Чтение онлайн

Самый главный стол, естественно, был накрыт во дворце. Туда же были приглашены и мэр со своим заместителем. Так что, Тугорд, вместе с другими помощниками мэра сейчас здесь заправляли на правах хозяев.

— Араночка, я должен вас оставить, — извинился перед женой Тугорд, похлопал по плечам сыновей, подмигнул Вике и пошёл на третий этаж, где его ждали коллеги.

В огромном торжественном зале собрались две сотни гостей, а может и больше. Сосчитать их Вика вряд ли бы смогла, да она и не хотела. Кроме торжественного зала, для гостей приготовили и десяток комнат, переоборудовав рабочие кабинеты чиновников магистрата под места для фуршетов и настольных игр. В соседнем зале, поменьше, слуги только разносили еду и туда пока ещё никого не приглашали.

Несмотря на такое большое скопление народа, тут все друг друга знали — это были представители городской управленческой верхушки, местные толстосумы и их совершеннолетние члены семей.

В таком обществе, новое лицо, к тому же красивое, да ещё приставленное к восхитительной фигуре, подчёркнутой скромным, но отлично пошитым платьем, не могло не вызвать интереса.

Как назло, Арану утащили появившиеся подруги в одну из комнат, и Вика осталась со Своном и Галлом, к их радости и гордости.

Осмотревшись, она приметила удобный диванчик в самом дальнем углу зала, откуда, до самого начала пиршества, она могла бы наблюдать за местной ярмаркой тщеславия. Но её план пошёл насмарку.

— О, Свон, привет! Привет, Галл, — к братьям Макр подошёл и обратился явный лидер местной золотой молодёжи.

За ним, Вика это уже приметила, по залу и в комнаты для развлечений, словно привязанные, ходила компания из пяти парней.

Вика их всех быстро оценила — таких крысюков она не раз видела и в своём родном мире. Только там они были в версаче на теле и с ролексами на руках, а здесь в бархате и с бриллиантовыми перстнями на пальцах, а в остальном, это дерьмо, по-сути, друг от друга ничем и не отличалось.

Не нужно было быть сильно догадливой, чтобы понять, что подошли они к братьям Макрам из-за неё. Пипец. Сейчас начнут пальцы гнуть.

— Привет, Оззи, — ответил Свон, — Не танцуется?

Музыка, звучавшая в зале, на вкус попаданки из другого мира, была мало пригодной для танцев. Но народ танцевал и, судя по лицам, получал от этого удовольствие.

— Да разве можно мне с кем-то ещё танцевать, когда тут такая красотка скучает? Познакомь.

С Оззи можно было бы писать картину «Жизнь удалась». Столько много в нём было самодовольства. Смотрел он на Вику снисходительно-презрительно, типа, принц до пастушки снизошёл. Вика ешё со школы не любила таких козлов.

— Это Нелла, наша сестра, двоюродная, — представил её Свон, — А это Оззи, сын нашего мэра, — представил он ей хлыща.

— Старший, — многозначительно поправил тот Свона, — Старший сын.

— Да ладно. Сын самого мэра? Старший? — восхитилась Вика.

Откуда, из какого мира это было взято, Вика не имела представления. Она вообще считала умения боевого искусства ушери самым бестолковым и ненужным из того, что ей досталось. И вот, надо же, эти навыки пригодились.

Издевки в её словах Оззи не заметил. Что неудивительно — такие самовлюблённые и напыщенные болваны даже не мыслят, что их статус может кого-то не восхищать. А уж по поводу своей личной неотразимости, у мэрского сынка и сомнений не могло быть.

— Вам плохо? — участливо поинтересовалась Вика.

— Дурацкие ботинки! В них неудобно!

Раскрасневшийся и злой Оззи никак не мог понять, что с ним происходит. Танцующие с ними рядом и те, кто просто наблюдал, стоя по краям зала или сидя на диванчиках, довольно удобных и с претензией на изящность, уже начали отпускать шутки. Раздававшиеся вокруг смешки всё более выводили мэрского сынка из себя, и ему уже было не до флирта с партнёршей.

А между тем, Вика и была причиной того, что Оззи постоянно оступался, пытался подскользнуться или повестись в сторону противоположную направлению танца.

Искусство ушери как раз в том и заключалось — незаметно, лёгкими касаниями в определённых местах, точно в нужные моменты движения и в определённой последовательности лишать объект воздействия устойчивости и выводить его из равновесия.

Никогда она не думала, что это может быть так смешно и увлекательно. Вика еле сдерживала смех, глядя на то, каким неуклюжим и придурковатым сейчас выглядит Оззи.

Ничего — подумала она — ему полезно иногда получать удары по самолюбию. Вика не обольщалась — в его двадцать два года мэрского сынулю не перевоспитаешь, но может хоть теперь у него поменьше апломба будет.

— Ты так хорошо танцевал, Оззи, — отвесила она неуклюжий комплимент, — Я в восторге!

Её слова вызвали дружный смех окружающих. Похоже, их танец стал гвоздём сегодняшней программы. Смеялись даже Оззиевские шестёрки. Правда, поймав его злой взгляд, тут же прекратили. Кроме одного, видимо, самого тупого из них, ну и поплатился за эту тупость.

— Виринг, можешь передать своему отцу, что на тот земельный участок он может не рассчитывать, — раскрасневшийся Оззи не нашёл ничего лучшего, как тут же начать сводить счёты за свой позор.

С мозгами у парня совсем плохо, мысленно, хоть и неискренне, посочувствовала мэрскому сынку Вика. А что? Ума нет, считай калека.

— Нелла, там уже приглашают к столу, — робко потрогал её за рукав Галл, — Пойдём? Место выберем.

До табличек с именами гостей на столах, здесь ещё не додумались. Были определены места только для высоких персон — помощников мэра, глав гильдий, важных торговцев и банкиров. Их супруги, естественно, занимали места рядом с ними. А вот остальным предстояло действовать по принципу — кто первый встал, того и тапки.

Братья Неллы были в этих делах уже людьми опытными, и пока Галл дожидался с танца сестру, Свон уже занял им всем троим места.

— Так, и чем нас будут угощать? — Вика оглядела стол и не узнала содержимого почти половины выставленных блюд, — Будете подсказывать бедной девушке, первый раз наблюдающей такое изобилие, что тут можно есть, а что нет.

— Подскажем, — улыбнулся Галл, — Тут всё можно есть.

Словно в иллюстрацию его слов, а вернее, в их опровержение, пожилая рабыня поднесла и еле разместила между уже выставленной посудой блюдо с овощами гриль. Опровержение слов Галла заключалось в том, что Вика разглядела у рабыни натруженные руки с въевшейся в них грязью. А ещё, грязь чернела под её надкусанными ногтями.