Чтение онлайн

– Ты одна приехала? Где Конрад?

Сейчас мне стоило следить за голосом и интонацией. Я загнан в технические рамки.

– Он приедет через пару дней. – С улыбкой ответила Элли, глубоко выдохнув.

Я подошел к знакомой кофемашине. Та самая, которую подарил своей сестре на тридцатилетие. Очень надежная, что считается редкостью в наше время.

– Может, будете кофе?

Я вежливо отказался. Мия согласилась, попросив кофе со сливками.

Мы сели за стол. Элеонор выбрала на планшете режим приготовления кофе, и машинка немедленно начала перемалывать зерна.

Элеонор опять вздохнула и посмотрела на меня.

– Боже, я знала, что с тобой всё не просто.

– Хорошо, что ты не пошла на похороны.

– После всего, что ты наговорил, я убеждала себя, что всё было подстроено. Если бы пошла на похороны, не смогла бы успокоиться. Конрад постоянно твердил, что у тебя всегда всё схвачено. – Она усмехнулась, произнося последнее слово.

Мне нужно было объяснить произошедшее, и мою маску.

– Не всё, конечно, оказалось схваченным. В больнице всё же пришлось полежать. – Ответил я, указывая на маску. Я помнил, что Мия наблюдала за моими жестами, и старался исполнять все движения как можно небрежнее.

– Боже, Ричард, что-то серьезное?

Я помахал рукой.

– Нет, не беспокойся. Просто нужно время. Главное что жив остался, остальное ерунда.

Мия с улыбкой кивнула в подтверждение. Элеонор посмотрела на нее и открыла рот, но не решалась спросить.

– Это Мия… - начал говорить я, но девушка перехватила инициативу.

– Я Мия, очень приятно! – Она приветливо помахала рукой, и Элеонор кивнула в ответ. – Помогаю Рику восстановиться после больницы.

Элеонор встала со стула, передала Мие кофе со сливками и поставила капучино рядом с собой. Затем улыбнулась. Той самой улыбкой, с которой я запомнил свою сестру. Именно этой улыбки не хватало все эти дни. Мне даже показалось, что на кухне стало чуточку светлее.

– Ричард, не знала, что тебе нравятся такие молодые девушки. Еще немного, и ты бы ей в отцы годился.

Мия начала махать руками, поспешно объясняя:

– Всё не так, я просто волонтер, помогала в больнице и познакомилась с Риком. И мне 24, я просто молодо выгляжу! Я помогаю ему, не подумайте ничего плохого!

Элеонор добродушно улыбалась, смотрела на нее и пила кофе. Мия ей понравилась, это точно. Даже несмотря на свой вызывающий неформальный стиль.

– Это верно, Элли. Она помогает мне вернуться к нормальной жизни после больничной койки.

– Хоть сказал бы, где лежишь. Мы с Конрадом могли навестить. Заодно принесли нормальной еды, ты же вечно ешь одну гадость.

– Ты же знаешь, что не сказал бы.

Элеонор допила кофе и снова глубоко вздохнула.

– В новостях говорили правду? Про тот случай, где ты работал.

– Брось, Элли. Никто не будет писать как всё было. Я сразу сказал, еще в Рождество, что придется работать в компании, принадлежащей крупному говнюку.

Мия с интересом слушала наш разговор. Это был первый раз, когда она слышала историю. У нее дома я не рассказывал, а она не спрашивала. И судя по тому, как она сидела за столом, можно было сказать, что за ее бунтарским внешним видом скрывались хорошие манеры.

– Если честно, не помню как приземлился. Очнулся уже в больнице Ривердейле, один приятель помог скрыться.

– Там же одни частные клиники, а в больницах за любое место нужно платить.

– Помнишь, где Луи работает? Он позаботился, чтобы всё было в порядке.

– Но в новостях говорили, что это произошло на 48 этаже. После такого падения…

– Мы были на 10 этаже. И внизу была река вместо асфальта.

Похоже, это успокоило Элеонор.

– Всё равно ты безумец, Ричард. Зачем только согласился на такую работу?

– Элли, не начинай. Мы просто повздорили, а затем вмешалась корпоративная полиция. Ты же знаешь, каких придурков берут на работу. Идиоты не разобрались в ситуации.

– Тогда зачем все эти новости, похороны? Твой банк наверняка аннулировал счет.

– Наверное аннулировал. Один из многих.

Элеонор слегка улыбнулась. Нужно было что-то сказать в оправдание всему остальному. В этот момент вмешалась Мия.

– Его привезли в больницу под другим именем. Рик только перед выпиской сказал, как его на самом деле зовут.

– Тогда чьё тело выловили из канала реки?

Элеонор резала наверняка.

– Откуда мне знать, Элли. У фирмы много своих скелетов в шкафу, они просто подсунули очередную жертву и свалили всё на мою смерть. Уж лучше так, разве нет?

– Господи, Ричард, на каких людей ты работал…

– Не беспокойся. Больше не придется. Мы сделали всё, что хотели.

– Думаешь, Кристофер хотел бы, чтобы ты так рисковал?

Да, она была в курсе того, что мы с друзьями хотели провернуть нечто не совсем порядочное. Не обо всём, конечно же. Но о какой-то авантюре, в которой участвует вся шайка, знала точно. И знала, что мы хотели отомстить за Кристофера.

– Когда он выйдет из комы, будет чем его обрадовать. Мой бывший работодатель сам всё фальсифицировал, беспокоиться уже не о чем.

– Какой же ты все-таки дурак, Ричард! Вечно лезешь куда не следует, а потом мы беспокоимся. – Сестра позволила себе немного эмоций. Её забота обо мне была еще одним пунктом, ради которого она могла ненадолго покинуть свой спокойный образ.

Несмотря на то, что в гостях я бывал редко, сейчас ее дом стал для меня словно родным. Элеонор и Конрад переехали в этот дом почти сразу после учебы. Я же не мог остановиться на одном месте. В погоне за совершенной квартирой, после многих вариантов, я понял, что совершенства нет.

Сестра провела меня в комнату, где остались мои вещи. Оказалось, что она забрала всё. Абсолютно весь хлам, который я считал временным. Включая одежду, которую хватало на пару сезонов, недорогую технику, которая нормально функционировала лишь во время действия гарантийного срока, и небольшие коробки, которые я таскал при каждом переезде.

Бедняга Конрад. Ему пришлось всё это перевозить.

Я никогда не полагался на качество изготовления вещей. Современная экономика продолжает тренды, зародившиеся более двух десятилетий назад – делать много и одноразово. По этой причине недорогая кухонная утварь обычно оставалась на старой квартире, и после переезда оставалось лишь купить недостающие мелочи. Я знаю, что достаток свободных денег воспитал во мне склонность к излишним растратам, в отличие от Элеонор. Наверное, я даже гордился, что моя сестра не стала такой же.