Чтение онлайн

— Да, сэр.

Той ночью в черном лесу Нианлаира никто не сомкнул глаз. Миллионы глаз наблюдали как пылал синим пламенем храм пяти элементов. Каждый зверь слышал, как ревела от гнева земля, крича: Кербин Саракс убийца и гнев хранителей обрушиться на тебя в ночь кровавую.

— Где Фриан?

— Он скоро будет — ответил глава отряда.

— Уверен? — тишину прорезал мелодичный эльфийский голос.

— Уверен, Аданиэль. Сын дома Авалон явиться на призыв, позабывшего веру, на бой с Хранителями мира Нианлаир — сказала фигура в жреческих одеждах.

— Легенды не лгали. Выживший смерть Хранителям принесет и смерть обретет — прошептала Дайнисия.

— Кербин, а она права. Твои часы на исходе…

Кто-то приближался к ним. Лучи заходящего солнца выхватывали в темноте черного коня и такую же черную фигуру. Лишь глаза всадника тускло светились в темноте.

— Саракс, я прибыл — сказал всадник, подъехав к главе отряда.

— Я знал, что ты явишься, Фриан де Авалон — сказал Кербин, — Теперь нас девять.

— Они близко — крикнул жрец, прежде чем кто-то из отряда заметил их.

Четыре фигуры спустились с небосклона. Четыре всадника. Четыре Хранителя.

Выглядели они так же, как и тогда у алтаря. Только сейчас, сквозь их тела не просматривалась дорога, мрачные небеса и практически черные стволы деревьев. Сейчас, они были материальны и все те, в чьей крови текла хоть капля древней магии ощущали не поддельную мощь и силу Хранителей.

— Девятый отряд. Последний отряд великой армии — прогремел над всеми голос Руфуса.

— Выживший, которому сил хватит объединить четыре меча великих — проговорила Фина.

Четверо рыцарей подались вперед, обнажив мечи.

Цитаты из книги Смерти:

«В слабом лунном свете засияли они. Алый Тайренквиль, ему ответил ульгфанк Руфуса. Синим ответил меч Зимы, в ответ засияло копье Финдабаира. Зеленым клинки Авалона, зажегся камень на жезле Фины. И меч Смерти засиял мертвенным блеском, ему в ответ засиял меч Таракса»

«Сцепились они, не помня себя. Забыв обо всем. Легендарных рыцарей внуки и мира Хранители. Бились не на жизнь, а на смерть четыре меча. Летели молитвы. Кричали заклинания на древних языках, что позабыты давно. На перекрестке сошлись они в битве последней для себя самих. Пал маг. Пал жрец, копьем пронзенный. В собственной крови, мечи Зимы и Тьмы потеряв, лежали двое тел. Их до последнего охраняли братья их. Но пали. Ибо Хранители не ведали пощады в ту ночь. Лишь троим. Удалось уйти к цитадели Наитреев. Кербину Сараксу, Фриану де Авалону и Аданиэль из рода последних эльфов. Настиг их вскоре Таракс, что в гневе был на Саракса сильнее всех. Фриана в чертоги свои он заточил навеки. Пришел Руфус на бой. Кербин закрылся от удара его, упал. И силы стали покидать его. Пред мутным взором его. Предстал образ живой Жаклин, ее последняя улыбка. Вновь, как во сне кошмарном, увидел смерть сестры и братьев, и родителей своих. И напоследок обогрился кровью старый шрам, что его тело пересекал. Алый ручей покидал его тело. Вскрылись раны мелкие. Он скривился. Приподнялся. Поздно. Окрасился в алый ульгфанг Руфуса. Первые лучи солнца прорезались сквозь листву деревьев древних»

Приказ генерала.

«Я, Авелон де ла Кар, генерал ордена легионеров. Приказываю присвоить Кербину де Сараксу звание лорда ордена легионера и должность кардинала данного ордена»

В последствии этот приказ будет отредактирован: «…присвоить при возрождении…»

Пролетали года, столетия. Смерть возрождение. Смерть возрождение. И так на протяжении более семиста лет. Такая жизнь сломает кого угодно. Но, мой дедушка становился только сильнее. В итоге, он стал легендой ордена. Серым кардиналом.

Молодой лейтенант ордена легионеров отдыхал на диване после шумной вечеринки. Кто-то бесцеремонно и почти бесшумно открыл дверь, приблизился к спящему.

— Лейтенант, лейтенант — кто-то звал его. Он проснулся, ощупал шею. Голова гудела. Возможно сказывалось вчерашнее празднование и кошмары, которые снились ему в эту ночь. Ему приснился меч хранителя Руфуса, что стремительно приближался к его голове. Легенда о дявяти воинах вновь всплыла в тяжелой голове. В следующую секунду он почувствовал острую боль. Мрак. Голос вошедшего.

Но не позволяйте обмануть себя его возрастом. Этот юноша мог запросто дать фору профессиональному телохранителю, а его телосложение и ум позволяли ему выжить в осином гнезде, под названием орден Легионеров. Можно не говорить, что этот юноша был любимцем девушек, что неоднократно было причиной его неприятностей, из которых он выходил победителем, спасая очередную красавицу и разбивая той сердце на следующий день своим отъездом. Легионер, пришедший его разбудить, сделал пару шагов назад. Он уже познакомился с взрывным характером юноши, когда тот чуть не удушил его, сжав кисть в кармане в кулак.

— Чего? — спросил он еле ворочая языком. Зрение прояснилось. Рядом с диваном стоял майор Рэкс, немец по происхождению, относящийся ко всем людям, как немцы когда-то к евреям, что внушало животный страх его подчинённым и окружающим, но он был правой рукой лейтенант-майора Люциана де Авалона и всем приходилось мирится с его присутствием в 47 м Ковчеге.

— Он ждёт тебя. — ответил Рэкс, — Вставай. Разумеется, речь шла майоре Люциане, который был их командиром. Юноша встал, огляделся. Он находился в каюте 47 го Ковчега.

Ковчеги были убежищами для легионеров и представляли собой огромные здания-бункеры с собственными системами жизнеобеспечения, паркингом военной и гражданской техники, жилыми комнатами, рассчитанными на трех человек. Также в каждом ковчеге имелись аналитические центры, ангары для вертолетов и складами оружия всех типов. В зависимости от звания и репутации легионер получал определенный уровень доступа и комнату, чаще называемую каютой. Так майор получал «пятизвёздочную» каюту с видом на лес и тренировочную площадку с небольшим кабинетом, а лейтенант мог рассчитывать только на двуспальную каюту с окнами, выходящими на наземную автостоянку или без окон рядом с ангаром. Лейтенанту Кербину удалось поселиться в каюте для майора благодаря его репутации и ранга легендарный легионер. Ранг «легендарный» мог отменить только Генерал, глава ордена. Кербин заслужил его благодаря своему долголетию (уже сейчас ему было свыше шестисот лет) и специфичным способностям, таким как ночное виденье, мастерское владение холодным оружием и многие другие.

— У меня имя есть — огрызнулся легионер, закрывая дверь каюты.

— Мы в курсе. Только после твоего понижения и приезда сюда его как-то забыли — произнес Туи, директор 47 го Ковчега.

— Напомнить? — зло спросил легионер, не скрывающий своего желания застрелить обоих на месте. Ему приходилось сдерживать свой нрав дабы не испортить свою репутацию и не дать начальству лишних поводов сообщать его имя в своих докладах. Ему было жизненно необходимо изображать покорность чтобы вести задуманную им игру с меньшим риском.