Чтение онлайн

И все они под лучом фонаря приобретали оливково-золотистый цвет. Или красный. Как говорил Моро? Говядина СВЧ-варки? Констанс начала про себя читать молитву по исходе души.

— Переходник открыт, — сказал Джез. — Входим в корабль.

Леди Ван-Вальден увидела глазами спасателей грузовой коридор — почти точь-в-точь такой, как на Паломнике.

— Прошу разрешения разделиться, — сказал Джез. — Я обыскиваю эту палубу, Дик — нижнюю.

— Разрешаю.

Теперь малые экраны показывали разные картинки и каждый спасатель докладывал о своих перемещениях отдельно. Трупы были и здесь — по одному обнаружили Джез и Дик. Они были в еще более страшном состоянии — просто вскипели изнутри и лопнули, но умерли они еще раньше, когда корабль был просто разорван взрывом двигателя. Однако именно на этой палубе обнаружили и живых.

— Это ремонтная капсула, — доложил Дик. — И в ней кто-то… Я не могу разглядеть, это что-то странное.

— Странное или не странное, а если оно живое, давай его сюда, — сказал капитан.

Было решено, что Дик отбуксирует спасательную капсулу в вельбот, а Джез продолжит обследование корабля.

Третья палуба при разгерметизации автоматически заблокировалась и не попала под высокочастотный удар — вот, почему спасся, точнее, сбежал экипаж. Гемы, закрытые в коридорах, каютах и служебных помещениях, умерли от удушья, но там Джез нашел последних живых. С ними все было гораздо сложнее, чем со спасательной капсулой — они находились в наглухо задраенном санузле и на стук не отзывались — видимо, были без сознания.

— Придется резать наружную стену и подводить переходник, — сказал Джез. — Так что я отправляю Дика на корабль с этой капсулой и жду его с переходником. И пришлите мне Моро, я хочу, чтобы он помог провести трубу. А я тем временем закончу сканировать корабль.

Картинка на экране переменилась: маленькая фигурка, толкающая перед собой глыбу ремонтной капсулы, медленно подплыла к вельботу и исчезла в его шлюзовой камере, после чего вельбот развернулся и поплыл к кораблю.

Когда Дик вскрыл ремонтную капсулу, он увидел там такое, что правая рука сама прыгнула ко лбу — перекреститься. Больше всего это походило на сложенного вдвое демона.

— Это гем, — услышал он в наушнике голос Моро. — Боевой морлок.

— Это человек, — отрезал капитан.

Но в капсуле находился не только человек. Там была еще и тварь мышасто-серого окраса, нечто среднее между догом и пантерой. Дик ни разу не видел таких животных вживую, но довольно часто — в изображении: это был хевронский кос, продукт генной инженерии XXI века. Ни того, ни другого Дик не в силах был вытащить из модуля: кос весил, наверное, чуть поменьше его самого, а морлок — вдвое больше его самого вместе со скафандром.

— Оставь их, — велел капитан Хару. — Сделай человеку укол и переходи к следующему. Джез, Вальдер, режьте этот ящик.

Дик уколол морлока стандартной смесью для умирающих от истощения, переменил капсулу в инъекторе и склонился над следующим пострадавшим — тоже гемом, но из рабочей касты, которую называли «тэка».

Всего пострадавших было пятеро: четыре «тэка» и один морлок. У Джеза и Моро ушло почти три часа на то, чтобы подвести переходник (для этого пришлось разрезать две переборки) и втащить всех четырех в катер.

Ургентную помощь им оказали прямо во втором шлюзовом отсеке. Старший тэка, вдохнув обогащенной кислородной смеси, пришел в себя на несколько секунд, пробормотал слова благодарности и снова впал в забытье. Всех пятерых разместили в пустых каютах временного экипажа. Потом Джез сделал еще одну ходку на «Вальдек» — так назывался разбитый корабль — и вывинтил блок памяти сантора.

Корабль шел с Джебел-Кум — регистрационные документы остались в санторе, — и вез на борту свыше сотни гемов, в основном — рабочих (в копии грузовой декларации они значились как тонкорунные козы-викуньи). Когда произошла катастрофа, уцелевшие члены экипажа покинули корабль в спасательном модуле, оставив свой живой груз на произвол судьбы.

— То что вы видели в контейнерах, — на правах доминатрикс леди Констанс принимала участие в заседании офицеров экипажа. — Это тела рабов? Неужели кто-то вывозит гемов из Империи за Периферию, чтобы там продавать?

— Этот корабль шел в Империю, чем угодно поклянусь, — сказал капитан Хару. — Когда кто-то придет в себя, мы узнаем наверняка, но я так думаю, что это не рабы, а нелегалы.

— Нелегалы? — изумился лорд Августин.

— Они самые. Гемы теряют работу на многих новых землях. Ну, а жить как-то надо, они и перебираются в Империю всеми правдами и неправдами.

— Но ведь есть имперская программа адаптации, — возразила леди Констанс.

— И сколько они адаптируют? Полтора миллиона в год? Это капля в море. Миледи, гемов на этих планетах — как муравьев, вся экономика строилась на гемах. У вас на Мауи этого не водится, оттого что это новая колония и там еще не успели наплодить зелененьких. А на Джебел-Кум сплошные шахты и ничего кроме шахт. Народ теряет работу, потому что Вавилон больше не покупает иридия и осмия, а Империя покупает на Ракшасе. Зуб даю, что они летели на Ракшас.

— Бывает всякое, — вступил в разговор Джез. — Бывает такое, что гемов собирают вроде как лететь в Империю, а на самом деле — продают в Вавилон. Там теперь большой спрос на это дело, потому что много питомников Мицуи наши погромили.

— Ужасно, — качнула головой леди Констанс. — Но что же мы будем делать с этими спасенными?

— А что с ними делать, — проворчал капитан. — Сдать на ближайшем синдэн-посту. Ради этого, миледи, нам придется малость переменить курс. Это нас еще на недельку задержит.

— И что с ними будет дальше?

— Депортация, — пожал плечами Джез. — Они должны находиться под инквизиционным надзором. Особенно этот… — субнавигатор показал руками вверх и в стороны, обозначая размах плеч боевого морлока.

Леди Констанс недолгое время молчала.

— Где точка перемены курса? — наконец спросила она.

— В секторе Кентавра, после второго прыжка, — ответил Майлз.

— Значит, трое суток на принятие решения у меня есть?

— Двое суток и семнадцать часов, сударыня, — сказал Джез. — А может, и меньше, потому что я постараюсь выбраться из Пыльного Мешка как можно быстрее.