Чтение онлайн

Корвин пожал своими мощными плечами.

— Не спрашивайте меня, как обезглавить политический заговор, господин президент. Но с точки зрения соблюдения законности я бы посоветовал вам использовать солдат для содержания генерала Скотта под стражей. В качестве оправдания можно будет заявить, что он угрожал вашей жизни. А я подозреваю, что отчасти так оно и есть. Во всяком случае, мы сделаем все, что вы прикажете.

Лимен подошел к столу, на котором стояли бутылки, и вопросительно взглянул на остальных. Кейси и Корвин отрицательно покачали головами.

— Виски с содовой, пожалуйста, — сказал Тодд.

Президент смешал напиток и передал Тодду, потом приготовил такую же смесь и себе. С минуту он, забыв, казалось, об остальных, задумчиво рассматривал пузырьки, поднимающиеся в бокале, потом, не оборачиваясь, заговорил:

— Крис, единственный недостаток вашего предложения тот же, на который кто-то уже указывал во вторник. Газеты поднимут страшный вой, требуя моего скальпа. Конгресс придет в ярость, и в первый же день будет внесено десять законопроектов о снятии меня с поста и возбуждении дела о государственном преступлении. Начнутся расследования, которые протянутся черт знает сколько времени. Страна потребует военного суда над Скоттом, чтобы «получить факты». — Он круто повернулся и посмотрел на министра финансов. — Клянусь богом, друг мой, прежде чем все это кончится, меня упрячут в больницу святой Елизаветы, и половина психиатров страны удостоверит, что я страдаю манией преследования.

Тодд поднял на Лимена указующий перст.

— Если даже допустить, что все будет именно так, с чем, между прочим, я не могу согласиться, тогда пост президента займет Джианелли, но конституция все равно останется в силе, не правда ли?

— Надолго ли, Крис? — Лимен взмахнул бокалом, как бы отметая довод Тодда. — Скотт слопает страну со всеми потрохами. Будет установлена военная диктатура, а Вине останется лишь номинальной фигурой.

— Но Скотт же будет смещен, — возразил Тодд, снова возвысив голос.

— Не больше чем на неделю, если не меньше, — отпарировал Лимен. — Давление будет таким сильным, что Винсу придется сместить Палмера — или кого бы там ни было — и вернуть Скотта на прежний пост. И с этого момента Скотт, получит возможность бесконтрольно управлять страной.

— Черт возьми, господин президент, вы просто фантазируете! — выпалил Тодд. — Не забудьте, что вы принесли присягу защищать конституцию Соединенных Штатов против всех врагов, и если не будете действовать решительно, то нарушите свою клятву.

Разгоряченный спором, Тодд вскочил на ноги. Они с президентом стояли посреди комнаты не более чем в двух футах друг от друга и, красные от возбуждения, потрясали бокалами, словно оружием.

— Не говорите мне о присяге! — рявкнул Лимен. — Может быть, вы великий адвокат, но как я выполняю свои обязанности — это мое дело.

— Между прочим, эта страна так же моя, как и ваша, Джордан, — скрипучим голосом крикнул Тодд, — и я не намерен стоять в стороне и смотреть, как она катится в пропасть, потому что вы не хотите считаться с реальными фактами.

В пылу спора они совершенно забыли про офицера морской пехоты и начальника охраны. Тодд в бешенстве метал громы и молнии, Лимен с гневом оборонялся. Это был гнев усталого, загнанного в угол человека.

— Крис, вы просто не разбираетесь в психологии избирателей. — В голосе президента чувствовалась безмерная усталость.

— Что-то я не замечал, чтобы те, кто имеет с ними дело, стали более мудрыми.

— Вас, Крис, не выбрали бы даже на должность живодера. — В тоне президента не оставалось и тени юмора.

— Ну что ж, по крайней мере, теперь мы выяснили наши позиции… господин президент. — Тодд произнес титул таким тоном, словно Лимен был недостоин его.

Лимен свирепо смотрел на адвоката, и Кейси всерьез опасался, как бы дело не дошло до драки. Тут Тодд схватил свой портфель, вытащил налоговую декларацию Миллисент Сеньер и начал размахивать ею перед лицом Лимена.

— Почему вы не воспользуетесь этим? — Тодд резко возвысил голос.

— Не хочу.

— У вас не хватает смелости!

— Я не сторонник шантажа, — сказал Лимен. — И меня удивляет, что шантаж, видимо, считается обычным делом на Уолл-стрите.

Тодд помахал бумагой.

— Подумайте, господин президент! Мы стоим перед угрозой гибели нашей системы правления, а вы настаиваете, чтобы мы действовали, как какие-нибудь кисейные барышни!

— Ради бога, Крис, перестаньте размахивать этой штукой, — попросил Лимен. — Вы напоминаете мне Джо Маккарти.

Тодд засунул документ обратно и швырнул портфель на стул.

— Что же касается вашей идеи оцепить Белый дом войсками, то это просто ребячество, — добавил Лимен. — Я стал бы посмешищем всего западного мира.

— Похоже, что вас больше беспокоит собственная репутация, чем судьба страны, — ледяным тоном проговорил Тодд.

— Расставить войска вокруг Белого дома было бы проявлением трусости, — упрямо повторил Лимен.

— Хорошо, черт возьми, тогда предложите хоть что-нибудь сами. Мне надоело разговаривать. Пора действовать, а вы ведете себя, как страус…

Тодд и Лимен совершенно забыли о том, что в комнате находятся посторонние. А Корвин и Кейси чувствовали себя так неловко, что не решались взглянуть друг на друга. Корвину приходилось и раньше быть свидетелем перепалок между высокопоставленными особами, но ничего подобного он никогда не видел. Что касается Кейси, то ему просто хотелось выйти из комнаты; он чувствовал себя как человек, случайно ставший свидетелем крупного семейного скандала у соседей, и не смел взглянуть на президента. Ему было невыносимо жаль этого человека, и он мысленно молил Тодда остановиться.

Однако первым успокоился Лимен.

— Мы зря надрываем себе горло, Крис, — сказал он. — Решить вопрос так, как вы предлагаете, просто невозможно. Эх, если бы Рей был здесь, — добавил он упавшим голосом.

— Боже мой, господин президент, — вспылил Тодд, — неужели вы не можете принять решение, если сенатор от Джорджии не держит вас за руку?

— От него, по крайней мере, можно ждать реалистического совета, — Лимен устало улыбнулся и положил свою большую руку на плечо Тодду. — Боюсь, что генералу удалось внести раскол в ряды союзников, — пошутил он. — Дело не в том, Крис, что я боюсь действовать. Просто я точно не знаю, как действовать. Мы пока толчем воду в ступе и, в сущности, знаем сейчас не больше, чем два дня назад.