Чтение онлайн

– Ты чего ждешь, девка? Плати!

Он хлопнул рукой о стол, и на сукне подпрыгнули фишки.

Он смошенничал, и Нат была в этом уверена, однако она принялась выкладывать на зеленое сукно четыре платиновые фишки. Но прежде чем пододвинуть их в его сторону, Нат помедлила.

– Извините, мне нужно попросить отмотку, – вымолвила она.

Это означало, что она попросит охрану проверить камеры и убедиться в том, что никаких отклонений не имелось. Но когда она осмотрелась, Мэнни и остальных менеджеров рядом не оказалось. Что здесь творится?

– Плати немедленно! – прорычал парень угрожающим тоном.

И тут Нат увидела, что под полой пиджака он держит пистолет, наставленный дулом прямо на нее.

Она не успела и глазом моргнуть, как высокий красавец одним стремительным и неожиданным движением уложил шулера лицом на стол, заломив ему руки за спину. Он одновременно нейтрализовал и обезоружил его!

Нат с невольным восхищением наблюдала, как юноша лезет мошеннику в карман.

– «Беретта». Старая школа, в хорошем вкусе, – произнес он, положив пистолет на сукно.

Из другого кармана на ковер посыпались тузы. Нат наконец-то осенило. Жулик воспользовался тем, что она отвлеклась на красавчика. Он выгадал удобный момент, поменял карты и присвоил себе фишки.

Фишки!..

Четыре платиновые.

Это было равно двадцати тысячам тепловых кредитов. Такого богатства с лихвой хватит на то, чтобы заплатить проводнику и нанять судно. Она может выбраться отсюда…

Нат встрепенулась и встретилась взглядом со своим новообретенным рыцарем. Секунду они молча смотрели друг на друга.

Когда Нат опять посмотрела на сукно, фишки исчезли.

Красавчик ошеломленно уставился на стол.

– Держите, – прошептала Нат, вкладывая ему в руку горсть пластиковых фишек и прощаясь с теплыми варежками, на которые копила. – Это вам за помощь.

– Оставьте себе на бокал воды, – ответил он, возвращая ей фишки, и направился к выходу.

Уэс покинул казино, досадуя на себя. Платиновые фишки лежали прямо на столе! Четыре штуки, равные двадцати тысячам ваттов, протяни руку – и возьми! Почему они не у него?

Сначала все шло безупречно. Он зацепил банкомета: ее лицо прямо засияло, когда он ей улыбнулся. И Даран со своим сомнительным тузом разыграл свою роль как по нотам. Вызвал переполох и предоставил Уэсу кучу времени, чтобы прикарманить платиновые фишки, пока внимание девушки было сосредоточено на другом.

Но Уэс их не взял и теперь возвращался на место встречи с пустыми руками. Он нахмурился, пробираясь сквозь медленно движущуюся толпу к площади Марка Антония. Ему надо было просто отправить чудесные фишки к себе в карман – и сегодня у них был бы королевский пир! Но он упустил пару секунд, а потом их не оказалось. Они исчезли в мгновение ока.

Уличные альфонсы громко расхваливали свой товар, раздавали визитки и листовки, а их девицы бросали призывные взгляды на каждого прохожего.

– Что случилось, милый? Я тебя утешу! – пообещала ближайшая. – Или ты сможешь меня утешить…

Уэс нашел свою команду у статуи Бахуса на Форуме. Они смотрели на него с радостным нетерпением. Даран еще не вернулся, но он будет в порядке. Карлос о нем позаботится.

– Как дела, босс? – спросил Трясун.

Этот неряшливый долговязый солдат с козлиной бородкой являлся правой рукой Уэса. Они были рядом еще с того времени, когда Уэс пришел в армию. Они стали считай что братьями. Трясун отличался надежным нравом и характером твердым, как скала, несмотря на прозвище. Он, как и Уэс, был ветераном и обладал стоическим упорством человека, умеющего выживать. Трясун страшно разозлился вчера, когда услышал, что Уэс снова выходил на трассу. «Я спас тебя в Сантонио не для того, чтобы ты губил свою жизнь в кровавых гонках». Он посмотрел на Уэса с надеждой, но Уэс лишь пожал плечами.

– Что случилось? – заныл Фарук, самый младший в их команде, нос да локти: тощий дерганый паренек с невероятной прожорливостью.

Уэс уже собрался им все объяснить, но внезапно увидел бегущих по тротуару Дарана и Зедрика. Братья были одеты одинаково: в бежевые куртки и темные брюки. Лохматые шевелюры развевались на ветру, а пронзительные черные глаза смотрели на мир одинаково настороженно. Если бы охранники опознали Дарана, то роль вора сыграл бы Зедрик.

В отличие от Трясуна остальные ребята попали в отряд совсем недавно. Уэс взглянул на них. Да, вот они – Даран и Зедрик Слейны и Фарук Джонс. Фарук оказался не по годам умудренным жизнью тринадцатилеткой, но большим болтуном: он не переставал молоть языком, даже когда понятия не имел, о чем говорит, причем этот спец по любой теме не имел ни малейшего практического опыта. Дар и Зед были погодками, но Даран обращался со своим младшим братом, как с малолеткой. Их обоих выставили из армии раньше, чем они получили права на привилегии отслуживших полный срок, что сейчас стало обычной политикой военных. Рядовых спешили выгнать до того, как на них пришлось бы слишком потратиться. Но из Дара и Зеда получились типичные солдаты: наглые и вспыльчивые сквернословы, которые очень метко целились и не терялись в перестрелках.

– Сколько? – спросил Даран. – Что у нас в итоге?

– По нулям, к сожалению, – ответил ему Уэс.

Даран длинно и изобретательно выругался, а потом с противной ухмылкой осведомился:

– Собрался нас продинамить?

– Богом клянусь: ничего не взял! – воскликнул Уэс, возвращая Дарану пистолет.

Даран яростно вырвал у него оружие.

– То есть как ничего? Я все сделал, как надо. Дело было на мази! Тебе оставалось только протянуть руку и забрать фишки!

Уэс огляделся: на них начали обращать внимание. Пока небесный патруль облетал их стороной, но если парни будут сильно шуметь, ситуация быстро изменится.

– Не орите. Меня раскусили. Кроме того, нельзя же выдавать Карлоса.

– Врешь! Ничего они не знали! Я тебе не верю! – возмутился Даран. – И Карлос будет рассчитывать на свои две тысячи.

– С Карлосом я сам разберусь.

– Значит, еды нет? – догадался Фарук. – Никакой?

– Только размазня, – мрачно объявил Зедрик, возмущенно глядя на Уэса. – Я за ней в очередь не встану. Какое унижение!

Трясун кивнул. Он не обвинял, не сетовал. Затем хлопнул Уэса по плечу.

– Ты ведь можешь проделать свой фокус с закрытыми глазами! Мы сто раз разыгрывали эту сцену. Что случилось?

Уэс вздохнул:

– Повторяю: я почувствовал опасность. За мной наблюдали. Меня это вспугнуло.

Уэсу не хотелось говорить им правду – и не хотелось признаваться в ней даже самому себе.

Что же произошло в действительности?

Банкомет оказалась красавицей: длинные темные волосы, сияющая светлая кожа. В ней не было той жесткой бронзовости, которая стала столь популярна среди спортивных девиц Нового Вегаса с их темно-оранжевым загаром и высветленными прядями. Кстати, то была всего лишь безнадежная попытка выглядеть так, словно у них хватает денег на поездки в закрытые города, где тепло, и свет дарит искусственное солнце.