Чтение онлайн

Аврора шептала его имя, бормотала, как сладостны его поцелуи, прикосновения его крепких рук, и каждое ее слово было подобно капле масла, попадающей в огонь. Его плоть взбунтовалась, а от страстных стонов и бессвязных слов девушки рухнули последние бастионы.

Он отчаянно хотел ее. Долгие годы самоконтроля и воздержания канули в прошлое. Ему приходилось сдерживать только нетерпение, бороться с искушением немедленно раздвинуть бедра Авроры и погрузиться в нее, как того требовала его плоть. Рэну хотелось продлить ее ласки, эту сладострастную любовную игру, но его одолевало желание овладеть ею. Рэн опустил Аврору на подушки, наслаждаясь видом ее тела, потом тихонько приподнял и прижал к себе.

Девушка обхватила ногами бедра Рэна, запустила руку в его бриджи, и он понял, что пропал. Его пальцы уже проникли в нее, и Аврора страшилась сейчас лишь одного – внезапного и непонятного отчуждения Рэна, как это уже не раз случалось. Аврора жаждала познать его и не сомневалась, что он все равно будет принадлежать ей, ведь каждое биение ее сердца принадлежало ему, но взамен она хотела получить Рэна… Она беспрерывно повторяла его имя, двигаясь в одном ритме с ним. Но когда Аврора попыталась стянуть с него бриджи, он отстранил ее руку.

– Рэнсом, войди в меня! Пожалуйста!

– Нет, дай мне подарить тебе наслаждение, продлить его… О Боже, твой запах… – Он уткнулся в ее волосы. – Думай, что я уже в тебе. Позволь мне подарить тебе это.

– О-о! Рэнсом, не останавливайся!

Он опять проник в нее пальцами, и девушка почти сползла с постели, так что ему пришлось опуститься и встать на колени, чтобы целовать ее груди, живот, пах. Аврора сгорала от желания, задыхалась. Рэн раздвинул ее бедра и стал ласкать языком ее плоть. Аврора изнемогала от страсти, то призывая, то сдерживая его.

Потом он ощутил ее дрожь, предвестницу высшего наслаждения, и снова услышал, как Аврора умоляет его войти в нее. Тогда Рэнсом опустил девушку на постель и прижался к ней. Его движения стали мягче, но она удерживала его руку внутри себя.

– Этого недостаточно, – сказала Аврора, тяжело дыша и объятая сладкой дрожью. – Я хочу тебя. – И она расстегнула пуговицу на его бриджах.

В дверь каюты постучали.

Аврора не хотела отпускать его.

Стук повторился, и Рэн резко отстранился. Она потянулась к нему, надеясь, что никто не сможет забрать у нее Рэна сейчас.

– Не покидай меня, Рэнсом. – Она гладила его по щеке, пока тот медленно поднимался.

Он глубоко вздохнул:

– Я… не могу… Я не могу этого сделать. – Боже, Аврора! – Он вскочил с постели и повернулся к ней спиной, низко опустив голову.

Девушка хотела позвать его, но тут же вспомнила, что просила у Рэна всего лишь один поцелуй, а он дал ей намного больше. Нет, нельзя настаивать – ведь он уже наверняка мучительно сожалеет о случившемся. Конечно, жаль, что он чувствовал себя виноватым, но что же делать, если они оба совершили грех? Ничего, у нее хватит терпения, она не откажется от Рэна.

– Поступай, как хочешь, мой господин.

Он оправил одежду, откинул с лица волосы и взглянул на нее.

– «Как хочешь»? Больше тебе нечего сказать?

Аврора поднялась и завернулась в покрывало.

– Да, как хочешь, – повторила она, застегивая на нем жилет. – Спасибо за наслаждение, которое ты мне подарил, Рэнсом.

Он глядел на нее во все глаза, не зная, что ответить.

– Ты обретешь душевное спокойствие, если погасишь огонь в сердце, – добавила Аврора и направилась к двери.

– Ошибаешься, – солгал он и заткнул за пояс кинжал. Да, эта девушка не лезет за словом в карман. – Прежде ты утверждала, что у меня нет сердца, – заметил он и, вдруг испугавшись, что полураздетая Аврора сейчас откроет дверь, подскочил к ней. – Одумайся, ведь на тебе почти ничего нет.

– Одежда – всего лишь оболочка, господин. – Аврора пожала плечами и уже открывала защелку, когда Рэн удержал ее.

– Боже правый, неужели хочешь вызвать бунт на корабле?

Аврора прислонилась к стене, терпеливая и полная достоинства. Черт бы ее взял!

– Саиб?

Рэн открыл дверь, взглядом приказывая Авроре не показываться.

– Саиб? – Дахрейн попытался заглянуть в каюту. – С госпожой все в порядке?

Рэн бросил взгляд на девушку, завернутую в простыню. На ее губах играла лукавая улыбка, и она нарочно приоткрыла бедро, напомнив Рэну о только что пережитых ощущениях. Его вновь потянуло к ней, но он тут же овладел собой.

– Да, – ответил Рэн, не спуская с нее глаз. – Госпожа пришла в себя.

Аврора многозначительно посмотрела на его выпуклость в бриджах.

– А ты – нет, – насмешливо прошептала она.

– Развратница, – пробормотал он так тихо, чтобы его слышала только Аврора.

– Вот ее платье, сэр. – Дахрейн протянул Рэну одежду Авроры, пораженный странным выражением лица капитана. Он никогда еще не видел, чтобы тот так язвительно улыбался.

– Оно сухое? Уже? – удивился Рэн. Он задумчиво покачал головой и приказал Дахрейну принести для госпожи еду.

– Ах, саиб. «Морган» уже в поле зрения.

Рэн взглянул на побледневшую Аврору и почувствовал стеснение в груди. Она явно забыла, что ей придется покинуть корабль, и теперь страдала, ибо так и не разрушила его броню.

Рэнсом отсылал ее прочь.

Ничто не могло проникнуть сквозь возведенные им крепостные стены. Аврора поняла, что навсегда теряет его. Значит, даже в те минуты, когда она обнимала его, а Рэн наслаждался ею, Рэнсом помнил о своем намерении высадить ее на берег, продолжал видеть в ней угрозу своей свободе, своему делу. «Это моя вина, – подумала Аврора, – я не должна была желать его».