Чтение онлайн

– Могли бы пока спокойно полежать на срочном вкладе. Лучше потерять часть дохода, чем поторопиться и прийти к неверному решению. – Оливер вдруг вскинул голову. – Ты еще не рассказывал детям?

– Нет. Мы с Эмили оба считали, что лучше им пока ничего не знать. Также мы решили, что распоряжаться этими деньгами они смогут только по достижении тридцати лет. Не надо, чтобы они привыкли все в жизни получать даром, не прикладывая труда.

– Весьма разумно. И больше никто не знает?

– Больше никто.

Оливер вздохнул и нажал кнопку вызова, что бы секретарша принесла еще кофе.

– Что ж, и то хорошо.

Деньги уже у него в руках. Практически. Как только Филиппе исполнится тридцать… Ламберт раздраженно стиснул руль. Что это за магическое число – тридцать? Какие такие ценные качества появятся у Филиппы в тридцать, которых не было в двадцать восемь?

Когда Эмили рассказала ему о деньгах Филиппы, он вообразил, что она должна получить их немедленно, буквально на днях. Его пронзил восторг, и это, должно быть, отразилось в лице – Эмили улыбнулась с довольным видом и сказала: «Разумеется, Филиппа получит деньги, только когда ей исполнится тридцать». Он понимающе улыбнулся в ответ и сказал: «Само собой», а на самом деле подумал: почему, чтоб вас черти взяли?!

Мерзавка Эмили! Естественно, она это сделала нарочно. Сказала заранее, чтобы наблюдать, как он мучается. Вечное ее желание повелевать!.. Ламберт невольно улыбнулся. Он скучал без Эмили. Они с первого взгляда поняли друг друга. Дело было на приеме в компании, вскоре после то го как Ламберт занял должность технического директора. Эмили скромно стояла рядом с Ричардом и слушала развеселые байки директора по маркетингу, которого, как позднее выяснилось, она презирала. Взгляд Ламберта застиг ее врасплох – и он мгновенно разглядел, какая стальная надменная воля скрывается за показной кротостью. Он увидел настоящую Эмили. Она встретилась с ним глазами, поняла, что выдала себя, и тут же сказала Ричарду:

– Познакомь меня с этим милым молодым человеком.

Их руки встретились в рукопожатии, и губы Эмили уважительно дрогнули.

Две недели спустя его пригласили провести уик-энд в поместье «Клены». Он купил по этому случаю новый блейзер, сыграл партию в гольф с Ричардом и несколько раз прогулялся по саду с Эмили. Говорила в основном она. Разговор казался беспредметным, Эмили без видимой связи перескакивала с одного на другое. Говорила, что директор по маркетингу ей несимпатичен, что ее восхищают люди, которые разбираются в компьютерах, что она хотела бы познакомить Ламберта с другими членами семьи. Прошло время, и директора по маркетингу уволили за то, что он отправил по электронной почте письмо с грубейшими ошибками. Затем Ричард заменил Ламберту служебную машину на более дорогую. «Эмили меня все ругает, – с улыбкой заметил он. – Боится, что мы вас потеряем, если будем плохо с вами обращаться!».

А потом его снова пригласили в «Клены» и познакомили с Филиппой. Присутствовал и поклонник Филиппы – нескладный юнец лет двадцати двух, закончивший университет и толком не знающий, чем займется дальше. Как Эмили позднее рассказывала всем желающим в баре гольф-клуба, Ламберт буквально похитил у них Филиппу.

– Это произошло у шестнадцатой лунки! – мелодично смеялась Эмили. – Филиппа потеряла мяч на болотистом участке и сама увязла, а Ламберт подхватил ее и снова вынес на твердую землю!

Ламберт нахмурился. Филиппа оказалась тяжелее, чем можно было подумать, он чуть не надорвался, пока вытаскивал ее из грязи. Зато она оказалась и состоятельнее, чем он ожидал. Лам берт женился на Филиппе в уверенности, что тем обеспечит себе безбедное существование, не больше, и вдруг такой приятный сюрприз – как вы снилось, их ждет огромное богатство.

Он выглянул в окно машины. Скучные лондонские пригороды уже сменились пейзажами Суррея; через полчаса Грейворт. Филиппа на соседнем сиденье молчала, углубившись в очередной любовный роман. Его жена миллионерша. Мультимиллионерша, если Эмили не врала. Вот только все эти миллионы им пока недоступны… Ламберт чуть не заскрежетал зубами. Какой смысл обращаться с Филиппой как с неразумным ребенком? Она в любом случае получит эти деньги, почему же не дать их ей сразу? И почему все держат от нее в секрете? Ни Филиппа, ни Энтони, по-видимому, даже не подозревают, что в будущем станут богачами, что им не обязательно работать, что им обеспечена легкая жизнь. Когда Филиппа начинала охать и вздыхать по поводу покупки очередной пары туфель, ему хотелось заорать на нее:

«Черт побери, ты в состоянии позволить себе хоть двадцать пар!».

Впрочем, Лам берт ни разу не поддался порыву. Он не хотел, чтобы жена начала придумывать, как потратит деньги. У него на этот счет были свои планы.

Он взглянул в зеркальце заднего вида на проносящуюся по скоростному ряду «лагонду», и его руки алчно сжались на руле. Два года, всего лишь два года осталось ждать. В настоящий момент проблему представляет только банк. Ламберт нахмурился. Недоумки хреновы! Им что, не нужен в будущем богатый клиент? За последние несколько недель то один, то другой придурок названивал ему, требуя личной встречи и настырно напоминая о перерасходе. Нужно что-то делать, пока эти тупицы не додумались обратиться к Филиппе. Она-то об этих делах ни сном ни духом! Даже не знает, что у него имеется третий банковский счет.

Ламберт, в который раз мысленно перебрал варианты. Первый: вообще не обращать внимания на требования банка. Второй: согласиться на встречу, признать, что у него не хватает средств, чтобы покрыть недостачу, и добиться отсрочки платежа до тех пор, когда Филиппа получит деньги. Отсрочка на два года? Вполне реально, хотя и маловероятно. В банке могут решить, что такого обеспечения для них недостаточно, обратятся к его работодателю за дополнительными гарантиями… Ламберт нахмурился. Нетрудно представить, как отреагирует святоша Ричард! Дисциплинированный Ричард, который ни разу в жизни плату за газ не просрочил! Он вызовет Ламберта к себе в кабинет, будет долго рассусоливать, как важно жить по средствам, Диккенса станет ему цитировать!..

Нет уж. Ламберт сделал глубокий вдох. Третий вариант: заткнуть хоть чем-нибудь пасть этим пираньям из банка. Сунуть им хороший шматок, пусть подавятся. Тысяч пятьдесят фунтов или около того. Одновременно можно намекнуть, что их недоверие его удивляет, учитывая его перспективы на будущее. Он, мол, подумывает, не перевести ли свои деньги в другой банк. Пускай подергаются! Ламберт мрачно улыбнулся. Пожалуй, это лучший выход. Безусловно, лучший из трех. Практически идеальный вариант. Только один-единственный малюсенький недостаток: у него нет пятидесяти тысяч фунтов. Пока еще нет.

Когда машина свернула на дорожку, ведущую к «Кленам», Филиппа оторвалась от любовного романа и взглянула на мужа затуманенными глазами.

– Мы уже здесь?

– Нет, черт побери, на Марсе!

– А я не дочитала! Погоди две минутки, я просто должна узнать, что будет дальше. То есть что будет, я знаю, но интересно посмотреть…

Филиппа умолкла. Она вся была там, в книге, жадно пожирая текст, словно коробку шоколадных конфет.

– Черт, – сказал Ламберт. – Ну и хрен с тобой, а я не буду здесь сидеть.