Чтение онлайн

– Иди! – сказал Звонарев потерявшему дар речи коммерческому директору.

Когда тот ушел, Звонарев позвонил Полине, спросил, как дела.

– Нормально, – ответила дочь.

Вчера они не очень хорошо расстались. Когда Звонарев сказал Полине, что она должна ехать с Хеджи, Полина не сразу поверила. Пришлось поведать ей на ходу придуманную историю о каких-то мифических компаньонах, которые вот-вот сюда приедут и с которыми у Звонарева должен произойти очень важный и совершенно конфиденциальный разговор. Выглядело неправдоподобно, Полина встревожилась. Чтобы пресечь расспросы, Звонареву пришлось ее выпроваживать едва ли не силой. В общем, не очень красиво все выглядело.

– Поживи пока у Хеджи, – сказал Звонарев.

По кабинету плавали клубы табачного дыма.

– У тебя все в порядке? – спросила Полина.

– Вполне. А почему ты спрашиваешь?

Он и сам чувствовал, как фальшиво звучат его слова. И Полина наверняка догадывается. Не маленькая ведь.

– Я испугалась вчера.

– Чего ты испугалась? – спросил Звонарев.

У него был недовольный и высокомерный голос.

– Так, вообще, – ответила Полина.

У них не принято было открыто проявлять свои чувства.

В кабинет зашел коммерческий директор. Прошел к столу, положил перед Звонаревым лист бумаги. Звонареву бросилось в глаза крупно выведенное слово «Заявление». Продолжая разговор с Полиной, придвинул лист поближе, пробежал взглядом по строчкам. Это было заявление об уходе. Звонарев поднял глаза на своего подчиненного. Тот имел вид бледный, но решительный. Все понятно, крысы бегут с корабля. Знает, стервец, что возникли проблемы. А когда услышал, что придется продать грузовики и дела, следовательно, очень и очень плохи, тотчас же стал смазывать лыжи.

Не говоря ни слова, Звонарев подмахнул заявление. Борис топтался в нерешительности и не уходил.

– Я, наверное, должен объяснить…

Вместо ответа Звонарев молча указал на дверь.

– Мы сегодня увидимся? – спросила на том конце провода Полина.

Это она таким образом поинтересовалась, может ли вернуться домой.

– Нет! – ответил Звонарев.

– А когда?

– Я тебе позвоню.

Звонарев положил трубку на рычаг. Ни «здрасьте», ни «до свидания». Он всегда так разговаривал с Полиной.

Ближе к полудню приехали люди из «Экспансива». Бумаги о передаче им трейлеров были готовы. На них уже даже стояла звонаревская подпись.

– Но этого мало, – напомнили Звонареву.

– В течение ближайшего месяца я отдам остальное.

– Отдадите – чем?

Они знали о его теперешних финансовых возможностях и потому проявили недоверие.

– Продам квартиру, – ответил Звонарев.

– Хорошая квартира?

– Центр. Сто пятьдесят квадратных метров, – сказал Звонарев, хмурясь. – Этого должно хватить. С вами я, по крайней мере, рассчитаюсь.

Получалось, что не им одним он должен.

Во второй половине дня Звонарев отправился пообедать в ресторан. Здесь все ему было знакомо и все привычно. И даже заказал он себе все то же, что и всегда. Трапезничал, и тут вдруг до него дошло: это же он сам для себя иллюзию создает. Знакомый ресторан, знакомые официанты, привычные блюда – будто все идет по-прежнему, как всегда, и ничего в его жизни не изменилось. И даже расплатиться за обед он все еще мог. И сегодня, и завтра, и послезавтра. Пока в его бумажнике не закончатся деньги. О том, что будет потом, он старался не думать.

Расплатился с официантом и даже дал на чай. Все как всегда. Преуспевающий человек, успешно ведущий свои дела. Хотя бы перед официантом он еще мог играть эту роль.

Из ресторана он вышел расслабленной походкой никуда не спешащего человека. Его машина стояла у тротуара. Он подумал о том, что вот с машиной ему будет жалко расставаться. А все-таки придется.

Поехал домой. Машину поставил у подъезда, вошел в дом, поднялся на свой этаж. Открывая квартиру, долго возился с ключами. Уже когда распахнул дверь, сверху, с площадки между этажами, стремительно спустился парень в легкой куртке и вязаной шапочке, надвинутой на глаза. Звонарев еще успел обернуться на звук шагов, и поэтому первая пуля попала ему в лицо. Звонарев упал. Убийца выстрелил еще раз, для пущей надежности, после чего спустился вниз, сел в поджидавший его автомобиль и уехал.

Они договорились встретиться возле университета, но на встречу с Полиной Хеджи опоздал на двадцать минут. Судя по разбитому бамперу его машины, на то у него были веские причины.

– Представляешь, – сказал он, – налетел на какого-то «чайника». Вторую неделю водит машину. Новенький «жигуль». Чтобы он не очень задавался, я ему немного подрихтовал дверцу.

– Это серьезно?

– Пострадавший жив, – буркнул Хеджи. – Но сто пятьдесят баксов я ему отдал. Из тех, что твой папик нам пожертвовал. Извини, у меня не было других денег.

Мимо них проходили люди. Кому-то Полина кивала, с кем-то перебрасывалась парой-тройкой фраз. И вдруг встала спиной к потоку. Лицо было хмурое, Хеджи заметил, поинтересовался:

– Что такое?

– Препод. Ужасно противный.

Хеджи посмотрел вслед удалявшемуся человеку. Высок и молод. Короткая стрижка. И торчащие уши, со спины это особенно бросалось в глаза.

– Ты с ним в контрах? – спросил Хеджи.

– Меня от него тошнит.

По дороге домой они заехали в «Макдоналдс».

– Это нам вместо ресторана, о котором говорил твой папик. Все равно денег уже почти нет.

Взяли по биг-маку, еще картофель и пару порций кофе.

– Он звонил мне сегодня, – сказала Полина. – Что-то с ним происходит.

– Это он тебе так сказал?

– Нет, я сама поняла. Позвонил на мобильник, прямо на лекции. Никогда раньше не делал так, если знал, что я на занятиях.

– Чего хотел?

– Ничего. Просто спросил, как у меня дела.