Чтение онлайн

Скорость меня волновала постольку-поскольку, но я собирался потренироваться в использовании почтамта. Отправка письма была не придурью, а важным логистическим элементом моей задумки! Первым этапом операции по внесению рассудительности в головы Учиха.

Весь план назывался "Гроб на колёсиках", и мрачное название полностью соответствовало содержанию. Себе я отводил роль зловещего радио, а сеять страх и капать на мозги упрямой семейке собирался при помощи почтовых сообщений. Схема получалась довольно сложной, но сохранение инкогнито требовало особых мер. Противостоять полиции шиноби - не шуточки! У меня была заготовлена бумага из разных стран, обычный рисовый клей и разномастные обрывки печатных текстов для вырезания знаков. С уничтожением запахов и случайных отпечатков пальцев отлично справлялся керосин. Оставалось прояснить процедуру отправления.

Я солнечно улыбнулся почтовому работнику.

– Мне нужно послать письмо дедушке... в деревню. Научите меня, пожалуйста!

Научили. Правда, для этого пришлось написать само письмо.

Приветствие и обязательное упоминание погоды я осилил в два счёта, а вот новости вышли какими-то неприлично короткими: Мы с отцом здоровы. Я стал шиноби. У меня новая старшая сестра. Зовут Сенджу Тсунаде. Всё хорошо! Закончил обычными пожеланиями здоровья и просьбой не волноваться.

Даже неловко ради такой ерунды гонять людей через две страны.

Служащий уточнил адрес. Я немного запутался в почтовых обозначениях, но сообща мы определили, что писать надо: Страна Травы, уезд Оу, село Мори, Тоёукэ Бимэ-джинджя, Хатаке Ватари-сенсей. Потом письмо хитро свернули и запаковали в специальный футляр. Футляр дополнительно обернули бумагой и наклеили большие марки с портретами даймё. Я поставил свою печать на стыках и намалевал косые кресты. Получилось солидно и красиво.

Хатаке Какаши и политика информационной безопасности

Сенджу отняла руку от моего плеча.

– Закончим на сегодня.

– Да, - онемение постепенно проходило, но я не торопился вставать, ожидая, пока из меня вынут инструменты.
– Спасибо за вашу помощь.

Выгнутые иголки по одной перемещались в фарфоровый лоток.

– Пожалуйста, - Тсунаде скинула перчатки и отошла к раковине.
– Всегда интересно поработать с преобразованным кейраку-кей. Особенно в лаборатории и не торопясь. Каждый раз удивляюсь, как тебе повезло с потоками...

Я обтёрся салфеткой и потянулся за рубашкой.

С чем мне действительно повезло, так это с расположением тенкетсу - две на руках и одна между ключицами. Находись они ниже ремня, пришлось бы ковыряться самому. Не хватало ещё, чтобы меня застукали рядом с Сенджу без штанов. Но без её помощи я бы не справился так быстро. С каждым днём управление Серебряным Мостом давалось всё проще, и я упрямо выкраивал часы отдыха, чтобы ещё немного потренировать Хакко. Отшельник поглядывал неодобрительно, однако прекратить не приказывал - другие участники будущего нападения занимались чем-то подобным.

В голове тикал обратный отсчёт: два месяца, полтора, один, три недели...

Остаток выходного я обещал провести с мелким.

Последнее время мы виделись редко, успевали перекинуться десятком слов и разбегались. Упрямый мальчишка всё-таки влез в дела джинчурики. Подозреваю, что тайну вместилища биджу он разгадал уже давно. С его восприятием не почуять Лиса было невозможно, однако расспросы о Кьюби начались только после визита к Учиха. Что-то такое Шисуи ему сказал.

Я надеялся, что мои слова и ночное происшествие хоть немного повлияют на его отношение к Узумаки, но куда там! Шиноби - море по колено!

Сын встретил меня дома и с подношением.

– Вот, - вежливо протянул двумя руками плоский футляр, - для вас.

– Спасибо.

А что внутри? Прямоугольник из слоновой кости, украшенный печатью. Рисунок, мастерски уложенный в двенадцать черт старого знака Исполнение.

– И что это?

– Подарок! То есть, для подарка немного мрачно... Но это, правда, полезная вещь. Вроде аптечки!..
– мелкий, запинаясь, объяснил назначение печати и опасливо дожидался ответа, словно неуверенный, похвалят его или отругают за самодеятельность.

Я похвалю, как только проясню пару тонких мест.

– Давай-ка уточним. Ты где-то слышал о медицинском применении печати остановленного времени?

– Читал. Ещё там... давно...
– он поболтал рукой, обозначая свою прошлую жизнь в Нума-но-Куни.

– И ты пошёл к Сенджу?

– Да. Сначала она долго плакала, потом кричала, что я дурак и должен был подумать об этом раньше...
– сын обескуражено потёр нос.
– Сестра иногда путает меня с Нидаймё. Это немного неловко.

– И она проверила, как печать работает на животных?

– Да! Оживает примерно половина. Особенно если Шизуне указывает причину смерти и можно правильно подготовиться.

– А эту фуин ты купил у Джирайи?

– Поменял. На два календаря, - ребёнок хихикнул, - тематических.

Понятно.

Я в очередной раз сглупил. Вытащил из мелкого то, что он помнил о чакре и тайдзютсу, запретил болтать и на этом успокоился. Все остальные его обмолвки, неожиданные предложения и парадоксальные решения не казались чем-то особенным. Даже когда он придумал новое использование Призыва, я не забеспокоился. Рассказал друзьям и соседям историю про умного мальчика, и сам в неё поверил. Но теперь мелкий предлагает оживлять погибших. И Сенджу подтверждает: "Да, можно".

Допустим, в этот раз всё обойдётся. Новшество припишут Тсунаде и никто не удивится. А что будет дальше? Я посмотрел на печать. Полезная вещь, вроде аптечки. Успей вовремя и павший получит шанс вернуться. Не знаю, насколько большой, но понимаю, почему Сенджу кричала.

Отсутствие ирьёнина... Неизвестный яд... Сильная кровопотеря... Мгновенная смерть от шока... Друзья и напарники, умирающие на руках. Кого из них можно было спасти этой маленькой штучкой?

Поздравляю, Какаши!.. Держи, это аптечка, я сама её собирала...