Семиречье. Трилогия
Шрифт:
— Ты дары перенимать можешь?
— Перенимать? — черноглазая женщина удивленно посмотрела на гостью. — Нет, конечно, кому такое под силу? Или… ты можешь? — вкрадчиво поинтересовалась хозяйка.
— Да что ты! — вдруг соврала Белава. — Если бы. Слыхала, что можно, вот и подумала.
Что-то расхотелось вдруг быть откровенной с этой божественной Милавой. И помощи у нее просить. А еще Радмира из этого мира было жалко, и Вольга, и чародеев, которых она сумела силы лишить. А вот любопытно, как она это сделала, если нет в ней дара заимствования? Белава перевела взгляд на женщину.
— А как ты силу забрала? — спросила чародейка.
Но Милава не ответила, она так же о чем-то думала, глядя на гостью из озера. Она подошла к столику и стукнула по нему три раза. Белава с любопытством смотрела, как на поверхности стола возник поднос с двумя стеклянными тарелками, двумя кубками и кувшином с вином. На тарелках лежала еда, которая дразнила обоняние чародейки приятным запахом.
— Давай поедим для начала, — предложила Милава. — А то не по людски как-то. Потом отдохнешь, а там уж и поговорим.
Девушка возражать не стала. Сейчас ее цель была заслужить доверие хозяйки, не открывая о себе правды. Радмир сказал: «Уже и силу огня подчинила?» Стало быть может черноглазую злыдню заинтересовать то, что скрывает в себе царская чародейка. И обязательно узнать, как она силу из других чародеев высосала. И спасти сероглазого узника… обязательно. Пусть не тот, но такой же.
Белава машинально начала есть. Еда была не привычной, но вкусной. Она быстро опустошила свою тарелку и подняла глаза на черноглазую хозяйку. Та смотрела на нее и напряженно думала о чем-то своем. К еде она не прикоснулась, просто водила ложкой по краю тарелки. Наконец, взгляд Милавы прояснился, и она слегка вздрогнула, обнаружив, что ее гостья наблюдает за ней. Божественная хозяйка дворца наполнила кубки и подняла свой, предлагая выпить.
— Мне бы квасу, — ответила Белава на приглашение, и Милава серебристо засмеялась.
— Попробуй, это очень хорошее вино, альвийское. Оно приятное и легкое.
Девушка подняла кубок и с неохотой пригубила, распробовала и сделала большой глоток. Потом еще один и еще, пока кубок не опустел. Милава снова засмеялась, глядя на запылавшие щеки гостьи.
— Вино легкое, но коварное, — запоздало предупредила она. — Это не чай и даже не квас. Им надо наслаждаться не спеша. — и сама пригубила из своего кубка.
— Мы к винопитию не приучены, — ворчливо ответила Белава.
Хозяйка снова наполнила ее кубок вином, но девушка уже не спешила пить его, чувствуя, что опочивальня начала плыть перед глазами. Постепенно жар распространился по всему телу, и она покрылась испариной. Милава наблюдала за озирающейся по сторонам чародейкой.
— Что ищешь, лапушка? — спросила она.
— Окно. Мне душно, — ответила Белава и попробовала встать из-за стола.
Ноги отказались ее слушаться, и девушка беспомощно посмотрела на черноглазую женщину. Милава повела рукой, и в покои ворвался прохладный поток воздуха, освежая и приводя в чувство. Белава благодарно улыбнулась, потом взялась за кубок и сделала новый глоток. Когда сладковатый и невероятно приятный напиток потек в горло, она быстро отставила в сторону вино.
— Можно воды? — спросила девушка. — Не умею я пить вино.
— А ты попробуй, — ответила хозяйка, и глаза ее вдруг блеснули. — Давай другое вино попробуем. Оно более интересное.
— Не хочу, — покачала головой девушка.
— Не упрямься, — по губам Милавы скользнула коварная улыбка. — Завтра дам тебе навестить моего узника, даже покормишь его.
Она попала в цель. Хмельная девушка вскинула на него глаза и кивнула. Хозяйка усмехнулась, слабое место гостьи даже искать не приходится, сама показала. Она стукнула по столу, и кувшины поменялись. Теперь вино было красным и тягучим. Запах от кубка шел дурманящий. Милава подняла свой кубок, Белава последовала ее примеру.
— За нашу дружбу, — провозгласила божественная, поднесла к губам свой кубок и проследила, как гостья делает глоток. Тут же на ее губах появилась широкая улыбка.
Белава отпила, поставила кубок на стол и посмотрела на женщину. Ее улыбка почему-то не понравилась девушке. Чародейка отвела глаза и прислушалась к себе. Снова возвращался жар, щеки запылали и дышать стало тяжело. Туман начал заволакивать взор. Девушка попробовала щелкнуть пальцами, но рука даже не поднялась, оставшись неподвижно лежать на столе. Тело отказывалось повиноваться своей хозяйке.
— У меня так много вопросов, — улыбнулось расплывающееся черноглазое лицо.
Белава попробовала ответить, но сильная сухость во рту будто сковала ей губы и язык. Она промычала нечто нечленораздельное, беспомощно вздохнула, и мир вокруг нее померк. Стук упавшего стула долетел из далека, и посеревшее пространство заполнилось ватной тишиной.
Глава 7
Сон был какой-то странный. Ее будто все время о чем-то спрашивали, но она не могла ответить, потому что рта больше не было. Она не понимала, что от нее хотят, ведь отвечать-то нечем! Что за глупые люди? Потом спрашивающий голос превратился в жужжание назойливой мухи, но вместе с ним у девушки появились крылья. Она взлетела и спряталась на мягком облаке, куда не долетала эта противная муха. Постепенно все стихло, облако погрузилось в темноту и сон стал более приятным.
А потом были новые странные ощущения. Что-то ласково ползло по ноге, едва касаясь кожи. Постепенно это что-то поднялось выше и коснулось нежной кожи за мочкой уха, спустилось на шею, и девушка задышала чаще, подаваясь навстречу этому неведомому. А потом был поцелуй, от которого бросило в жар. Она застонала и открыла глаза.
Кто-то был рядом с ней, горячий и сильный. Его губы все глубже погружали ее в сладкий плен. Руки девушки сами обвили шею ночного гостя, и пальчики зарылись в длинные волосы.
— Ты сегодня какая-то иная, — прошептал незнакомец. — И мне это так нравится. Моя девочка…
— Кто здесь? — этот шепот стал ушатом ледяной воды, и Белава забилась в сильных руках незнакомца, пытаясь освободиться.
— Хочешь поиграть? — его глаза сверкнули алым огоньком в темноте. — М-м, ты пахнешь иначе… Это сводит с ума.
— А, ну, отлезь, змей, — окончательно взбунтовалась проснувшаяся чародейка. — Сейчас так по башке дам, что ума и вовсе лишишься.
Незнакомец откатился от нее, и опочивальня наполнилась светом. Белава уставилась на очень высокого и широкоплечего мужчину с длинными черными волосами. Великан изучал ее какое-то время, потом сложил руки на груди и вопросил.