Чтение онлайн

– А кому с большей охотой вы бы признались в совершенном преступлении? – спросил я.

– Прекрасный вопрос! – похвалила Виолетта, но на вопрос тем не менее не ответила.

– А кто такой Пуаро? – подала голос Кика.

– Деточка, – не преминула съязвить Виолетта, – неужели в вашем учреждении не было библиотеки?

Ольга обошла стол и встала у входной двери, будто намеревалась предупредить возможное бегство Леры.

– В моем учреждении была библиотека! – с вызовом ответила Кика, хотя Виолетта уже не смотрела на нее. – А будет ли в вашем, еще неизвестно.

– А давайте поиграем! – предложила Виолетта, размахивая незажженной сигаретой. – Наш уважаемый сыщик вместо имени нарисует клеточки, а мы будем угадывать буквы? Я начинаю первой. Буква А!

– Вам еще не надоело играть? – спросил я.

– Что вы! – воскликнула Виолетта.

– Тогда раздайте каждому его пожелание, – сказал я и протянул женщине стопку листов.

– Замечательно, замечательно, – приглушенным баском произнесла Виолетта, принимая бумаги.

Она положила их перед собой, низко склонилась и стала перебирать. В гостиной повисла тишина.

– Знаете, – сказала она, не отрываясь от чтения, – эту задачку я уже один раз решала. Только… только здесь одна писулька лишняя. Я вижу ее первый раз. Вот: «Я в детстве обожала разгадывать загадки. Это ужасно интересно! И вот я сейчас всем присутствующим загадываю загадку…» Такой записки не было!

– Это моя! – сказала Лера, протянула руку за листом и пощелкала пальцами.

– Что ты говоришь?! – с издевкой воскликнула Виолетта. – Никогда бы не подумала, что ты способна разгадывать загадки.

– Тем не менее это так, – подтвердил я. – Компьютер зафиксировал время, когда это пожелание было написано. Если не ошибаюсь, Лера заходила в подсобку перед вами?

– Ммм… Да!

– В таком случае это могла написать только она.

– Очень, очень интересно, – пробормотала Виолетта, отдавая лист Лере.

– Компьютер зафиксировал! – скептически произнесла Ольга, которая продолжала охранять выход. – Ерунда какая! У компьютера бывают сбои!

– Был у него сбой или нет, определит специалист, – мягко возразил я.

Ольга кинула на меня недоуменный взгляд, словно хотела спросить: «Что-то не пойму, куда ты клонишь».

Виолетта склонилась над очередным пожеланием.

– «Я человек простой и не умею писать умно…» – невнятно бормотала она. – Ну, это эпистолярные потуги нашего неумного дворника.

Она швырнула лист на середину стола и скороговоркой прочитала начало следующего пожелания:

– «Марко! Ты считаешь, что стоишь на вершине Олимпа…»

– Дайте сюда! – обрывая Виолетту на полуслове, сказал Плосконос, вскакивая со стула. Он покраснел и покрылся капельками пота, словно только что вышел из парной.

– Бери, кайфолюб, бери! – усмехнулась Виолетта. – Никто не покусится на твои порочные откровения.

Плосконос выхватил лист из рук женщины и тотчас смял его в кулаке.

– Почему ты позволяешь ему так обращаться с вещественными доказательствами? – неожиданно громко крикнула мне Ольга.

– В них уже нет необходимости, – ответил я.

На эти слова Ольга возмущенно пожала плечами и произнесла:

– Ну, знаешь! Ты меня удивляешь! Первое впечатление было куда лучше.

– А мне, напротив, он нравится сейчас больше, – вставила комплимент Виолетта и снова опустила голову. – Так-с, что у нас дальше? «Я знаю, что такое настоящий мужчина…» Ага, это мои размышления…

Не успела Виолетта убрать свою записку с глаз долой, как она в одно мгновение оказалась в руках Кики.

– Секундочку, мадам! – с азартом воскликнула Кика. – Что вы там писали про настоящих мужчин?

– Ну вот, – произнесла Виолетта, глядя на меня с надеждой на защиту. – Впустили быдло в приличное общество.

Кика, упиваясь своей властью над Виолеттой, стала громко, играя интонацией, читать:

– «Я прекрасно разбираюсь в людях. И потому мне сегодня очень грустно. Перед нами сидит глупая Обезьяна, которая думает, что она – человек. Она кривляется, отпускает плоские шуточки, заставляя всех смеяться. Блеск остроумия! Особенно впечатляет, как веселится Шлында. Обезьяна публично вытирает о нее ноги, а Шлында смеется. Прелестная парочка! Не удивлюсь, если через год выяснится, что Шлында и Марко на пару украли редакционный фонд и поделили его поровну».

– Каждый имеет право на собственное мнение! – Виолетта попыталась смягчить эффект от прочитанной записки.

Плосконос вдруг вскочил со стула, задев при этом край стола, и, кажется, хотел схватить нож, но Кика удержала его. Спокойными движениями она порвала лист на мелкие кусочки, кинула обрывки в бокал с водкой и подошла к Виолетте.

– Уберите ее от меня! – заволновалась Виолетта. – Она ненормальная! У нее шапка на голове горит! В этом доме есть мужчины или нет?

Но никто не помешал Кике вылить на голову Виолетты водку. Кика спокойно вернулась на свое место, а Виолетта, стряхивая с мокрой блузки налипшие бумажные обрывки, стала нервно хихикать и что-то бормотать про своеобразие моральных норм.

– Ты глубоко больна, девочка, – сказала затем Виолетта. – Я в самом деле не вижу ничего светлого в твоем будущем.

– Мне кажется, – подала голос Ольга, – эту вакханалию надо прекратить. Наш сыщик пытается устроить здесь шоу. Не лучше ли разойтись по комнатам и дождаться милиции?

– Нет, не лучше! – митингово крикнула Кика и захлопала в ладоши.

– Зачем расходиться? – к всеобщему удивлению, поддержала ее Виолетта. – Мы еще не все прочитали.

С этими словами она крепко сжала оставшиеся листы, готовясь дать решительный отпор любому, кто попытается отобрать их у нее.

– «Бог все видит и ничего не забывает. Сейчас мы все веселы, пьем вино и жрем мясо…» – прочитала Виолетта, но неожиданно замолчала, поджала губы и с брезгливостью швырнула лист Кике. – Сама читай свои зэковские мемуары! Меня от них тошнит.

Я кинул взгляд на Ольгу. Хозяйка в напряженной позе стояла у двери и, покусывая губы, смотрела на оставшиеся в руках Виолетты записки.

– Следующее! – проворковала Виолетта, отхлебнула из бокала воды и поднесла к глазам лист. – «Я хочу напомнить вам, милые мои, что халява не бывает вечной. За все надо платить. Не стоит надеяться, что сильный и богатый Марко всегда будет рядом, как палочка-выручалочка…»