Чтение онлайн

– Не забывай, что фрицы здесь на нашей стороне. – Я поспешил восстановить историческую справедливость.

– Да ну, это частности, – отмахнулся мой напарник. – А если честно, меня это печальное обстоятельство круто напрягает. Война, конечно, давно была, но вот не люблю я немцев, хоть тресни.

– Сергей, – пристыдил его я, – это было в другом мире, другие люди. К тому же здесь той войны еще не было и она, вполне может быть, не произойдет. А кроме того, мы не в Германии, а в Австрии.

– Спасибо за географическую справку, – поморщился Лис. – Между прочим, фюрер тоже австрияком был.

– При чем здесь это? – спросил я в недоумении.

– Ни при чем, к слову пришлось. Хотя нет, при чем! Вот скажи, куда нас ведет этот доморощенный Сусанин? Какого рожна твоей княгине потребовалась такая конспирация? Она что же, в память о муже решила повторить в нашем исполнении переход Суворова через Альпы?

– В каком смысле? – не понял я.

– А в таком, что к дороге следовало бы спускаться вниз, а мы шо те пингвины – гребем по снегу в горы. Это нормально?

– Ты же знаешь, в горах прямая дорога не самая короткая.

Лис только вздохнул, подергивая уздечку своего коня:

– Ну, шо ты тормозишь? Иди, неживой, а то, глядишь, на фрицевскую засаду нарвемся.

Уже было совсем темно, когда дорога через заснеженный лес вывела нас к распадку, по которому четко прорисовывалась колея от полозьев саней.

– Уже недолго. Скоро прибудем, – обнадежил нас проводник, и это была самая длинная фраза, которую он произнес за время пути.

Действительно, не прошло и двадцати минут, как за поворотом, должно быть, пересохшего в незапамятные времена горного потока перед нами возник небольшой, аккуратный, точно сошедший с рекламной открытки замок. Лесмотря на его удлиненные готические формы, мне отчего-то казалось, что это тоже дань романтической моде, построен он каким-нибудь чудаковатым аристократом совсем недавно.

В замке, вероятно, нас уже давно ждали. Едва мы поравнялись с воротами, как они без всякого сигнала или окрика отворились, и слуги, судя по манере действовать безмолвно – близкие родственники нашего провожатого, приняли заледеневшие поводья из рук гостей.

– Зачудительное место для свидания, – оглядываясь, констатировал Лис. – Капитан, ты, часом, не знаешь, зачем ее светлости понадобилась такая драматическая обстановка? Шо ты ей такого наговорил в мое отсутствие?

– Вроде ничего особенного, – оглядывая переминающихся на морозе живописных стражников в кирасах и кабасетах, заверил я друга.

– Ладно. – Сергей небрежно положил руку на эфес сабли, словно ища точку опоры для ладони. – Сходим посмотрим, шо она тут накаруселила.

При этих словах двери стоявшей посреди двора башни картинно отворились, словно приглашая из промороженного двора в тепло. Мы едва успели переступить порог, как расторопные стражники вновь захлопнули их за нашими спинами.

В огромной круглой зале один за другим зажглись десятки факелов.

– Ни фига себе любовное гнездышко! Капитан, хочешь анекдот? Возвращается француженка домой, а там десять мужиков. Она им: «Месье, я так устала, так устала! Двоим последним придется уйти». Намек понимаешь?

Я оценил шутку друга. Да и что тут было непонятного? Вдоль стен с дистанцией примерно в ярд стояли одетые в черные балахоны джентльмены в непроницаемо-черных масках с прорезями для глаз. В одной руке каждый из них держал факел, в другой – обнаженную шпагу.

– По-моему, у нас проблемы, – задумчиво оглядывая вздымающиеся в салюте стальные острия, прокомментировал я картинку.

– Какое ценное наблюдение! – сквозь зубы отозвался Сергей. – А я всегда говорил – от ля фам добра не шерш!

– Приветствую вас, брат Эммануил! – звучным, хорошо поставленным голосом провозгласил один из чернецов, выступая на три шага вперед. – И вас, неизвестный брат.

– Вы, должно быть, нас с кем-то путаете, господа, – отвечая на приветствие, увещевающе начал я. – Наверняка путаете. Я, конечно, брат, но мое имя Вальтер.

– Кого ты привел, несчастный?! – В голосе, который выкрикнул эти слова, уже не слышалось недавней почтительности, хотя несколько мгновений назад его, по выражению Лиса, можно было намазывать на хлеб вместо масла.

– Мастер, они дожидались в указанном вами месте! – пустился в оправдания наш провожатый.

– Глупец! – яростно отрезал замаскированный, и десятки клинков по этому слову опустились, образовав вокруг нас сверкающее остриями кольцо.

– Капитан, ну хто тебя дергал за язык? Ну, потусовался бы вечерок Эммануилом, шо, от тебя б убыло? Не видишь, они тут все малахольные! Нинзи-переростки.

– Кто вы такие, господа? – Речь говорившего звучала жестко и была лишена всякого намека на дипломатичность.

– Не, ну, они еще спрашивают, – попробовал было возмутиться Лис. – Сами притащили…

– Погоди, – прервал я друга. – Господа, прошу вас принять наши извинения. Мы не желали потревожить уединенность вашего почтенного собрания и уж вовсе не хотели нарушить святость ритуала…

– Кто вы такие? – по-прежнему рубил вожак факельщиков, и его соратники, явно зная, что им надлежит предпринимать, начали смыкать круг.

– Вот сейчас, кажется, и согреемся, – оглядываясь по сторонам, пробормотал Лис, до половины обнажая саблю.

– Остановись, — прошептал я. – Двумя саблями против полусотни шпаг не отмашешься. Мое имя Вальтер! Вальтер Турн, граф фон Цеверш. Это мой друг, кавалер из Галиции Сергей Лис. Мы сожалеем о той ошибке, которая свершилась помимо нашей воли.

– Турн? – переспросил главарь. – Вы в родстве с прусскими князьями Турн унд Таксис?

– Буквально родный сын! Если, конечно, это в нашу пользу, – спешно отрапортовал Лис.

– В родстве, – подтвердил я.