Чтение онлайн

– Не удастся, – ответил он, как ей показалось, с горечью. – Куда бы я ни отправился, всегда найдется кто-нибудь, кто меня раньше встречал. Какой-нибудь молодой парень, щенок, воображающий, что может со мной потягаться, и он не успокоится, пока не попытается меня переплюнуть.

– Вы когда-нибудь пытались бросить эту жизнь?

– Однажды я уехал в Калифорнию. Остриг волосы, сменил имя, отрастил бороду, но и это не помогло. Не пробыл я там и недели, как нашелся парень, который меня узнал. И дальше, не успел я оглянуться, как убил двоих ребят и снова отправился в путь. И тогда я решил: какого черта? Раз уж дела обстоят так, то по крайней мере буду хоть деньги этим зарабатывать. И пошло-поехало…

– Вы могли бы сделать новую попытку.

– Может быть.

Глаза Тайри так и сверлили Рэйчел: он пытался угадать, что скрывается за этими вопросами и внезапными паузами.

– Ну ладно. Я, пожалуй, поеду, – вдруг объявила Рэйчел. – Завтра вернусь и привезу все, что вы просили.

– Рэйчел…

– Да?

Она подняла на него глаза. Ей было так жаль его! Хотелось обнять, приласкать, почувствовать его поцелуй на своих губах. До боли в сердце не хотелось оставлять его одного в таком унылом месте, где некому было о нем позаботиться.

– Каждый раз, когда вы оказываетесь рядом, мне приходится вас за что-нибудь благодарить.

– В этом нет нужды, – быстро ответила Рэйчел и поспешила выйти, боясь, что сделает какую-нибудь глупость, например, бросится в его объятия.

Назавтра Рэйчел приехала в Йеллоу-Крик верхом ранним утром. Миссис Торнгуд кинула на нее любопытный взгляд, когда она купила коробку сигар и четыре коробки патронов.

Она как раз покупала муку, бекон, сахар, соль и консервы в банках, когда в магазин зашел Клинт. Заметив Рэйчел у прилавка, он нежно улыбнулся.

– Доброе утро, Рэйчел, – приветствовал ее Уэсли, подходя.

Он взглянул на сигары и коробки с патронами, сложенные стопкой на прилавке, потом перевел вопросительный взгляд на Рэйчел:

– Твой старик начал курить сигары?

– Нет, – ответила она, стараясь не встретиться с Клинтом глазами. – Сигары для Кандидо.

Уэсли кивнул, хотя не мог припомнить, чтобы мексиканец когда-нибудь курил что-нибудь, кроме трубки.

– На ранчо все в порядке?

– Да, все прекрасно, – поторопилась ответить Рэйчел. – Придешь в воскресенье обедать?

– Разумеется. Но есть ведь еще и суббота, а в субботу будут танцы в Грейндже.

– Похоже, там будет весело.

– Так я заеду за тобой в семь?

– Буду ждать тебя. А сейчас мне пора, – сказала Рэйчел, забирая с прилавка покупки и укладывая их в мешок. Она расплатилась с миссис Торнгуд, улыбнулась Клинту и вышла.

Уэсли смотрел ей вслед. На лице его застыло недоуменное выражение. Что-то тут не так. Но что?

Тайри заткнул тяжелый старый «кольт» за пояс штанов и вышел из хижины. Быстро оглядевшись вокруг и убедившись, что он здесь один, Тайри вытащил из-за пояса револьвер. Потом, втянув в себя воздух, взвесил его на ладони, прикидывая.

Как большинство профессионалов, Тайри умел стрелять и левой рукой, но стрелял он ею не более чем сносно. Правда, некоторые ребята, не выходившие из дома без двух револьверов, умели управляться с ними одинаково хорошо обеими руками. Но то было так – баловство. Настоящему профессионалу хватало, чтобы сделать свое дело, и одного револьвера. Ведь если ему не удавалось поразить цель с первой обоймы, следующая могла оказаться ему уже ни к чему.

Снова и снова Тайри вытаскивал из-за пояса «кольт» левой рукой, привыкая к этому ощущению, к его тяжести, стараясь держать, как полагается. Он практиковался все утро. Приятно было снова чувствовать себя вооруженным, ощущать гладкую поверхность приклада орехового дерева в своей ладони.

Он все еще тренировался, когда подъехала Рэйчел. Тайри снял рубашку, и она, не отводя глаз, смотрела на его мускулистое тело и чувствовала, как в ней поднимается желание. Он был крупным мужчиной, но двигался при этом с тигриной грацией, мускулы двигались под смуглой гладью кожи, как рябь по воде. Он обернулся и посмотрел ей в лицо. Его грудь еще местами украшали синяки, а ребра были туго забинтованы. Густая черная борода делала его похожим на пирата, но все это вместе взятое почему-то бесконечно возбуждало ее.

– Я привезла все, что вы просили, – сказала Рэйчел, краснея под его откровенным взглядом и пытаясь понять, угадал ли он ее столь неподобающие леди мысли.

– Пойду занесу все это в дом, а вы продолжайте свое занятие.

Тайри вернулся в хижину только к обеду. Войдя, он сразу заметил, что Рэйчел здесь основательно потрудилась. Единственное окно сверкало. Пол был чисто выметен. Из углов исчезла паутина. Одеяла были выстираны. На столе красовалась красная клетчатая скатерть. Он вопросительно поднял бровь, увидев, что накрыто для двоих. На постели лежала чистая рубашка, а также кусок желтого мыла и белое полотенце. На полочке стояла, ожидая его, миска с горячей водой, рядом лежала бритва. На плите дымился горшок с горячим рагу, в духовке разогревались бисквиты.

Тайри только тихонько присвистнул:

– Ничто не может сравниться с руками женщины.

– А почему бы вам не пожить здесь по-человечески? – резко спросила Рэйчел, приняв его комплимент за насмешку.

– Эй, успокойтесь, – постарался пригасить ее пыл Тайри. – Мне это нравится. Все это выглядит… славно.

Смягчившись, Рэйчел сказала:

– Обед почти готов, – и поглядела на щетину, покрывавшую щеки Тайри. – У вас есть время побриться.

– Бриться левой рукой – хлопотное и малорезультативное дело, – пробормотал Тайри, проводя рукой по щеке.

– Хотите, чтобы это сделала я?

– Вы? – хмыкнул Тайри. – Черт, не возражаю, если вы и в самом деле не против.

Он сел на один из тонконогих стульев, Рэйчел намылила ему лицо и очень осторожно принялась за бритье. Прикосновения ее были легкими, он ощущал тепло ее пальцев на щеке, и вдруг между ними внезапно возникло какое-то напряжение, хотя, казалось, ничего не изменилось и она все так же продолжала водить лезвием по его щеке. Каждое движение, каждый взгляд приобрели иной смысл, и Рэйчел оставалось только недоумевать, как же это случилось. Она остро чувствовала взгляд Тайри на своей груди, находившейся, оказывается, всего в нескольких дюймах от него, почувствовала, что его бедро легонько касается ее ноги.