Чтение онлайн

В одной из стенок была железная дверь с засовом и висячим замком.

Вспомнив про человека, которого видел недавно, Пригоршня подергал замок, потом всунул под него ствол, налег, проворачивая… Раздался хруст. Сталкер спрятал оружие в кобуру, отошел, прижался спиной к контейнеру напротив и ударил ногой. Подкованный каблук врезался в замок, раз, второй… На четвертый дужка вывернулась из замка, тот качнулся на засове и упал.

И одновременно негромкое уханье донеслось до ушей Никиты, совсем тихое. Снорки уходили? Или прыгали вокруг, ища ускользнувшую жертву? Он сдвинул засов, приоткрыв дверь, заглянул. Достал из внутреннего кармана куртки маленький фонарик, включил и шагнул внутрь.

Узкий земляной коридор уходил под холм, на котором располагалась Свалка. Сталкер сделал несколько шагов, остановился, прислушиваясь. Позади вновь заухал снорк.

– Не люблю под землей!
– тихо сказал Пригоршня и начал спускаться.

Химику повезло: в кабину забрался не один из снорков, а перепуганная их появлением на Свалке псевдоплоть. Свинья-мутант что-то испуганно залопотала, заблеяла и захрюкала, сталкер поднял «АКМ» - и она выскочила обратно в раскрытую дверцу… прямо в объятия снорка, который как раз приземлился возле кабины, выпрыгнув откуда-то сбоку. Она завизжала, Андрей захлопнул дверь - и через мгновение псевдоплоть врезалась в металл. Монстр швырнул ее с такой силой, что шкура не выдержала, лопнула в нескольких местах. На окно брызнула кровь, потекла, мешая обзору. Псевдоплоть с хрюканьем упала под кабину. Бросив автомат на сиденье рядом, Андрей стукнул по кнопке на пульте, и броневой щиток пополз вверх.

Кабина дрогнула: снорк прыгнул на нее. Андрей отпрянул, когда его рожа с болтающимся «хоботом» приникла к залитому кровью боковому стеклу. Тварь тут же отскочила, а броня поднялась до конца, закрыв дверцу.

Удар сверху. Еще один. Заводя двигатель, Андрей видел, как на полянку впереди с разных сторон выскакивают снорки. Пять, семь, десять… Несколько тут же перемахнули на кабину, сверху раздался скрежет, потом на колпак свесилась голова, нечеловеческие глаза уставились на сталкера сквозь стекло.

Он дал задний ход. Выдвигать турель с пулеметом не стоило: если несколько тварей ухватятся за нее, вцепятся в ствол, начнут выламывать… Толком стрелять все равно не выйдет, а они попытаются проникнуть внутрь сквозь короткую трубу, по которой турель поднималась вверх. Сейчас, по крайней мере, залезть в броневик они точно не могли.

Рокоча двигателем, машина ползла назад. Химик успел вырубить видеокамеры и опять включать их боялся. После сигнала с пульта на броне сдвигались маленькие круглые заслонки, открывая объективы; снорки заметят - и выведут из строя, разобьют камнями. Сквозь эти отверстия внутрь, конечно, не залезть, но камер он лишится. Так что он мог использовать лишь зеркала заднего вида и выруливал медленно, тяжело, стараясь попасть колесами в колеи, оставленные машиной, когда Пригоршня заводил ее сюда, ерзал на сиденье, крутил головой.

В лобовой колпак полетела крыса, и Химик машинально вжался в сиденье. Сначала он не понял, что к чему, и удивился, как это грызун, пусть даже мутант, исхитрился так высоко прыгнуть… Она влипла в стекло, дернулась и сползла вниз, оставив размытый красный след с прилипшими клочьями шерсти. За ней полетела вторая, потом еще одна.

– Уроды!
– в сердцах заорал Андрей, сообразив наконец, что происходит.

Стараясь не обращать внимания на крысиную бомбардировку, он вел броневик к насыпи. Скорее всего, использовать грызуна вместо метательного снаряда пришло в голову тому снорку, который швырнул псевдоплоть. Теперь твари ловили крыс где-то в глубине Свалки, выскакивали со всех сторон к «Малышу», швыряли в лобовой колпак и убегали обратно, чтоб вскоре появиться с новыми боеприпасами. Крысы визжали и шипели, с влажными шлепками врезаясь в стекло, покрытое сплошной бледно-красной пеленой, разводами и полосами с комками свалявшейся шерсти, снорки ухали, двигатель гудел, скрипели пружины в сиденье под Андреем…

Он вырулил со Свалки, уже почти оглохнув, одурев от шума и неразберихи. Включил омыватель - две тонкие, но мощные струи воды вонзились в стекло на середине колпака и стали медленно двигаться, очищая его, смывая кровь. Снорки бежали следом, один вновь вспрыгнул на кабину. Впереди была крутая земляная насыпь. Двигатель взревел - и броневик поехал вверх, к шоссе.

Рация в панели возле руля пискнула. Не выпуская баранку, Андрей потянулся к ней, и тут низко над «Малышом» пронесся небольшой десантный вертолет.

Лаз то сужался, то становился шире, петлял. Иногда приходилось идти пригнувшись, а иногда - опускаться на четвереньки. В особо крутых местах в землю были вкопаны доски, образующие ступени. Стенки состояли не столько из земли, сколько из спрессованного мусора. В какой-то момент лаз прошел даже сквозь большой подъемный кран, наклонно уходящий в глубь холма, так что Никите пришлось протискиваться внутри его решетчатого ствола. Освещая путь фонариком, сталкер спустился метров на двадцать - и увидел, что впереди коридор перегородила железная стенка с окошком без стекла. Лаз стал шире; вверху стенка покато переходила в потолок, прижатый к своду коридора, а внизу… внизу были колеса.

Это еще что такое? Никита отошел немного назад, подкрутил фонарик, увеличив яркость, поводил лучом перед собой.

– Понял… - Зажав фонарик зубами, он шагнул вперед и заглянул в окно, которое находилось на высоте его головы. Два ряда поломанных сидений, проход между ними, кабина на другом конце… Кивнув, он забрался внутрь старого автобуса. Вросший в мусор, тот составлял одно целое с горой под Свалкой и одновременно являлся частью лаза. Никита сел в самое приличное с виду кресло, отдыхая после беготни по контейнерам. Фонарик светил ровно и ярко - это был хороший фонарик, его должно хватить минимум на сутки непрерывной работы.

Стояла глухая тишина, иногда нарушаемая едва слышным скрипом, когда тонны мусора проседали, корежа металл, из которого по большей части и состояли. Долго здесь оставаться нельзя, решил Пригоршня. В любой момент может вернуться хозяин лаза… и того, что находится в его конце. А там, скорее всего, схрон - тайный склад или место обитания, этакая уединенная подземная квартирка, либо и то и другое. В любом случае Никита не хотел встречаться с хозяином этого места.

Держась за поручень, он спустился в кабину. В сравнении с салоном она казалась совсем новенькой: водительское кресло не подрано, на пульте все кнопки и рычажки целы, хотя руля нет, но он не оторван, аккуратно срезан, и место, из которого раньше торчала баранка, заклеено изолентой.

Окинув все это взглядом, Никита посветил в широкий проем, где когда-то стояло лобовое стекло… вот он, схрон.

В пещере под Свалкой можно было стоять, выпрямившись во весь рост. Из стен ее торчали остовы машин, справа Пригоршня углядел древнюю «Волгу», сплющенную в длинный блин, - теперь она напоминала барельеф «Волги». Посреди пещеры стоял столик - ножки вбиты в пол, на них лежит какой-то фанерный плакат. Дальше из стены торчала задняя часть малолитражки, и в окошке ее, будто на полке шкафа, виднелась большая электрическая лампа, стеклянный конус на резиновой подставке, с ручкой в верхней части.