Чтение онлайн

Чудовищное давление магии опустилось на это место. Все, даже не обладающие магией девушки чувствовали его. И когда мы приблизились к охране, попытавшейся нас остановить, я улыбнулся.

— Стоять… — попытался остановить меня один из двух магов — охранников, но…

— Подчинение, — прошептали мои губы и оба человека застыли столбом. А мы прошли дальше.

Все кто встречались нам на пути, оказались подчинены, и по моему приказу отправлены в зал. Наверху же, на пятом этаже нас уже дал хозяин сего заведения. Темный эльф, немолодой, но без проявления вражды.

— Спасибо, Лая, — киваю девушке. Та поклонилась и быстро оставила нас наедине. — Ну здравствуй, червь, — здороваюсь с хозяином кабинета, подойдя к его столу.

— Что вы себе позволяете и кем будете?! — нахмурился эльф, поднимаясь, но небрежный взмах рукой и тот рухнул обратно в кресло чуть не перевернувшись.

— Я? Королем всех драконов. А ты, сволочь, мне сейчас будешь исповедоваться. Подчинись…

«Не обижайте маленьких детей. Они редко что-то забывают, но зато очень быстро растут»

Арк Вел

За время своей долгой истории город Андара знал многое. Он видел армии мертвых и пришествие темных владык, прорывы инферно, демонов бездны и ада, отожравшихся до невероятных размеров монстров, творения безумных химерологов, способных потягаться с князьями тьмы. Город и его обитатели смогли пережить несколько божественных проклятий, по которым велся местный отсчет эпох. О такой ерунде как чума, голод, наводнения, засухи и прочих мелких неприятностях хронисты Андара и вовсе через два раза на третий писали, но все они дружно признавали — самое тяжелое испытание случилось в этот день, когда на славный город обрушился Его гнев.

Для большинства горожан это был самый обычный день. Кто-то похмелялся, кто-то отъедался, кто-то планировал поход за хабаром, кто-то бегал за должниками, кто-то убегал от коллекторов, спася жизнь, кто-то… Короче говоря, если кратко — ничего не предвещало. Но… так было до тех пор, пока из борделя не вышел ОН.

Матерые душегубы и могучие маги, стражники и рядовые лавочники, все они и многие другие, не боявшиеся ни светлых богов, ни темных, содрогнулись при виде окутанной огненным доспехом дракона фигуры. Это существо шло по улицам города, и под его ногами тек зачарованный камень мостовой. Его окутывала невидимая, но явственно ощущаема аура гнева и жажда крови.

Андаранцы были смелы и сильны, они привыкли жить бок о обок со смертью, но для него они были не более чем сухая солома для огня. Всего лишь пища, что позволит пламени взметнуться выше, набрать жара и распространятся быстрее. Целые кварталы исчезали в первородной ярости дракона. Волшебники и воины, поначалу старавшиеся дать отпор, в конце концов дрогнули и начали разбегаться подобно тараканам. И подобно этим же тараканам под тапком обрывалась их никчемная жизнь.

— Первый отряд! Первый отряд! Хриплый, мать твою за ногу! — орал в переговорный амулет маг четвертой ступени Клюк.

— ААА! — появился в дальнем, нижем конце улицы человек с горящим плащом за спиной. — Спасите! — кричал он, несясь из последних сил.

— Слышь, Клюк, это часом не Дикарь? — посмотрел на командира Амбал. Клюк подозревал, что здоровяк так привык к погонялу, что уже и имя свое забыл.

— Точно Дикарь, — кивнул Зоркий, чуть прищурив засветившиеся глаза.

— Помогите! — продолжал надрываться бегущий человек с горящим плащом.

— Достал, — Клюк вскинул посох и ледяная стрела пробила грудь Дикого. Тот захлебнулся кровью и криком, взмахнул руками и рухнул на спину.

— Ну, плащ ты ему потушил, — хохотнул Амбал.

— Теперь ты мне двести монеты должен, или можешь свою рабыню отдать, — Зоркий сально посмотрел на зевролюдку лет десяти. В обносках, но чистенькую. Не любил Клюк пользовать грязнуль, но и тратиться на постельные игрушки не видел смысла. Слишком недолго они у него жили. Вернее, выживали.

— Да забирай, — фыркнул Клюк, — она на одной только магии и держится.

— Если сдохнет сегодняшней ночью, тогда…

Что тогда никто не узнал. Целью дракона, было то самое куполообразное здание, служившее центром рабовладельческого рынка. Он походя уничтожил очередной отряд и продолжил свой путь. Несмотря на разрушения и видимую хаотичность атак, дракон не бил наугад. Он точно знал сколько и главное — кто, попадет под удар.

— Кхэ… — Клюк хрипел и пытался ползти, мало что, соображая от боли и магического истощения.

Защитные амулеты расплавились, зачарованная, щегольская мантии превратилась в обожженные лохмотья, посох валялся тлеющей головней у остатков стены, но он еще был жив. Фигура в огненном доспехе шла мимо, но тут ее взгляд наткнулся маленькую зверолюдку в обносках. Заморенная девочка, на вид лет десяти, сидела на корточках и плакала, прикрыв голову руками. Одно движение и звякнувшая сталь кинжала падает к ногам малышки. Он пошел дальше, у него была цель. «На-на, получай, это тебя за сестру, это тебе за брата…» — долетел до него детски крик и его губы исказил оскал.

Раз за разом, сильнейшие маги города и отряды стражи усиленные искателями приключений, как предпочитали звать себя банальные мародеры, пытались остановить фигуру в пылающих доспехах, но разве можно остановить степной пожар парой ведер воды? Нет! Чем больше их бросалось на дракона, тем больше становилась его мощь — на стороне дракона были «одурманенные». Он без жалости бросал в бой тех, кто попал под его ментальные чары, и вскоре уже одни андаранцы сражались с другими.

Но самый страшный удар нанес не дракон, а освобожденные им полукровки. Рабы восстали, чтобы спросить с хозяев за все. Они сполна отплатили тем, кто еще вчера мнил себя вершителями судеб, а сегодня молил о пощаде и снисхождении, но не мог ответить на простой вопрос — что делал ты, когда молили тебя?

Арк Вел. Некоторым временем позже

— Ууууух! — потянувшись в кровати, блаженно улыбаюсь. Давненько так не отдыхал.

Здесь руки легли на солидные бугорки с приятными и до боли знакомыми кончиками на конце. Причем некоторые были мохнатыми. Сон сбросило моментально, и меееееедленно поднявшись на руках, осматриваюсь. Так, ага. Кровать. Шикарная, очень-очень большая кровать. И девушки. Раз, два, четыре, восемь, девять, двенадцать, пятнадцать, двадцать две, двадцать шесть. Двадцать шесть девушек сейчас лежало в моей комнате, девять из которых в разных положениях на кровате. И все полукровки, причем на любой вкус, цвет и фасон.