Сердце под Лезвием
Шрифт:
– Я не нуждаюсь в чьей-либо жалости.
– А мне не тебя жалко. А приспешницу. Ты не думал о том, что ее снова ждет та же боль, что и тебя?
"Проклятье!"
– Вот и я о том. Подойди к окну.
Я послушался и выглянул во двор.
– Видишь то здание за тренировочным полем и парком?
– Храм? – сообразил я.
– Точно. Спустишься на первый этаж, обойдешь Академию и через парк доберешься как раз к нему.
Белокаменное высокое сооружение украшала пара шпилей с колоколами. Смотря вдаль, я нахмурился.
– Столовая в центральном корпусе на первом этаже. В комнате есть своя душевая и санузел, – подошел преподаватель к стене, открывая незаметную дверцу. – Не волнуйся, все водостоки проходят через пространственный коридор, так что вероятность потопа крайне мала. Дальше сообразишь. Пойду, поясню теперь все твоей приспешнице. Осваивайся.
Как только в комнате я оказался один, тяжело вздохнул. Пастельные тона, это не мое. Нужно будет позже навести здесь свой, мрачный, уют. Хотя, широкая кровать очень порадовала. Не люблю моститься на узкой койке. Тумба, стол у окна, стул, подвесные полки, шифоньер, и много свободного пространства. Нравится!
Я открыл шкаф и поразился его объему.
"Заклинание мнимого расширения, – фыркнул я мысленно. – Полезная штука".
От тюли с ярко желтыми цветочками лучше избавиться сразу. Я сорвал ее одним махом и выбросил в ведро для бумажных отходов. Со спины послышалось чем-то знакомое хмыканье. Я стремительно обернулся и застал в проеме темного.
– Я смотрю, ты мастер наводить беспорядки.
– Кто разрешал тебе войти? – рыкнул я раздраженно.
– Дверь была открыта. Позволь, помогу, – сделал Айвел несколько шагов, пройдя внутрь, не дожидаясь персонального разрешения.
Подняв руку, эльф махнул ей, начертив в воздухе горизонтальную линию, без слов и какого-либо напряжения. Комната вмиг преобразилась, и стала напоминать типичное холостяцкое жилье. Стул теперь можно было назвать троном, резной, из красного дерева, под стать столу. Тюль заняла свое место и приобрела ровный кремовый цвет. По бокам от окна появились тяжелые портьеры темно коричневого оттенка, с рисунком, пошитым золотистой нитью. Над кроватью возник балдахин, подвешенный на резных столбах, паркетный пол застелил шерстяной ковер, с коричневыми разводами. Шифоньер и стены, само собой, тоже соответствовали общей гамме. Теперь точно, королевские покои.
– Угодил? – ухмыльнулся в своей манере Айвел.
– Кресла с камином не хватает, – добавил я невозмутимо, не сводя с него глаз.
– А ты наглее, чем я думал.
Я бесцеремонно сел на новое удобное кресло, и спросил:
– Зачем пришел?
– Поприветствовать нового соседа. Хотел бы я добавить, что ты идиот, но воздержусь, – облокотился собеседник о шкаф.
– Почему же? Излагай.
– Советую, следующий раз думать, прежде чем нарушать приказы командира отряда.
– Я справился…
– Не один!
Вот тут что-то внутри меня дрогнуло, но я быстро собрал волю в кулак.
– Если бы мы отступили в тот день, то к приходу магической процессии от Дорен остались бы одни руины. Гнездо потревожили, и высший монстр не остановился бы после этого. А что касается… принцессы, то я ее соваться не просил.
– В тоже время, если бы не ее совет и помощь, ты бы погиб, а за тобой и половина отряда.
– На счет себя… Я обречен. Смерть наступает мне на пятки уже полмесяца.
– Что ты хочешь сказать? – изумился эльф новой подробностью.
– Я проклят. Лишь "Кристиан Адамантский" способен мне помочь и отсрочить мою смерть.
– Да, о чем-то таком она обмолвилась еще в походе.
От этого откровения меня передернуло.
– Есть еще один вариант, который надо проверить. И займусь я им уже сейчас. Так что выметайся!
Айвел пожал плечами и вышел, пожелав мне напоследок Удачи. Отвечать я ему не стал, лишь закрыл комнату. Полагаю, фокус с дизайном тоже бытовая магия.
Счастливая Май уже через пять минут щебетала без умолку. Ей понравился ее новый дом и соседи.
– А еще там тоже есть мужское и женское крыло. Первыми меня заметили… парни и помогли преобразовать комнату. Другие зооморфы преимущественно высокие, карликовых и средних очень мало. Кого там только нет! И львы, и пантеры, волки, рыси, лисы, и даже мышь! Вы видели когда-нибудь приспешника с большими круглыми ушками? Хвост у него, конечно, то еще зрелище. Думаю, не каждая светская леди останется равнодушной к крысиному цепкому хвосту. Но как он им пользуется?! Он висит на нем, использует в качестве хлыста, и так, просто, для баловства. Он у него как пятая конечность! Жуть, правда?
Я непроизвольно улыбнулся на ходу, наблюдая за тем, как она излагает все это, идя рядом вприпрыжку. Ей здесь однозначно понравилось, а приветливость ее собратьев полностью развеяли все ее последние комплексы. По крайней мере, временно.
Достигли храма мы уже ближе к сумеркам. Я вошел в двустворчатые двери и слегка опешил. Три огромнейшие белокаменные статуи стояли в ряд. Каждому богу придали свою позу. Сатор, бог справедливости и порядка, держал в руках изящный посох, на вид он был не стар, но длинные волосы и борода придавали ему весьма серьезный и внушительный вид. Ему молятся те, кто оказался в серьезной беде, будь то стихийное бедствие или война, а так же все, кто идет в рейды на иномирных монстров. Ридана, богиня плодородия, стояла в центре, и почти как Занна, с распростертыми объятьями, встречая детей Ферритана. Ее волосы волнами ниспадали на плечи, и доходили до лопаток, венок из лавра украшал ее голову. Адилос… Бог смерти, стоял, скрестив руки на груди, кистью задумчиво подпирая подбородок. Большие рога венчали его голову. Лицо вытянутое, широкий жилистый торс, узкие бедра и длинные ноги надолго могли бы приковать к себе внимание дам, слабых волей.
– Май, подожди меня снаружи.
– Может, следует…
– Нет. Я пойду один.
Странно, что никого здесь не было, ни монаха, ни послушника… Возможно, они находятся в одном из шпилей и не услыхали скрипа дверей. Я извлек из короба свечу и поставил в подсвечник, напротив трех хранителей этого мира, после чего воззвал к ним, закрыв глаза.
– Высшие силы, молю вас о помощи. Я заплутал и был проклят. Могу ли я надеяться на вашу милость или быть одарен советом, как избавиться от подступов Мрака? – закончив речь, непроизвольно скривился, осознав, что так я еще не унижался.