Чтение онлайн

– Сегодня наш день, и мы ничего не будем планировать, никаких решений мы принимать не станем, но завтра мы перевернем жизнь на этой земле. Север больше не будет таким, каким был до сегодняшнего дня, - я встала, и обведя взглядом всех собравшихся, говорила громко и уверенно. – Те, кто пошел против нас больше не будут иметь доверия, и никакая жалость больше не будет присуща правителям северных земель к людям, что не ценят заботу о них.

– У вас слишком большие земли, чтобы охватить их вниманием двух человек, - тихо и спокойно сказал Харэм.

– Осенью мы объедем все наши земли, поделим их на княжества, дадим некоторым, преданным людям право на правление этими землями – они будут давать клятву верности. Земли Харэма станут пограничными с нашими землями, Тиара должна будет признать, что теперь она – наш вассал.

– Я признаю это, Сири, и то, что вы позвали нас на свои земли, дадите помощь и защиту, через время станет привычным для моего народа. Я готова взять в стан северян, что вернулись с юга, и, если они захотят, мы сможем уже до зимы построить дома. Наши женщины бесстрашны и трудолюбивы, - она встала и говорила громко и гордо

 Я наблюдала за тем, как Гор смотрел на нее, и надеялась, что он поймет – она не изменится, она не вступит в строгий патриархат. Но люди меняются, меняется их отношение к любимым, меняется точка зрения.

Вечером у кромки леса собралось не менее трехсот человек. Горели костры, жарилась оленина и рыба, из домов люди выносили олу. До вечера народ отдохнул, и сейчас, когда больше не нужно было беспокоиться, все улыбались друг другу, свободно гуляли по улицам, пугая жителей. Незнакомцы пугали, но никто не произнес и слова против них – люди не знали, что с ними будет дальше. Разговор с ними я не хотела начинать рано – нужно было, чтобы все пришли в себя.

– У нас в городе триста человек, и еще, надеюсь, скоро вернется Бран с Улаалем. Там еще не меньше сотни. Думаешь, мы сможем прокормить всех? – Драс отправил женщин Тиары за детьми и присоединился ко мне – пока шла подготовка к празднику, я пошла домой – проверить Севара и Юту.

– Сможем, Драс, и через несколько дней, когда будет ясно – что с людьми Брана, мы объявим о том, что прежняя жизнь и ее уклад в прошлом. Мы должны это сделать пока все эти люди рядом. У нас прибавилась армия – триста северян, что пришли с юга, станут нашим щитом на все время, но нам нужны те, кто как Гор, будет предан.

– Это я решу сам. Часть уйдет с Гором, но большинство останется здесь, и мы будем строить новые дома.

– Мы впервые подпишем договоры, Драс. У нас будет договор с югом, с харкамами, с Тиарой, что теперь – северянка. Если Юта согласится выйти за Харэма, наш с ним союз станет еще крепче.

– И мы можем торговать и обмениваться с ними товарами. Да, это очень хорошо, только справимся ли мы сами?

– Обязательно. У нас есть преданные люди, а новые назначения коснуться только вернувшихся северян, что еще помнят – кто вернул их домой, кто сделал все, чтобы они могли, наконец, ступить на свою землю.

Юта чувствовала, что не может бороться с этими людьми, их слишком много, и они слишком сильные, чтобы вырваться. В какой-то момент, когда она расслабилась, и ее стащили с лошади, их хватка ослабла, и она ринулась на встречу Харэму, но позади ее тут же раздалось резкое «вжжик», и плечо пронзила острая боль.

Она видела только лицо Харэма, а все крики, что секунду назад окутывали ее голову, стали однотонным гудением. В груди стало горячо, а рубашка в момент пропиталась теплой кровью.

Харэм расталкивал всех на своем пути, он, не меняя направления своего взгляда просто шел вперед, и когда двое солдат снова схватили Юту, он в два прыжка оказался рядом. Всего нескольких ударов ножом было достаточно, чтобы их хватка ослабла, и она упала в его руки. Выбираться с ней через толпу было невозможно, но возле одного из домов он увидел своих людей, и по его знаку, они расчистили дорогу.

Войдя в большой дом, который оказался школой, он на руках занес Юту и положил на первый попавшийся стол. Стрела прошла насквозь, и он знал, что ей будет очень больно, когда он будет ее ломать. В дом завели Сигу и занесли Севара. В проеме он видел, что Драса уже отвязали, и он снимает со столба Сири.

– Сига, ты можешь держать ее? – он видел, что девушка слаба, но его воины не могли остаться с ним рядом, потому что площадь сейчас кишела солдатами Оруса.

– Да, я смогу, только попью, - она ладонями зачерпывала воду и пила большими жадными глотками, чувствуя, как ее тело наполняется силой.

– Я свесил плечо, и теперь ты должна немного лечь на другое плечо, чтобы я смог сломать стрелу, - он смотрел, чтобы Сига сама не потеряла сознание, - Ты просто наклонись на нее. Опусти голову, не напрягайся и береги свои силы.

Немного протащив древко вперед, он схватился одной рукой за железный наконечник, другой придерживал оперение внизу, за плечом. Лишь бы она сломалась там, где нужно. Когда стрела сломалась, Юта от боли пришла в сознание и закричала. Сига побелела и начала сползать на пол. Он аккуратно положил ее на другой стол и вернулся к Юте.

– Потерпи, все хорошо, ты не умрешь, сейчас я вытащу ее и прижгу, - говорил Харэм спокойно и уверенно. Она мотнула головой и сжала губы. – Вот, держи это, - он порвал ее рубашку и закатав ее край, положил его между ее зубами.

В дом вошел Драс, он нес Сири. За ним Шли Драс и Гор.

– Быстро, разжигайте очаг, мне нужны угли, - крикнул Харэм входящим, прижал Юту левой рукой к столу, чуть навалился на нее и выдернул стрелу из плеча снизу.

Она закричала и снова потеряла сознание. Гор кинулся к очагу. Бор снял с себя рубаху, но понимая, что она слишком грязная, чтобы служить бинтом, взял ведро с водой и вылил его в большой деревянный таз, бросил в него рубаху и вышел с ведром на улицу, к бочкам с водой, чтобы принести еще.