплюнуть, чтобы избавиться от отвратительного послевкусия, которое всегда сопровождает отравление черной магией, но не нашел ни капли слюны.

– Хорошо тебя приложило, Разиэль, – прохрипел он себе. Он был архангелом Тайн, князем Магов, самым сильным чернокнижником и алхимиком в Царстве, принадлежал к семи архангелам, делящим абсолютную власть, главой тайной разведки, с которой могла сравниться только разведка Азазеля, а оказался атакован и сбит неизвестной магией в собственной лаборатории, защищенной, словно крепость. До этого момента он считал свой дворец, а в особенности лабораторию, самым безопасным местом, какое только знал, охраняемым заклинаниями, знаками и печатями, которые невозможно взломать. А теперь хмурый, больной, с трудом сдерживающий тошноту, он вынужден изменить свое мнение. Кто-то в самых мерзких закоулках Преисподней оказался настолько могущественным, чтобы пробраться в личные покои Разиэля и использовать против него заклятие, которое архангел не только не почувствовал, но и не мог распознать. А что хуже всего – он ничего не помнил. Вошел в лабораторию, проверил результаты опытов, записал их в книгу… О, Бездна! Книга!!!