Чтение онлайн

— Не все тут умирают, — рационально возразила Флер. — Я понятия не имею, как это сделать.

— Думаю, Гарри мог бы тебе подсказать, как лишить Сириуса Блэка возможности ответить отрицательно, — Гермиона вскочила на ноги. Она собиралась уходить. — Выздоравливай, Флер, — и она скрылась за ширмой.

Флер собиралась привести себя в порядок, когда заметила входящую к ней Тонкс. Она была как будто не здесь, смертельно бледная и едва дышащая. Если бы она не двигалась, Флер бы серьезно испугалась. Она вдруг подумала, что за те два дня, что она лежит здесь, весь мир словно сошел с ума. Интересно, вдруг и этот Малфой Министром стал?

— Флер, я… я пригласила его, — наконец произнесла Тонкс.

— И что он?

**

Тонкс пришла в Больничное крыло сразу за Сириусом. Она с ужасом наблюдала за Флер, и с облегчением поняла, что Сириус успел. Тот час, что решалась судьба Флер, дался ей так же тяжело, как и всем остальным. Ее выгнали из Больничного крыла так же, как и остальных, и она не знала, куда себя деть. Сириус и Ремус остались там. Флер была очень симпатична Нимфадоре, и ее храбрый выход против дракона только добавил ей уважения от Тонкс. Флер казалась ей несколько самоуверенной, но вместе с тем поразительно приятной в общении, вполне честной и не способной обсуждать кого-то зло за спиной. К ней тянулись люди, и Нимфадора в том числе. Хотя Флер дала понять, что не понимает ее любви к Люпину, она все равно не перестала поддерживать Тонкс.

Наконец ее размышления прервал вышедший из лазарета Ремус. Его рука была перевязана в районе локтя, так как обычные заклинания первой помощи также не действовали на него.

— Как она? — спросила взволнованно Тонкс. Ремус сообщил ей, что Флер будет жить, однако станет ли оборотнем или нет — неизвестно.

— А что ты вообще о ней знаешь? — неожиданно спросил Люпин. — Почему Сириус так переживает за нее?

Тонкс пожала плечами. Она рассказала Люпину все, что знала о знакомстве Флер и Сириуса, однако не стала говорить о ее симпатии к нему. Люпин слушал ее внимательно. Под ее рассказ они миновали весь путь до класса Защиты. Тонкс смущенно замерла. В прошлый раз она заснула прямо на диване, наблюдая за тем, как Люпин проверяет школьные работы, иногда он что-то читал ей, и его голос попросту усыпил ее. Проснулась она уже от громкого голоса Сириуса, накрытая теплым пледом и совершенно выспавшаяся. Но каждый раз, оказываясь здесь, она чувствовала себя здесь беззащитной, ведь Люпин знал о ее чувствах, но отвечать на них не собирался.

— По-моему, нам обоим стоит успокоиться и выпить чаю, — с этими словами он пропустил ее к себе. В его комнатах было спокойно и уютно, и Тонкс потихоньку перестала смущаться. Она наблюдала за тем, как он заваривает чай. В его движениях была крайне умиротворяющая размеренность. Какая-то сова постучалась в окно и передала Ремусу явно тяжелую посылку. Тонкс с любопытством пыталась понять, что же в ней.

— Книга. Как видишь, я их очень люблю, — пояснил Ремус, положив ее на стол. Везде в его комнате царил порядок, даже на рабочем столе.

— Мне не хватает усидчивости, — призналась Тонкс. — Никогда не могу дочитать их до конца.

— До конца отлично дочитываются детективы, причем и маггловские тоже, — но Тонкс покачала головой. Она точно не могла дочитать никакую книгу.

— Даже если я тебе прочитаю вслух? — его тихий мягкий тон голоса всегда заставлял ее испытывать невероятное желание слушать его еще и еще.

— Я усну, — призналась она. Потому что его голос дарил ей необычайное спокойствие. Ей было все равно, кем он был раз в месяц. Остальные дни он был мужчиной, покорившим ее сердце.

— Скучно, понимаю, — кивнул Ремус и сел рядом с Тонкс на диван. Он протянул ей чашку с обжигающим чаем, который Тонкс вовсе не хотелось. Ей хотелось холодной воды, потому что чем дольше она находилось рядом с Ремусом, тем больше она была готова к очередному из своих импульсивных поступков.

— Нет, не скучно, — поспешно проговорила Тонкс. Она вздохнула. — Просто у тебя очень успокаивающий голос, — получилось признаться у нее.

— А я гадал, почему на моих уроках спят ученики, — улыбнулся ей в ответ Ремус. Все в нем казалось очень спокойным и уравновешенным, а это было именно то, что было так нужно Тонкс. Она поставила чашку на стол, потирая подушечки пальцев. Она гадала, что было такого в отношениях между людьми, что определяло, можно ей сейчас преодолеть это расстояние между ними или нет. Почему она не может сейчас обнять его? Не оттолкнет же он. Тонкс смотрела на его шрамы. Кто может ей запретить? Сам Ремус? Но она даже не пыталась. Может быть, при физическом контакте он не сможет отказать?

— Нимфадора, — предупреждающе назвал ее по имени Ремус, когда она вновь впала в то безрассудное состояние. Она скользнула рукой по его руке, после чего придвинулась максимально близко.

— Я Тонкс, — повторила она в который раз. Его светло-карие глаза были невероятно близко. Она положила подбородок на его плечо. — Пойдем со мной на этот бал. Пожалуйста, — каким-то совершенно неизвестным ей до сих пор предчувствием Тонкс поняла, что он согласится. Ей так нравилось держать его за руку, нравилось быть так близко.

— Я все равно не изменю своего решения, — произнес он, однако уверенности в его словах было никакой. Тонкс пожалела, что ее приступ уже не имеет своей максимальной силы, ведь какая-то пара сантиметров отделяла ее от поцелуя.

— Я же не предлагаю обязательства. Я прошу просто потанцевать со мной, — продолжала настаивать Тонкс. Она отлично видела по его лицу, что решимость его тает на глазах. Так близко и все равно еще так далеко.

— Хорошо, — сдался наконец Ремус. — Хорошо, но пообещай мне, что после этого перестанешь… так делать, — Тонкс радостно отстранилась. Ничего обещать она не собиралась. Никогда до сих пор ее не тянуло ни к какому парню или мужчине, и никто, тем более, не интересовался ей. Однако она все равно чувствовала, что Ремусу она не безразлична. К тому же она уже была так близко к нему, а это было крайне приятным положением, так что Тонкс определенно собиралась повторить.

**

Флер улыбнулась. Она точно знала, что упрямство Тонкс рано или поздно победит, но в который раз за сегодня осознала, что и Тонкс поступила гораздо умнее, чем когда-либо могла придумать Флер. Ведь словам профессор Люпин отлично противостоял, но если верить Тонкс, он никогда и никого к себе не подпускал, так логично было предположить, что именно такой напор и поможет справиться с его упрямством. Так почему же Флер до сих пор не осенило?

— И что же ты так переживаешь? — спросила мягко Флер.

— Это у меня отходняк, — призналась Тонкс. — Так всегда, знаешь. Есть момент, когда у меня просто исчезают все эти предубеждения и опасения.

— По-моему, твой профессор это оценил, — улыбнулась Флер.

— У меня до сих сердце стучит, как бешеное, — Тонкс сползла в кресле, закрыв лицо руками. — Почему мне сейчас так страшно?

— Что собираешься сказать или сделать на балу? — спросила ее Флер с интересом.

— Напиться, — буркнула Тонкс. — Понятия не имею, молиться, чтобы меня опять накрыло. Но знаешь, что самое ужасное? Я не умею танцевать!