Шрифт:
Пролог
Безмолвие опустилось на лес. Сумерки – пауза тишины в промежутке между тем, когда дневные создания угомонились и отошли ко сну, а ночные твари только готовятся к пробуждению; период, когда окружающие предметы еще видны, но их цвета уже не различимы; короткая серая граница анархии, отделяющая уставы империи света от законов, диктуемых царством тьмы.
Сквозь ветви деревьев показались первые звезды, а по земле пополз густой туман. Принцесса прекрасно знала, что, едва последние лучи солнца скроются за горизонтом, в лесу станет опасно. Смертельно опасно! Потому что близко Хребет Драконов, потому что наступает время чужой магии, потому что придут даргарии.
Цепь высоченных гор, что простирается поперек всего континента и разделяет Эльмирону на две равные части, является так же и обителью грозных ящеров. Однако огнедышащие исполины, гнездящиеся на подпирающих небо вершинах, не являются преградой для живущих на той стороне.
Каждую ночь темноволосые рыщут по Южному Лесу и убивают всех, кто не успел спрятаться, всех, чье укрытие недостаточно надежное, и всех, кто возомнил себя сильнее их.
Перед восходом суровые северяне покинут чужую территорию и отправятся внутрь многочисленных тоннелей и лабиринтов, коими обильно пронизаны склоны, чтобы затаиться там в ожидании следующего прихода тьмы.
Конечно, если им повезет дождаться. Ибо страшная месть ждет каждого из тех, кто попадется на пути мчащихся за ними по пятам и жаждущих мести лаэйри. Златокудрый народ никогда не остается в долгу. Его возмездие всегда настигает врага – хоть в катакомбах, хоть в Северном Бору. За половину суток, что протекут от рассвета до заката, сородичи принцессы расправятся с не меньшим числом даргарийцев и даргариек, чем те казнят здесь.
Кровавая бойня длится уже много-много весен, и не видно конца и края этой бессмысленной войне.
Но так было не всегда. Древние книги помнят время, когда лаэйри крепко дружили с соседями. Тогдашние короли даже столицы перенесли максимально близко к горам, чтобы чаще в гости друг к другу ходить. О, как же давно это было – тридцать пять тысяч сто девяносто одну весну назад! Оба народа Эльмироны прекрасно помнят эту дату, а вот причина, по которой началось Великое Сумеречное Противостояние, позабыта даже монархами. Она спрашивала у отца, из-за чего все началось, но тот не смог ничего внятно объяснить. Точно так же, наверное, недоуменно пожимали плечами и дед, и прадед, и еще семьдесят четыре правителя до них. Хотя нет, первые короли все же передали какую-то информацию подрастающим сыновьям и дочерям. Но с каждым поколением детали забывались, терялись, искажались.
С тех пор, как принцесса Лариника Изумрудноглазая из старшего дома Южного Леса Эльмироны (а для своих просто Ника) прочла о чудесной эпохе мирного сосуществования, ее самым заветным желанием стало взойти на трон и примирить враждующие нации. Увы и ах, это все – пустые мечты. Ведь помимо нее в семье имеются два старших брата и один младший, который, кстати, тоже, согласно законам наследования престола, стоит выше ее в списке претендентов на корону. И, к сожалению, все родственники мужского пола крайне агрессивно настроены против даргариев.
Даже если предположить невероятное, будто братцы вдруг добровольно отрекутся от власти в пользу сестры, править страной будет не Лариника, а ее будущий супруг – один из нескольких десятков самовлюбленных герцогских, графских, виконтских или баронских отпрысков, которые постоянно досаждают ей своими идиотскими шуточками на балах и прочих светских раутах.
А ведь совсем скоро – тридцать третий день травороста – ее совершенновесние! И на торжественном приеме, посвященном этому знаменательному событию, необходимо будет выбрать из вышеупомянутой своры тупых, напыщенных болванов того, кто спустя последующие шестнадцать цветных лун, станет ее мужем.
В те моменты, когда девушка об этом вспоминала (а также по иным, портящим ее настроение причинам), она сразу же убегала из дворца и долго бродила среди деревьев, жалуясь на тяжкую судьбу трясущимся от страха зайчишкам и вытирая горькие слезы беличьими хвостами. На природе, под шепчущий шелест листьев, нервы быстро успокаивались, Ника приходила в себя и снова продолжала радоваться жизни. Только вот сегодня перестарался лес. Слишком крепко убаюкал ее…
Принцесса старалась передвигаться быстро, но при этом производить как можно меньше шума, чтобы не привлекать лишнего внимания. Увы, темнота наступила гораздо раньше, чем показались городские ворота…
Приглашение в личные покои Верховной наставницы получают лишь:
– сильно провинившиеся – дабы им огласили суровый приговор;
– героически отличившиеся, чтобы выслушать выражение глубочайшей признательности и получить щедрую награду;
– кандидатки на повторное возвращение сюда по одной из вышеперечисленных причин, ибо поручения, звучащие из уст старшей сестры, зачастую являются особо важными не только для голубоглазых жриц храма Северного Неба, но и для всей страны.
Здесь всегда немного холоднее, чем в остальных помещениях здания. Хозяйка любит прохладу, помогающую ей сосредоточиться на делах, а кроме того, как и все даргарии, обожает полумрак. Свет одинокой свечи на столе не доходит до далеких углов комнаты, создавая впечатление острова в море тьмы. Такой эффект, вкупе с жутким волнением, заставляет попавших сюда впервые чувствовать себя ничтожно маленькими по сравнению с окружающим пространством.
Но жрица, вошедшая сейчас, уже не раз посещала обитель Верховной и потому не обращала ни малейшего внимания на царившую вокруг атмосферу, а спокойно внимала словам наставницы.