Семь раз отмерь…
Шрифт:
Нет, ну надо же было так испоганить вечер, а? И что за народ в этой стране, причем что бомжи, что менты… Хорошо хоть – есть, есть справедливость, стоит за правым плечом и следит, чтобы все было как надо.
Похмелье – это неприятно, доложу я вам. Мельтешит перед глазами ерунда всякая, руки трясутся. Душ и алкозельцер помогли слабо, крепкое кофе… Тьфу ты! Вот вечно с этим кофем всякие проблемы. Не крепкое, крепкий, конечно же. Он. Самец. Коф…
В общем, выбрался я во двор, глянул на свою «аудятину» с мятым крылом… Н-да, мне сейчас только за руль. А ехать-то надо!
Но Бог есть (в смысле – бережет он меня). Подхожу я к машине, а заднее левое колесо спущено, из соска щепка торчит. Это у нас так детишки развлекаются, тинэйджеры, мать их в рот… Ну, суки, думаю, поймаю я вас когда-нибудь.
А рядом с моей ласточкой новая тачка Игорька Лужина полировочкой сверкает. «Лексус», нулевый, литера «L», то бишь в люксовом исполнении.
Лужин – это просто дурное счастье мужику привалило. В школе был Игорек чуха чухой. Посвистывал гайморитным носом на задней парте такой очкастый заморыш-ботаник, потом, к выпуску, ему всю рожу прыщами разрисовало, нос каким-то малиновым огурцом выпер и повис над слюнявыми губами. Все шло мимо Лужина – девки, тусовки, забавы всякие наши несовершеннолетние…
Конец ознакомительного фрагмента.