Чтение онлайн

Наверное, он заслужил все, что сказала Эдис. К тому же он не был по натуре общительным. Уже многие годы он знал об этом. Он не любил совместные предприятия. Не любил, когда изучали его документы, а потом предлагали помощь. Человеком, который насаждал свою помощь, был его отец, за что он всегда ненавидел его.

Единственным человеком, чью помощь он когда-либо принял, как ему казалось, была Джинни. Случилось это, когда он был в отчаянии и ему не к кому было обратиться.

— Как ты думаешь, почему это так? — вслух спросил он.

— Что?

— Почему я… — Он остановился и вдруг осознал, что он чуть было не выпалил. Но почему бы и нет? — Я думал над тем, — медленно начал он, — почему мне не нравится, когда мне помогает кто-либо, кроме тебя.

Она выпрямилась и улыбнулась ему.

— Более того, Вудс. Тебе на самом деле не нравится чья-то помощь. Ты просто презираешь и ненавидишь ее.

— Поменьше гипербол, лучше будет.

— Определение банкиров? — Она наморщила свой нос. — Гиперболы у меня в крови.

Он слегка пожал плечами.

— Если это и так, почему я тебе доверяю? Или ты такая замечательная? — Он смотрел в ее огромные глаза. — Думаю, что да. — Он пальцем прикоснулся к ее подбородку и слегка приподнял ее лицо. — Ты действительно просто замечательная.

— Может быть, и нет. Но ты так считаешь, — сказала она, — а меня волнует только это.

Они смотрели друг на друга.

— Знаешь, — наконец сказал Палмер, — я думал о тебе еще до того, как получил приглашение на обед. Не поверишь, но я много думал о тебе еще за неделю до этого.

— И только-то? А как же все остальные месяцы?

— Очень долго после того, как мы расстались, — сказал Палмер, — я был совершенно подавлен. Я не верил, что ты ушла.

— О Боже, — насмешливо сказала Джинни. — У тебя же все есть. Жена, трое детей. Чего же еще?

— А потом я начал понимать логику твоего поведения.

Она кивнула.

— Ты всегда был силен в логике. — Она сделала движение, как будто хотела сбросить мешавшую ей паутину. — Если я раскрою тебе секрет о тебе, Вудс, ты обещаешь не держать на меня зла?

— Обещаю.

Джинни поднялась на ноги и подошла к окну. Палмер повернулся и стал наблюдать за тем, как она пристально рассматривает мост Куинсборо.

— Ты придерживаешься логики, как будто это — главное в жизни, — сказала она. — Но это не так. Это очень опасно. Если логика когда-нибудь тебя подведет, то все может обернуться против тебя, и ты будешь сильно страдать.

— Я не пони…

— А ты попробуй, — прервала она его. — Попробуй разобраться, что это означает. Ты ввязался в это дело с банком Бена Фискетти, следуя только законам логики. Ты задаешь нужные вопросы, хотя в глубине души знаешь ответы. Логика делает тебя глупцом. Конечно, существует небольшая разница между ними и тобой, между тем, чем занимаются они и чем занимается так называемый законный бизнес. Логика заводит тебя в тупики, в которых ты беспомощен. А что, если, следуя логике, насколько это возможно, ты окажешься ни с чем, то ты будешь тогда полагаться на инстинкт? На эмоции?

Он хотел встать, но ноги его слишком устали. Он заерзал в кресле.

— Иными словами, мне надо прислушаться к тому, что подсказывают мне англосаксонские протестантские предрассудки и отказаться от идеи слияния банков.

Она чуть не задохнулась от возмущения.

— Это просто невероятно. Ты глух, когда нужно прислушиваться к тому, что подсказывает тебе сердце. Ты действительно хочешь доказать мне, что тебе совершенно не важно, окажешь ли ты поддержку Бену Фискетти с помощью одного из крупнейших в стране коммерческих банков? Или тебе все равно, что ЮБТК станет крышей для их махинаций?

— Он уже оказывает поддержку многим деловым кругам.

— Тогда зачем тебе еще одна крыса в твоем подвале?

— Чего-о?

— Не надо, Вудс. — Ее темные глаза вспыхнули, как бы предупреждая его. — Я задаю очень простой вопрос. Почему ты не можешь подвести под всем этим черту и просто сказать: мы перестаем выдавать ссуды каждому, кто к нам обращается, мы не собираемся играть роль городской проститутки.

— Отличная мысль. Действительно, банк — это городская проститутка. — Он наблюдал за ней, она опять повернулась спиной к окну. — Конечно, это так, правда? Что бы клиент ни собирался делать со своими деньгами, мы должны выдать ему деньги. Даже если это один из толпы идиотов, которые разоряются, открывая персональный кредит. Мы говорим: да, дорогой, получай!

Джинни повернулась к нему с торжествующей улыбкой.

— Я чувствую себя учительницей в школе для умственно отсталых детей, — сказала она. — Ты можешь понять то, что я говорю?

— Но ведь ты уже слышала, что мы занимаемся бизнесом не для того, чтобы придерживаться нравственных принципов. Для банка безразлично или должно быть безразлично, берет человек миллион для того, чтобы накормить голодающих детей или построить газопровод нового типа.

— Чепуха. Разве банк выдает деньги, чтобы накормить детей? — Она отошла от окна и направилась в дальний конец комнаты. Палмер смотрел, как под ее длинным белым платьем двигались бедра. — Все, о чем я прошу, — сказала она, — это чтобы ты просто призвал на помощь свою мораль в случае с семьей Фискетти.

— А как же быть со всеми остальными негодяями?

— Решай по очереди.

— Я говорю серьезно, — сказал Палмер. Он выпрямился в кресле. — Ты знаешь, о чем просишь? Если я подведу под всем этим черту сейчас, то на этой неделе я вынужден буду отказаться от массы предложений. А банк, может, в данный момент рассматривает тысячи сомнительных предложений, и если я буду копаться… и…

— Отметать?

— Да. Очень хорошо, отметать такие дела… Банки, которые отказываются заниматься такого рода бизнесом, не получают доходов. А бизнес… есть бизнес. Сегодня вечером мне пришло в голову, что пикетчики были в основном клиентами ЮБТК. Где же начинается и где заканчивается моя ответственность? Может быть, логика развития событий должна привести меня в ряды пикетчиков?

— Теперь ты видишь, куда приводит логика. Как только ты отдаешься ее власти, ты оказываешься в опасности. — Она опять подошла к нему. — Я не предлагаю ничего радикального, Вудс. Надо решать все проблемы по очереди. Реши один вопрос. Потом посмотришь, что будет дальше.

— Ты со своими рекомендациями похожа на навязчивых старушек, которые дают советы несчастным влюбленным. — Он остановился, испуганный выражением ее лица.

Палмер понял, что он поступил так же, как он уже поступил с ней и с Гарри Элдером. Он поставил ее в неловкое положение.