Чтение онлайн

Марадея еще раз поклонилась, с любопытством взглянула на кентавренка, испуганно косящегося на такую странную тетю всего о двух ногах, и последовала за Кра-Стимбек-Тари, усиленно вспоминая все, что знала об общественном строе кентавров. В ночь перед стартом она не спала ни часу, проходя подробный инструктаж под руководством зеньора Альбхерана, ведущего специалиста Рокуша по Кентавриде и кентаврам. Послу не годится выглядеть невежей, незнакомым с местом, куда его отправили.

Прежде всего вспомнилось о принятых обращениях. К женатым мужчинам кентавры обращаются «конь», к неженатым – «жеребец». У женщин, соответственно, «кобыла» и «кобылица». Несовершеннолетних называют «жеребенок» – вне зависимости от пола. Путаться нежелательно – сами кентавры с первого взгляда распознают, каков семейный статус собеседника (хотя как – никто толком не знает), и очень не любят, когда у кого-то с этим возникают проблемы.

Жен у кентавров всегда несколько. Полигамию для них предопределила сама природа – девочки у рарийских кентавров рождаются почти втрое чаще мальчиков. Соответственно – либо смирись с необходимостью делить мужа с еще двумя-тремя кобылами, либо… оставайся старой девой. А если учесть еще и то, что кентавры-самцы – народ воинственный, и живут обычно меньше своих жен… В общем, мужчин категорически не хватает, вот и приходится как-то выкручиваться.

– Светлого солнца, маленькая кобылица, – прозвучал чуть хрипловатый басок, и Марадея оказалась перед очами городского главы.

Наркан оказался весьма упитанным кентавром – не будь у него седой бороды, гостья из Рокуша приняла бы уважаемого старца за беременную кобылу. Бока распирало так, что Кра-Стимбек старался не ходить по узким коридорам – еще застрянешь, чего доброго. На груди старика висел тяжелый платиновый медальон – знак высокого сана.

– Добрый конь, я Марадея Стузиан, Крылатый Гонец от его величества Обелезнэ, – прощебетала девушка, делая еще один реверанс.

– Я слышал о вашей службе, – благосклонно кивнул старик. – Не страшно ли тебе было парить в поднебесье, маленькая кобылица? Клянусь лоном Матери, я скорее возьму еще десяток жен, чем отважусь на такую страсть!

Наркан залился веселым хохотом, и ему вторил голосок жены. Этот старый греховодник прожил уже сто десять лет из ста двадцати, отпущенных среднему кентавру. Но, тем не менее, он по-прежнему исправно посещал своих пятерых жен, и они то и дело рожали новых жеребят.

– Я слушаю тебя, – благосклонно повел рукой старый кентавр, прекращая смех. – Чем Наркан Симургена может помочь гонцу из Рокуша?

– Мне нужно попасть к Великому Намибу, ваша светлость, – ответила Марадея. – Это очень-очень важно!

– Ох, вот как? – продемонстрировал зубастую ухмылку Кра-Стимбек. – Но Великий Намиб на южной границе, с Ордой. Твой аппарат сможет снова подняться в воздух?

Марадея растерянно покачала головой. В Симургене не было ни одной пусковой баллисты. Возможно, она сумела бы запустить орнитоптер, просто столкнув его с горы или высотного здания, но… ничего подобного здесь тоже не было. Вся Кентаврида – сплошная равнина, а с крыш местных домов можно попросту спрыгивать, не боясь ушибиться.

– Возлюбленный муж, это дело государственной важности, – тихо напомнила Кра-Стимбек-Тари.

Наркан важно кивнул. Он погладил окладистую бороду, задумчиво поглядел в окно, а потом сунул за щеки указательные пальцы и оглушительно свистнул.

– Сти-Глер! – крикнул Кра-Стимбек. – Немедленно явись, у меня поручение!

Послышался стук копыт, и в зал влетел совсем молодой кентавр соловой масти. Явно ненамного старше Марадеи. Юнец прогарцевал в центр и замер неподвижно, одарив девушку из Рокуша ослепительной улыбкой. Та невольно зарделась – пришлось даже напомнить себе, что у этого парня четыре копыта и хвост.

– Отец, я здесь! – гордо стегнул хвостом по крупу Сти-Глер.

– Тихо, жеребец, ты призван не баловства для! – насупил брови строгий батька. – Эта двуногая кобылица – гонец человеческого короля, она несет важные вести! Доставь ее к Великому Намибу, и немедля!

Губы Сти-Глера исказились в хищной ухмылке. Сын Наркана Симургена выделялся среди сверстников редким тщеславием и давно мечтал как-то отличиться перед Великим Намибом. И вот она – прекрасная возможность!

– Я исполню, отец! – едва не поднялся на дыбы молодой кентавр.

– Тогда собирайся, и побыстрее.

Сти-Глер одарил Марадею еще одной улыбкой и ускакал так же резво, как прискакал. А его отец важно наклонил голову и доверительно поведал:

– Это мой сын от младшей брачной жены. Шалопай, мальчишка, но когда дело доходит до скачек… О-о-о, маленькая кобылица, еще ни один жеребец не сумел обогнать моего мальчика. Ну вылитый я в молодости…

– Ах, не лги, возлюбленный муж! – шутливо хлопнула его по боку супруга. – Ты и в молодости был пузатый, как стельная корова…

– Неправда! – возмутился Кра-Стимбек.

– …за что мы тебя и любим, – закончила Кра-Стимбек-Тари.

Старый кентавр глупо ухмыльнулся, но все-таки возразил:

– Я могу показать портрет!

– Ну конечно! – фыркнула жена. – Кому ты грязнишь подковы, возлюбленный муж? Наша сестра Кра-Стимбек-Мале давно всем рассказала, сколько ты заплатил художнику, чтобы он нарисовал тебя худым и стройным…

– Неправда!… – густо покраснел Наркан, стыдливо косясь на Марадею. – Эй, слуги, конюхи, кто там! Немедля сопроводите эту кобылицу к Южным Вратам и снабдите ее всем, что нужно!…

Выходя из особняка, Марадея все еще слышала, как Наркан отчитывает жену за то, что та позорит его перед двуногими. А та только тихо посмеивается в ответ.

Кентавр Сти-Глер ожидал в указанном месте, нетерпеливо стуча копытом и одновременно флиртуя сразу с двумя кентаврицами. Вороная и гнедая девушки с интересом наблюдали за сыном Наркана, не забывая время от времени залиться смехом или отпустить колкость. Среди дам Кентавриды это считается хорошим тоном – при каждом удобном случае потешаться над ухажером/женихом/мужем.