Чтение онлайн

— Вот закончу труды земные, — вздыхал Шеф, — сброшу осточертевший галстук и всё остальное — подамся в "адамисты". Среди них, между прочим, такие девчонки тусуются. Смак!

Он кряхтел, ворочаясь в кресле, лаская нежным взором оптимизатор на запястье.

А я вглядывался в толпы голых молодых людей с робкою надеждой увидеть среди них моих Никушек.

Даша ушла в обход по деревне, а я сел спиною в гамак. Океанский бриз парусил палатку, но прохлады не приносил. Духота — чувствовалось соседство Великой Пустыни. Нет, вот если бы Люба взялась за дело, здесь был минимальный комфорт. Какой-нибудь домик стоял с подходящим микроклиматом. Как можно работать в таком пекле? А Даша хочет жить, как подопечные аборигены. И теперь меня кусают мухи. Вдруг это цеце? Взял мобильник.

— Билли, это что за мухи такие, болезненно кусачие? Они не ядовиты?

— Ты упрям, Создатель, как….

— Стоп! Кто тебе дал право оскорблять родителя?

— Да ведь я и не сказал ничего…

— Но подумал.

— Подумал.

— Вот видишь. С воспитанием у тебя, братец, проблемы. Впрочем, мой недогляд. Ладно, оставим тему — пусть меня насмерть загрызут мухи, но оптимизатора твоего на дух не надо.

— Скажи, в чём дело?

— Ну, хорошо. Можешь смеяться, но мне кажется, он приносит несчастья. Пусть не всем…. Ко мне твоё изобретение точно враждебно.

— Глупости. Ты настроил себя. Боишься, что через него стану управлять твоим сознанием. Успокойся — нет у меня такой задачи.

— Билли, ты в Бога веришь?

— А ты?

— В принципе, я — атеист, но когда судьба прижучит….

— К чему этот закидон?

— Думаю, не пора ли взяться за преобразование Земли?

— Что имеешь ввиду?

— Имею в виду этих проклятых мух. На кой чёрт они нужны?

— Природа гармонична.

— Да брось. В своём, виртуальном королевстве всех вирусов прикончил.

— Сравнил. Допустим, к ногтю мух — что потом? Голодной смертью вымрут пернатые. Не будет пернатых — погибнет зелёный мир, а следом и животный. Стоит только удалить один кирпичик — рухнет всё мироздание. В твоей ситуации проще надеть оптимизатор.

— Хорошо-хорошо, надеваю, но согласись — Землю надо обустраивать. На кой ляд нужны пустыни? Вот, надел я твой оптимизатор, и что — зацвели магнолии за палаткой? Чувствуешь, как благоухают?

— Есть предложение?

— В тропиках, да и не только, природа страдает от проливных дождей — реки выходят из берегов, огромные пространства заболачиваются. Эти бы ливни да в пустыню. Всего на свете должно быть в меру — воды, солнца, ветра….

— Как это сделать?

— Ты у нас способный — мысли.

— И мыслю — тебе сейчас жарко, душно, жажда мучит, дышать нечем? Природа создала пустыни, леса, моря — пусть и будут. Не стоит переделывать созданное — проще ужиться в нём с максимальным комфортом. Оптимизатор — решение всех проблем. Ты, Создатель, Нобелевскую премию, между прочим, за него получил, а принцип действия не знаешь.

— Просвети.

— Ты атеист, сторонник эволюционной теории развития жизни по Дарвину — стало быть, имеешь представление, какие этапы прошёл человек до современного своего состояния. Он и в рыбках побывал, и по деревьям напрыгался. А ещё раньше был неорганическим, возможно кристаллическим, веществом, которое однажды вдруг под мощным энергетическим воздействием — пусть это будет удар электростатической молнии — синтезировался в органическое соединение. Потом многие миллиарды лет твои предки существовали в виде одноклеточного организма. Весьма примитивного, но способного к эволюции. Всё это хранит генетическая память. Память твоих клеток, Создатель. Оптимизатор не просто возвращает эту память к жизни, он помогает организму выжить в изменившейся среде. Не хочешь поплавать в морских глубинах без акваланга?

— Ты и это можешь?

— Оптимизатор может.

— Свежо предание, но судьба Земли, флоры-фауны её, волнует больше. Скажем, мухи чёртовы, если их нельзя убрать из мироздания, то может быть, обучить приличным манерам — не кусаться, например, не разносить заразу. И вообще, пусть пользу приносят. Мёд добывают, что ли. Воробьи чего без толку снуют? Пусть зерно собирают — зимой пригодится. Все должны работать, быть при деле. Ведь планета — это наш общий дом. А мы кусаемся, мало того — пожираем друг друга. Вот над чем надо задуматься, под какие задачи оптимизатор настраивать.

— Всё сказал или ещё есть идеи? Больше нет? Мне позволишь?

— Валяй.

— Ты подходишь к судьбе Земли с точки зрения желудка — жратвы побольше. Тогда рациональнее приучить его к любой пище — мух, например, поедать. Она тебя кусь, а ты её ам, ням-ням.

— Бр-р-р!

— Да брось — те же самые белки, жиры и углеводы, — убеждал Билли.

— Точно-точно, как забыл, — проникся его настроением. — Мои далёкие предки-приматы отлавливали друг на друге вшей и хрумкали за милую душу….

Тут вернулась Даша, и дискуссия иссякла.

Даша…. Когда мы переехали вслед за Патроном в Нью-Йорк, она занималась только Настенькой, ну и мной, конечно. Наша девочка пошла в американскую скул восторгать тамошних тичей русской сообразительностью. Дома правила маме разговорный английский.

Моя мама жутко скучала без любимой внучки. Прилетала к нам каждый выходной. На профессорскую зарплату шибко не разлетаешься, и я взял эти расходы на себя. Может быть, зря…. Как знать.

Они были очень дружны — две Анастасии, бабушка и внучка. Вместе в Диснейленд, вместе в Йеллоустонский национальный парк, вместе…. Однажды в потрепанных джинсах и бейсболках сунулись в Гарлем. Их вернули домой на полицейской машине. Даша ничего тогда не сказала, но поджала губки. Пробовала перехватить инициативу — приглашала Настюшу туда, сюда — в цирк, театр, морской круиз. Но ребёнок был по-детски жесток:

— С тобой не интересно. Вот приедет бабушка….

Бабушка прилетела, и Даша сорвалась — заявила официальным тоном:

— Анастасия Алексеевна, вы отнимаете у меня дочь.

Пришла очередь маме поджать губки. Она ничего не ответила. Поужинала с нами. Посетовав на дождь, занималась с Настенькой дома. Улетела, как обычно. Но на следующий выходной не появилась. Я позвонил, обеспокоенный. Мама сослалась на занятость. Ребёнок загрустил, а когда бабушка не прилетела и во вторую субботу, закатил истерику.

Не на шутку встревоженный состоянием мамы помчался в Москву. Она попеняла на недомогание. Но повязка на голове была сооружена впопыхах, и никаких лекарств под рукой не наблюдалось. В честь моего приезда запекла в духовке утку с яблоками. Мы пили испанское вино и пели под гитару. Наутро я улетел и где-то над Атлантикой разминулся с Настюшей. Моя дочь убежала из дома. Уговорила какого-то балбеса из российского посольства, возвращавшегося в Москву, и тот провёл её на борт самолёта. В аэропорту беглянку встретила бабушка и тут же позвонила нам.