Сердце ангела
Шрифт:
Мир пугал ее. А теперь нет. Теперь она чувствовала себя под защитой. Словно не человек, а какой-то Святой Дух спустился с небес и заботливо укутал ее своим покрывалом. Стало радостно и беззаботно. Тревога улетучилась, словно ее и не было никогда.
Иван никогда не давал ей этого чувства. Даже в самые счастливые минуты их отношений она никогда не чувствовала себя так. Даже любя, она, как бы это сказать... озиралась, что ли? Да, озиралась. А когда озираешься, значит, что-то не так. Значит, чего-то самого важного нет, нет правды.
— Приехали, — шепнул ей на ухо Ангел.
— А? — Марьяна очнулась, словно ото сна, словно она была в сладком сне и, проснувшись, обнаружила себя в еще более сладостном и счастливом мире. — Приехали?
— Да, — ответил Ангел. — Пора...
Он вышел из машины, обошел ее с другой стороны, открыл дверь и подал Марьяне руку.
— Восход... — прошептала Марьяна, задыхаясь от разрывающего ее душу восторга.
Они были на вершине холма. Вокруг, насколько хватало глаз — заснеженный горизонт. Внизу — просыпающийся город. Небо, светлеющее на глазах. Первый луч восходящего солнца разрезал посветлевший горизонт.
Она освободилась! Да, она освободилась. Теперь она никогда не будет такой, как прежде. С этим рассветом все изменится в ее жизни. Она станет другой — свободной, уверенной в себе, идущей вперед. Вперед и только вперед.
Ангел подошел к Марьяне сзади и обнял. Она чувствовала его дыхание, его тепло. Он согревал ее...
«Господи! — думала Марьяна. — За что мне такое счастье? Неужели я заслужила? Всеми своими страданиями, своей болью... Да, наверное. Наверное, я заслужила счастье. А Иван... Иван когда-нибудь поймет, что он был неправ. И как он был не прав...»
— Ты счастлива? — спросил Ангел.
— Да, я счастлива, — прошептала Марьяна. — Я никогда не была так счастлива!
Солнце поднялось над горизонтом. Небо стало прозрачным-прозрачным, словно на замерзшее стекло упал золотистый луч света.
— Ты меня любишь? — Марьяна подняла и чуть повернула голову, чтобы видеть лицо Ангела. Она сама удивилась своей смелости, но не испугалась ее. — Любишь, да?
— Я как ты, — улыбнулся Ангел.
И Марьяна прочла в его глазах великую нежность и благодарность. То, что и есть на самом деле любовь.
Человек — странное существо... Он полон страхов и потому постоянно нуждается в защите. Часто именно любви дает он это задание — защищать его в его же собственном мире страхов и подозрений. Он дает своей любви работу. Не трудится для любви, но хочет, чтобы она трудилась на него.
Когда человек покупает себе домой живой цветок, он понимает, что должен ухаживать за ним, иначе тот погибнет. От цветка мало пользы, только радость. И за эту радость человек готов платить. Но в любви здравый смысл ему отказывает. Теперь любовь должна заботиться о нем, теперь она должна ему платить.
Почему человек поступает так? Почему не дорожит своей любовью? Почему подвергает ее испытанию? Верно, потому, что он слишком мал и незрел. Верно, потому, что он несмышленый ребенок.. И потому, вероятно, он называет Бога — Отцом, а себя — «дитем Божьим». Да, он и в этом вменяет Богу обязанности.
Иногда кажется, что человек просто глуп. Но... Все было бы очень просто, если бы это было так. На самом деле он слаб и завистлив. А это куда страшнее.
Они наслаждались рассветом, взаимной радостью. Они были счастливы. Марьяна чувствовала это всем своим сердцем У нее было ощущение полета — какой-то невероятной внутренней свободы! «Да, — думала она. — Любить могут только по-настоящему свободные люди, все остальное — неправда. Когда ты чувствуешь зависимость, это не любовь. Это зависимость. Любовь — она, напротив, освобождает. Она — вот этот полет, вот это озаряющее тебя восходящее солнце и прозрачное голубое небо. Это любовь. А страх, тревога, вечное напряжение — это иллюзия любви. Иллюзия, в которой я провела два этих года. Но как только ты освобождаешься от зависимости, ты открываешься к настоящей любви. А как только ты открываешься навстречу любви, она тут же к тебе приходит...» Счастливые мысли путались в ее голове, наезжали одна на другую. Она мечтала, она грезила. И тут же уснула на плече Ангела, как только они сели в машину и отправились в обратный путь.— Вcе, приехали. Просыпайтесь, девушка!
Марьяна очнулась, огляделась по сторонам. Она была на заднем сиденье того самого автомобиля, в котором они вместе с Ангелом ездили встречать рассвет. Но теперь этот автомобиль стоял напротив ее дома, Ангела рядом не было, а на нее смотрел водитель.
— Все, приехали! — повторил он. — Выходите. За все уплочено.
— А где... — Марьяна продолжала растерянно оглядываться по сторонам. — Где Ангел?
— Ангел? — рассмеялся водитель. — Ну ты даешь! Ангел тебе приснился, голуба!
— Приснился?.. — Марьяна вздрогнула и съежилась, превратилась в слабый бессильный комочек.
— Однозначно, — покачал головой водитель. — Приснился.
И вдруг догадка...
— А молодой человек... Со мной был молодой человек, — прошептала Марьяна. — Он...
— А он вышел, — деловито ответил водитель. — Расплатился и вышел. Давно уже, на том конце города.
Водитель назвал улицу.
— Вышел?.. — слезы подступили к глазам. — Вышел...
— Однозначно, — подтвердил водитель. — Как есть, расплатился и вышел.
Марьяна, не помня себя, открыла дверь автомобиля, выбралась на морозный воздух и проводила отъезжающую машину глазами. Но, словно не желая уезжать, машина, проехав несколько метров, остановилась, водитель вышел, открыл капот и скрылся от Марьяны за его крышкой. В ее сторону он даже не посмотрел.
«Совпадения...» — подумалось Марьяне.
Открывая дверь в квартиру, Марьяна услышала звонок телефона. Брр-зинь, брр-зинь... Сердце заколотилось, словно в него вставили дополнительный электрический модуль. «Неужели он?! — шальная мысль буквально пронизала Марьяну. — Неужели Ангел?! Узнал же он мой адрес, значит, у него есть и мой телефон! Это он!»
Торопясь, роняя ключи, на ходу стягивая сапоги, не закрыв дверь, Марьяна стремглав бросилась в комнату, судорожно ища глазами телефонную трубку.
— Алле, да!
— Мара, где ты была всю ночь? — раздался в телефонной трубке раздраженный голос Ивана.
Сердце упало. Камнем.
— Я... Я была дома, — пробормотала Марьяна.
— А почему трубку не брала? — усомнился Иван. — Мобильник выключен. А домашний не берешь...
— Я была дома, — строго оборвала его Марьяна, вернулась к двери и защелкнула замок.