Чтение онлайн

потом не показывать и не играть ими — это хорошо, это безопасно, это делает мальчика изолированным от других, а не контактным.

Тем более что потом можно сказать, что ты у меня с детства был

странный мальчик, у тебя всегда были трудности с другими людь-

ми, а я одна тебя понимала и в твоих увлечениях поддерживала.

Ну, то есть можно будет усилить связь и поглотить ещё не-

множко больше.

Где при этом отец ребёнка? Часто его нет физически, либо он

дистанцирован, либо инвалидизирован и не имеет никакого веса

в этой семье. Вообще нормальный и физически присутствующий

отец — это чуть ли не единственный шанс сына рядом с Мате-

рью на лучшую жизнь. Но его нет — это либо развод (не все-

гда ранний, чаще — когда муж начинает обращать внимание на

странности отношений жены и сына и изгоняется за это), либо

длительная и тяжёлая работа, либо алкоголь и тяжёлые болез-

ни. Единственный возможный щит, самая мощная угроза Ма-

теринскому сценарию должна быть обезврежена, и Мать легко

с этим справляется и в будущем сводит к минимуму контакты

сына со взрослыми мужчинами: родственниками, учителями,

преподавателями секций, старшими друзьями. Кстати, дань

современной жизни — это внушение о том, что все они педофи-

лы, а зачем их ещё интересует её глупенький, слабый и никому

кроме неё не интересный мальчик?

Так что мужчины нет, и вместе с этим нет и сексуальной жиз-

ни. Секс здесь был нужен только для рождения ребёнка, с ко-

торым можно выстроить безопасные для женщины отношения.

Реальный партнёр перестаёт интересовать женщину после осу-

ществления её намерений. Воспитывая сына, Мать может годами, 173

cемь женщин

десятилетиями не думать о сексе и не чувствовать в нём нужды.

Вся сексуальность, вся энергия и возбуждение уходят в её роль, и это приносит успокоение.

Так что мы имеем дело с решением, полностью меняющим

судьбу самой женщины и её сына. Это не тот сценарий, в кото-

ром в любой момент времени можно сделать откат, что-то поме-

нять или принять другое решение. Цена женского выбора стать

Матерью — а значит сместить всё возбуждение в детско-роди-

тельские отношения — столь высока, что любая коррекция по-

ведения в нём затруднительна, и чем старше сын — тем труднее

Матери понимать, что она делает что-то не то. Со временем она

всё больше начинает верить, что она во всём права, что другие

люди её сыну не подходят и что её претензии на право облада-

ния его жизнью оправданы. По большому счёту, создаётся новая

личность на новом ядре всемогущества и ощущения безуслов-

ной нужности.

Женщина, выбравшая этот сценарий, изначально неуверенна,

напугана и травмирована настолько, что не в состоянии строить

адекватных отношений с мужчинами. Это тоже ядро личности:

тревога и напряжение, в которых женщина живёт каждый день

и которые волшебным образом пропадают, смещаются при ро-

ждении сына. Рядом с ним становится возможным построить

другую себя и проявить свои страхи в контроле, свою неуве-

ренность во властности, свою недолюбленность в обеспечении

крепкой связи, в которой её никогда не бросят. Собственно, вся

Мать — это доспехи, личностная броня. Без них женщина разва-

лится. И чем больше лет этой броне, чем она крепче — тем опаснее

снимать её и оказываться в реальности.

Поэтому коррекция самой Матери всегда трудна. Для того

чтобы отказываться от этого сценария, необходимо сталкивать-

ся со своим прежним ядром личности и решать те эмоциональ-

ные проблемы, которые и привели женщину в эту ситуацию. Ей

174

Глава 6: Мать

предстоит возвращать своё возбуждение на те места, с которых

оно сместилось в безопасное русло, предстоит снова заинтере-

совываться жизнью. Матери, которая захочет счастливой жизни

в первую очередь для сына, а не для себя, придётся от него отстать.

И заняться собственной жизнью с её рисками и страхами.

” Вскоре после нашей первой встречи Дмитрий переезжает в другой город, и мы

видимся лишь несколько раз в год. На переезд Дмитрий решается осознанно, по-

нимая, что пусть географическое отделение не решает всех проблем, но на рас-

стоянии от этих двух женщин (матери и возлюбленной) ему будет легче взглянуть

на всё со стороны и пересмотреть свои установки и принципы. Конечно же, мать

Дмитрия воспринимает это как предательство, и наказывает его самым страшным

для него образом — молчанием. Дмитрий это переживает. Вообще, говорит он, это оказалось не так страшно. Ну не берёт она трубку — ну и ладно. Если с ней

что-то случилось, то она имеет на это право, в конце концов, она должна сама

позаботиться о том, чтобы рядом кто-то был и смог её спасти, если что. Всё равно

мне позвонят, если и правда произойдёт что-то плохое.

Через несколько месяцев они снова начинают общаться, и это общение на-

чинается с обвинения сына в жестокости. Это болезненно: Дмитрий не хочет