Серый
Шрифт:
– А с этим-то что будет?
– еще раз спросил босс.
– Ну, по истечении названного мною срока его разум, если там что-то есть, откажет полностью и потом его можно выбросить в открытый космос.
"Хреново", - констатирую я очевидное, - "разумность показывать нельзя, не знаю почему, но я в этом полностью уверен. Однако и умирать пока нет никакого желания. Что делать?"
– Понятно, - отвечает босс, - поглядим, что у тебя получилось.
"А ведь и верно, поглядим. Этот Док сказал, что ему нужен кто-то для экспериментов, так надо этим кем-то и остаться".
То, что эти самые гипнопрограммы устанавливаются, я вижу.
Вон уже сорок процентов установлено.
Но нужно как-то пережить эту непонятную встречу, что для меня приготовил блондин с главарем.
"Если я смогу выжить, хотя бы просто уцелеть, то достанусь этому чокнутому медику. А тут у меня появиться хоть немного времени, чтобы осмотреться и принять хоть какое-то решение".
Хотя бы понять то, где я нахожусь. А решение, в моем конкретном случае, может быть единственным. Нужно делать отсюда ноги и как можно быстрее. Не нравится мне это место. Ох, не нравиться.
Однако трудно сделать ноги, если даже пошевелиться не можешь.
Сейчас я прикован к лежанке какими-то ремнями. Это я уже понял. И меня собираются тащить туда, где по их же словам, если я продержусь несколько секунд, то будет уже хорошо.
Значит опять же встает вопрос о том, что мне нужно выжить.
Додумать я не успел, хоть и мысли скакали со скоростью света.
Заговорил босс, видимо обращаясь к тем, что пришли с ним.
– Берите его.
Меня, постепенно отстегивают и хватают под руки, начинают снимать с того, на чем я лежал.
– Придурки, - орет стягивающим меня с лежанки главарь, - отрубите его, а то очнется у вас на руках, что делать-то будете?
И ржет на все помещение.
Вспышка. Боль, но не такая сильная. Темнота.
****
Вспышка.
Боль ноющая и слабая. Можно сказать, что ее почти нет.
Лежу лицом на чем-то рассыпчатом.
"Песок?" - удивляюсь я.
И открываю глаза, вернее один из них, другой все еще не работает.
Осматриваюсь.
Несколько скругленное помещение. Пол и правда посыпан песком или чем-то на него похожим. Дверей не вижу. Стены серебристого цвета. Такой же и потолок.
Неожиданно на дальней от меня стороне комнаты открывается деверь. Вернее она просто появилась из воздуха.
В нее вошло двое.
Людьми их не поворачивается назвать язык. Оба под три метра. Кожа какая-то сероватая. Лица, будто вырубленные из камня.
Нет не кожа. На обоих одеты костюмы серого цвета, практически сливающиеся на фоне стен. Но и лица у них примерно такого же оттенка.
На поясах оружие, уже ранее виденное мною, то, что в виде пистолета, но из-за спин в дополнение торчат еще и рукояти чего-то.
Если бы я не видел пистолетов, или что это у них, то почему-то мне в голову пришла мысль об обоюдоострых топорах или секирах.
"Похоже, это резаты", - констатирую я очевидное, - "вроде как они должны быть не одни".
Вспомни о черте, он и появиться.
За спинами трехметровых гигантов открылись настоящие ворота, и из них вышло нечто отдаленно напоминающее смесь кабана, медведя и какого-то волка. Тело медведя, на длинных волчьих ногах, с мордой того же волка, но при этом с клыками и ушами как у кабана.
И этих животных было четыре штуки. Вышли они одно за другим, строгой цепочкой.
Я поначалу резатов посчитал гигантами, так вот я ошибся, эти непонятные зверюшки были в холке на голову-полторы выше любого из них.
Два подошли к одному гиганту, два к другому.
После этого они сели по обе стороны от своих хозяев (ну а кто это еще может быть?) и с какой-то звериной ненавистью и злобой эти животные стали осматривать и так небольшое помещение.
И естественно, практически сразу их кровожадные взгляды наткнулись на мою, лежащую на арене фигуру.
Раздался тихий утробный рык.
****
"Счет. Транс".
Командую я себе, забыв, что и так нахожусь в некотором состоянии отстранённого отчуждения, вызванного предыдущим замещением своего "я" вакуумом пустоты.
Но, как это ни странно, мысленный посыл срабатывает.
Время несколько замедляет свой бег, хотя раньше ничего подобного не случалось.
Хотя вру, один раз все-таки я впадал в подобное состояние. В тот единственный раз, так круто изменивший мою жизнь.
****
Земля.
Россия. Город Н-ск.
Май т
ысяча девятьсот девяност
ого
год
а
.
– Мама, кто меня сегодня заберет из садика, ты или папа?
– спрашивает маленький мальчик, которого стройная красивая девушка держит за руку.
Они не слишком похожи, но это и не удивительно. Мальчик полная копия своего отца.
– Наверное, я, - грустно говорит девушка, - у папы очень много работы на заводе. Он и домой обещал прийти очень поздно.
– Жалко, - немного расстроенный этой новостью, отвечает ребенок, - он обещал сводить меня в парк. А пойдем тогда с тобой?
– Хорошо, - улыбается молодая девушка, смотрящая на своего улыбающегося сынишку.
Она любит его, любит его улыбку, любит смотреть, как он старается правильно говорить, пытаясь казаться старше, хотя это так мило и забавно выглядит со стороны.