Сердце ангела
Шрифт:
Впервые в жизни Диана задумалась над тем, что денно и нощно твердили ей в университете, на курсе «Антимагии». То, что она воспринимала всегда как антимаговскую пропаганду, сейчас оказалось наполненным смыслом. «Опасность магии не только и не столько в том, что маг способен погубить человека и его душу, – всплыло у нее в памяти. – Куда большую угрозу представляет другое. Маг видит в каждом человеке не создание Божье, а лишь инструмент для своих целей. Как бы они ни лгали вам, как бы ни маскировали свои цели и желания, помните, для магов вы все – просто вещь. Которой можно попользоваться. А потом выбросить».
– Присаживайтесь. – Каспар указал Дарелу на стул. – Итак, вы все обдумали?
Дарел мрачно кивнул.
– Отлично. Тогда не будем терять зря время. Вашим первым заданием будет…
– Я помню – Арнор.
– Нет, капитан. Обстоятельства изменились. Арнор подождет. Сейчас меня интересуют хорошо известные вам лица. Я имею в виду господ, предлагавших вам покинуть тюрьму. Их трое. Баронесса Диана де Тюржи, но она интересует меня меньше всего. А вот виконт Эрик де Мержи и его дружок, маг со странным именем Берсень, они и будут вашей целью.
– Но позвольте, сударь, у меня штурмгруппа, а не…
– Дарел, избавьте меня от рассуждений. Вы согласились сотрудничать. И получили приказ. К чему ненужные споры? Я не генерал де Водрейль. Вы либо исполняете, либо возвращаетесь за решетку. Трое ваших людей ждут во дворе, четвертого подберете по дороге, он ведь, кажется, живет у южных ворот. Вы направляетесь к реке, к выходу городской канализации. Если «серебряные» перехватят наших беглецов, вы получите другое задание. Если упустят, вступаете вы. Ясно? Ступайте, я тоже скоро буду.
На пороге Дарел обернулся:
– Скажите, Каспар, зачем я вам понадобился? Ради чего вы пугали меня изменой? Вы ведь сами сказали – нужны правильные.
Каспар улыбнулся.
– Позвольте вам не отвечать, капитан. На этот вопрос быстро не ответишь. А у нас нет сейчас времени.
– А потом?
– Ничего не обещаю, капитан. Но вы и сами можете догадаться. Если хорошенько подумаете. Ступайте, время не ждет.
Дарел ушел, мягко затворив дверь, и Каспар тотчас выкинул его из головы. Дарел – неплохое приобретение, если пользоваться им с умом. Но о том, как им наилучшим образом распорядиться, Каспар еще подумает. Сейчас его беспокоили куда более важные вещи.
И в первую очередь – содержание ответа, полученного из столицы. «Операцию свернуть. Отца не трогать. Остальное – по усмотрению». Что значит – по усмотрению?
Понятно, что операция, ради которой Каспара прислали, была сорвана. Понятно, что ввязываться в конфликт с бургомистром без серьезных оснований смысла не было. Но тогда почему бы его просто не отозвать? Зачем он нужен здесь?
В конце концов, не трогать Отца не значит не трогать его людей. Начиная с Берсеня и Эрика, а заканчивая…
Но что все это даст? Неужели в столице не знают, кто стоит за бургомистром?.
Но если знают – зачем ловить беглецов? Или все же – не ловить?
И почему герцог Норвальд дает такие невнятные указания? Уже сколько лет Каспар служит ему верой и правдой, а его распоряжения по-прежнему напоминают головоломки. Десять лет назад, когда Каспар только поступил на службу в ОСА, приказы герцога Норвальда казались причудой. Но постепенно, год за годом, Каспар понял две вещи. То, что генерал, по всеобщему мнению фаворит короля и настоящий властитель Армании, в действительности таковым не является. И как следствие странные приказы генерала были не причудой, а подстраховкой. Всесильный глава ОСА опасался ответственности. Но не перед королем – насколько Каспар знал, тот безоговорочно доверял ему.
И Каспар вновь и вновь возвращался к мыслям о некоем тайном ордене, решавшем судьбу Армании. Ордене, о котором он знал пока только одно – эти люди умеют хранить свои тайны. Все его попытки вызнать хоть что-то были тщетны. Сослуживцы непонимающе моргали, приятели крутили пальцем у виска. Ни слухов, ни сплетен, ни свидетелей. Одни догадки. Но надежды Каспар Геллер не терял. Мысль о незримых и неведомых властителях Армании будоражила его разум уже довольно давно.
– Ненавижу тебя, Берсон!
Эрик сидел у стены по пояс в грязной луже. Беречься смысла больше не было. После схватки с райгером он и так был мокрый с головы до пят. Везде под доспехами хлюпало и чавкало, мокрые штаны и рубаха неприятно липли к телу. Правда, мерзкая вонь, от которой он так мучался, больше не досаждала – притерпелся. От этого было вдвойне обидно: он ведь знал, помнил – здесь гадко воняет!
К нему склонилась Диана, расстегнула ремень под подбородком, сняла шлем, рукавом платья вытерла виконту лицо. Но виконт едва ли заметил и оценил ее заботу. Эрик с ненавистью пялился в сторону Берсеня.
– Это просто возмутительно! Я вырвал его из застенков этой чертовой Инквизиции, а он что?! – продолжал кипятиться Эрик. – А он бросил меня на съедение этой чертовой твари!
– Эрик, – тихонько сказала девушка, – мне кажется, тебе лучше не кричать. Разве ты не видишь?
В глубине тоннеля, едва освещенный светом факела, стоял Берсень, уставясь куда-то в пространство. А вокруг него медленно двигался лев. То ли принюхивался, то ли выбирал, с какой части тела начать трапезу.
– Мне кажется, Берсень творит волшбу, – перешла на шепот Диана.
В наступившей тишине были слышны только хлюпающие шаги льва.
– А мне кажется, этот чертов лев его сейчас сожрет, – почти злорадно отозвался Эрик.
– Надеюсь, ты ошибаешься. Потому что если он его сожрет, догадайся, кто будет следующим.
– Мне все равно. На мне карнелийские доспехи, – уверенно заявил Эрик, хотя в голосе проступили и нотки тревоги. Похоже, перспектива еще раз оказаться в пасти райгера его не очень-то вдохновила.
Сделав несколько кругов, лев что-то рыкнул и длинным прыжком исчез в темноте. Несколько минут Эрик и Диана следили за магом, ожидая, что тот шевельнется и откроет глаза, но Берсень стоял недвижимо, как статуя.