Чтение онлайн

— Раз секретер ему так нужен, может переправить его в Англию, — говорит Сара.

— Что? Не слышу, — перекрывая ее голос, кричит в трубку Эд. И снова поворачивается к Саре. — Генри говорит: как только мама окажется в Вашингтоне, она его хватится. Возможно, сейчас она и хочет его отдать, но потом его хватится. Как и ламп с абажурами из шелковой чесучи.

— Не исключено, что он прав, — говорит Сара. — Позже она их хватится.

— Генри за последние пять лет ты хоть раз видел эти абажуры?

— Эд, может, нам стоит нанять контейнер и отправить все это в O.K.

— Что ты сказала? — спрашивает Эд. Она повторяет. — Ладно, согласен. — Он передает ей трубку. — Вы обговорите всё с Генри, а я приму экседрин [160] .

Он берет с пластиковой прикроватной тумбочки еще пару четвертаков и ловко — сказывается опыт — отправляет в счетчик в изголовье.

А Генри, не зная, что трубка перешла к Саре, говорит и говорит:

— Что до ковров, переправлять их не имеет смысла. Они, если хочешь знать, отнюдь не китайские. Их спокойно можно отдать, а вот лампы — не пройдет и трех-четырех лет — станут антиквариатом, а уж абажуров из шелковой чесучи и сейчас днем с огнем не найдешь. Их просто больше не производят.

Первое занятие после возвращения домой Сара проводит как в тумане: временной перепад не прошел бесследно. Уезжая, она дала студентам задание «Написать Мидраш о переходе через Чермное море в жанре, в котором на семинаре вы себя еще не пробовали» И теперь, слушая студентов, она находит, что результат довольно пестрый. Мишель представила рассказ о еврейской девушке, влюбленной в египтянина, та видит, как море поглощает ее возлюбленного вместе с конем и колесницей. Поэтому она, конечно же, отказывается присоединиться к Мириам и другим женщинам, которые перешли море, спаслись и теперь, ликуя, танцуют и поют. А слагает свою песнь и поет ее в одиночестве в пустыне. Брайан написал эссе, состоящее исключительно из вопросов, гипотез и тестов в подлинно мидрашистской традиции. Начинается оно так:

После седьмой — всего-навсего — страницы эссе, Дебби переводит глаза на Сару и, как у нее водится, без церемоний брякает:

— И где тут креатив?

Сару берет досада.

— Давайте дадим Брайану закончить, — говорит она.

— Извиняюсь, — буркает Дебби.

Когда очередь доходит до Иды, она мотает головой.

— Прошу прощения, — говорит она. — Я не выполнила задание. Так и не придумала, о чем бы написать.

— Будьте раскованнее, не загоняйте себя в рамки, — советует Мишель.

— Со мной тоже так бывает: заколодит, и всё тут, — говорит Дебби. — А вы не пробовали обратиться к коллективному разуму?

Что касается Дебби, то она представила автобиографию священной кошки фараона.

Когда Дебби кончает читать, Сара кивает.

— Очень неожиданно и завораживающе, — говорит она.

Как же ей все опротивело. Розу поместили в комнату, где раньше жила их дочь Мириам. Сара показывает Розе разные жилые комплексы. Каждый день везет ее смотреть то один, то другой, и каждый день Роза уверяет, что жить там ни в коем случае не сможет и, если ей где и хорошо, так только в кругу семьи.

— Я вот что думаю, — обращается к Саре Мишель, — не могли бы вы задать нам не мидраш, а что-нибудь другое. Вот мне, например, трудно все время привязывать мои чувства к Библии.

— Трудно — не то слово, — вторит ей Дебби.

— А нельзя ли нам написать рассказ из современной жизни? — спрашивает Мишель.

А Ида присовокупляет:

— Мне бы очень хотелось прочитать ваш мидраш, не могли бы вы принести его на семинар?

— Вам приводилось написать мидраш? — спрашивает Брайан.

— Да, помнится, я когда-то написала мидраш, — говорит Сара. — Пожалуй, можно было бы его отыскать. Однако творчество, хочу вам напомнить, это труд, труд нелегкий, и ограничения идут художнику на пользу. А теперь перейдем к следующему заданию, в нем я предлагаю не употреблять слова «Я», вот какое в нем будет ограничение.

— Вот те на, — взвывает Дебби.

— А «меня», можно употреблять «меня»? — спрашивает Мишель.

— Ну а все другие местоимения можно? — это уже Брайан.

Сара готовит на ужин гамбургеры, и за стол они садятся втроем Сара, Эд и Роза, Роза ест только булочку, зато на тарелке, с ножом и вилкой.

— Тебе, как я понял, не понравилась «Елена», — обращается Эд к матери.

— Оснащен этот комплекс просто великолепно, — говорит Сара.

— Ма, и впрямь великолепно? — спрашивает Эд.

— Там холод, — говорит Роза.

— Как так? Ты же сказала, что кондиционирование превосходное? — говорит Сара.

— Я о тамошней обстановке, там тебя просто охватывает холод. Учрежденческая обстановка.

— Так это и есть учреждение, — говорит Эд.

— Вот именно, и это не дом для меня.

— У них замечательный плавательный бассейн, — сообщает Сара..

— Я не плаваю, — осаживает ее Роза.