Семь пятниц
Шрифт:
– Ну хорошо, Саня, давай попробуем…
Олег возбужденно метался по монтажной.
Идея с охотником и двумя зайцами была просто великолепной! Мало того, что таким макаром можно было добыть еще один эффектный и весомый аргумент в пользу своей версии. Главная фишка была в том, что этот спектакль обещал стать классным зрелищем, может, даже гвоздем всего шоу! Ведь если у Понедельника все получится, то возможна и погоня, и схватка, и… Да мало ли во что может вылиться эта стычка у костра! Нет, эксперимент Понедельника надо было записать во что бы то ни стало!
Но время, черт возьми, время!!! С минуты на минуту в монтажную заявится Стрельникова и опять заведет свою шарманку о милиции! Попробовать с ней договориться? Объяснить ситуацию? Попросить еще час-полтора отсрочки?..
Нет, это дохлый номер! Бесполезняк, она же упертая, как танк… Вот черт, позвал ее на свою голову, дурень!..
А что если взять и просто-напросто закрыться? Запереть дверь на ключ и не отвечать?!
Нет, ерунда, не годится. Раскусит в два счета и побежит звонить Кондратьичу немедленно – это уж сто пудов…
Ее надо как-то объегорить, наплести чего-нибудь, наврать… Может, отправить куда-нибудь…
Внезапно Наговицын вспомнил о Баукине и встал как вкопанный. Он придумал, куда он отправит Лену.
…Умытую и причесанную Стрельникову встретил совсем другой Олег – куда только подевалась давешняя апатия и безразличие! Он бодро расхаживал по монтажной и даже что-то мурлыкал себе под нос довольно противным дискантом!
– А, Ленок! Ну как, навела красоту?! – расплылся он в широкой и приветливой улыбке.
– Как видишь… – сразу насторожилась Лена. – А с чего это ты такой радостный? Что, Лиза что-нибудь выяснила? Она звонила?
– Радостный? Не знаю… – пожал плечами Наговицын и снова широко улыбнулся. – А может, оттого что лицезрею тебя, душа моя, во всем блеске твоего неотразимого великолепия!
– Лиза звонила? – повторила свой вопрос Стрельникова, пропустив мимо ушей иронично-витиеватый комплимент.
– Увы, нет… Вероятно, поиски тайной страсти мадам Лисовец завели нашу мисс Марпл в тупик!
– Да уж, вероятно… – задумчиво согласилась Лена, внимательно всматриваясь в беззаботно-веселое лицо своего шефа. – Ну что, звоним в милицию?..
– Обязательно, Ленок, – с готовностью кивнул Олег и после крохотной паузы добавил: – Но не сейчас!
– В чем дело, Олег? – нахмурилась Стрельникова. – Мы же договаривались?!
– А дело в том, что наши доблестные операторы где-то шляются! – в свою очередь нахмурился и Наговицын. – И отпустила их, между прочим, ты, дорогая моя! Или ты предлагаешь отправиться на остров без операторов?!
– Они скоро подойдут, – растерянно пробормотала Лена, – можно пока позвонить Охримчуку и…
– Ага! И попросить его подождать, пока наши операторы опохмелятся?! – перебил ее Олег. – Ты в своем уме? Нет уж, лапуля, ты их отпустила, тебе их и искать! Приведи мне хотя бы двоих, и я немедленно звоню в ментуру!
Стрельникова опустила глаза. Спорить было бесполезно – Наговицын был на сто процентов прав. Без операторов на остров не поедешь, а мысль о том, чтобы вообще отказаться от съемок развязки всей истории, была настолько кощунственна, что Лена даже не решилась ее высказать.
– Хорошо, Олег, я скоро, – она покорно кивнула и двинулась к выходу.
– Да, Лен, постарайся выбрать тех, кто потрезвее, – бросил ей вдогонку Наговицын.
Едва за Стрельниковой закрылась дверь, Олег тут же запер ее на ключ и бросился назад, к мониторам.
Теперь вся надежда была на Леху, а точнее на то, что поиски опохмелки завели его приятеля куда-нибудь подальше от клуба, туда, где Ленке его искать и искать…
Глава четырнадцатая
ПОСЛЕДНИЙ ЭКСПЕРИМЕНТ
Решившись на розыгрыш спектакля с Сашей в качестве подсадной утки, Чернобривцев начал действовать немедленно. Времени на раскачку не было, в любой момент на остров могла нагрянуть милиция, поэтому им следовало поторапливаться.
Десять минут спустя они уже были на берегу (местом реализации своего плана Сергей определил широкий галечный пляж – из-за хорошего обзора и, как он выразился, большей свободы маневра), Чернобривцев в сосняке на склоне рубил лапник, а Саша таскала его к будущему костру. Когда гора заготовленных веток выросла выше колена, Сергей спустился вниз и показал девушке на густые заросли метрах в пятнадцати вверх по склону.
– Я буду вон там, в можжевельнике, видишь? Если замечу его раньше тебя, дам знать: крикну сойкой.
– Это как это? – беззаботно улыбнулась Саша.
– Вот так, – Сергей поднес ладони ко рту и издал резкий, пронзительный крик. – И вот еще что, Саня, – он серьезно и строго взглянул на девушку. – Очень тебя прошу: когда он появится, давай без самодеятельности. Никаких подозрительных взглядов, никаких вопросов и, уж тем более, намеков! Спокойно признаёшь свое поражение, ни о чем не споришь, без звука соглашаешься отдать подсказку и тут же начинаешь ее искать в карманах куртки. Не волнуйся, не суетись, долго тебе резину тянуть не придется – я выскочу сразу, как только увижу, что ты начала шарить по карманам. Главное – ни на минуту не снимай шлема и постарайся вести себя как можно естественнее, вот… Если что-то неясно – спрашивай.
Чернобривцев был деловит, сосредоточен и хмур. Отдавая последние распоряжения, он, казалось, избегал смотреть на Сашу, и это девушке не нравилось больше всего. Она никак не могла понять, в чем причина этой его отстраненности – то ли в его беспокойстве за исход их затеи, то ли в ней самой, а точнее – в ее нелепом и глупом поведении там, в лощинке…
– Да не переживай ты, Сереж, все мне ясно. Хотя… – Саша постаралась заглянуть ему в глаза. – Слушай, а почему ты так уверен, что ко мне заявится непременно или Вторник или Четверг? Что, разве больше некому?..