Чтение онлайн

– ...От тебя требуется только слушать, запоминать и записывать, продолжал он.
– Никаких неприятностей, а тем более репрессий, не будет. Мы просто хотим знать о настроениях в обществе. И только в крайнем случае, слышишь - в крайнем, вызываем человека, проводим беседу. Что же касается психушек, тюрем, нарушений прав человека - все это в прошлом, и по сравнению со сталинскими временами, когда миллионы сидели в лагерях, - несколько десятков человек, находившихся на принудительном лечении или отбывавших наказание за антисоветскую агитацию, - пустяк... Я не в восторге от КПСС, партия погрязла в кумовстве, коррупции, но бороться с этим, подрисовывая на газетных стендах к названию газеты "Правда" приставку "не" - это ли не признак сумасшествия? А именно так боролся "с режимом" один нынешний герой-диссидент, отсидевший год в психушке... Я бы мог тебе рассказать о многом, но я не хочу этого делать, я прошу ???? ?????? ?? ?????: ?????? ???. ????? ????, ??? ???? ??? ??????????? ????????? ???????????...

– Хорошо, - проговорила она.

Загасив сигарету, он энергично поднялся с постели и стал одеваться.

– Мне бы хотелось, чтобы ты заглядывала сюда регулярно раз в две недели, в середине дня, часа на полтора-два. В какой день тебе удобно?

– В среду. В три. У меня перерыв до шести часов, до репетиции, - подумав, ответила Лена.

– Отлично. К следующей нашей встрече я приготовлю несколько документов. Это формальность, но она узаконит наши отношения. Кроме того, тебе не помешает небольшая доплата к стипендии. И еще, знай, наша организация всегда придет к тебе на помощь в нужную минуту. Ты понимаешь, что наши отношения, во всех смыслах, должны остаться строго между нами. О сотрудничестве с конторой никто не должен знать. Ты будешь иметь дело только со мной, я твой официальный куратор. Кроме того, мы будем иногда выходить с тобой на разные творческие тусовки... В Дом кино... В ВТО... Надо расширять знакомства, тебе это пригодится в будущем. И еще, многие известные деятели искусства наши добровольные помощники... Ты не будешь знать, кто именно, но помни - ты не одинока. Ты даже не догадываешься, кто они, но, поверь мне, среди них очень, очень известные люди... Если тебе нужно будет срочно связаться со мной телефон ты знаешь. Сюда, кроме своих дней, не приходи никогда!

Лена опаздывала. Уже десять минут назад она должна была выйти из квартиры, чтобы вовремя добраться до Пушкинской, где ее ждала Ольга - ближайшая подруга и сокурсница. Подводил чайник, который никак не хотел закипать. В квартире не было ни душа, ни горячей воды, да и вообще, семья жила в ней на птичьих правах.

Родители тщетно пытались поменять свою новую трехкомнатную квартиру в подмосковном военном городке на какую-либо жилплощадь в столице, поэтому вынуждены были по настоянию матери, которая хотела жить в столице, снимать квартиру. Им, можно сказать, повезло. Руководство одного из ЖЭКов, воодушевленное неразберихой перестройки, делало свой маленький бизнес, поселяя желающих в дома, определенные под снос, и оставленные коренными жильцами, отселенными в новые микрорайоны. Им позволили въехать в старый трехэтажный дом на Воронцовской улице рядом с метро "Таганская".

Оборотистые люди из домоуправления брали небольшую квартирную плату. Основным преимуществом этого жилья была его близость к училищу - всего лишь две станции на метро, правда, с пересадкой. А главным его недостатком, кроме ветхости, отсутствия горячей воды, частых проблем с канализацией, чердачного расположения этой небольшой двухкомнатной квартирки с проходными комнатами, было отсутствие телефона.

Наконец чайник закипел. Лена развела в тазике воду, быстро ополоснулась и теперь, наконец, могла одеться. Она натянула новые колготки, достала из шкафа лучшее платье и выходные туфли.

На одном из спектаклей старших курсов, ее подруга познакомилась с молодым человеком, оказавшимся студентом Суриковского училища. Он пригласил девушек на вечеринку в студию модного художника-авангардиста.

Они договорились встретиться у памятника Пушкину, а оттуда идти вместе. Именно поэтому Лена так торопилась.

Она опоздала на полчаса. Немного пожурив ее и посмеявшись, молодые люди пошли по улице Чехова, в переулках которой помещалась студия.

Лена была сильно удивлена, увидев, что непризнанный художник занимает чуть ли не весь подвальный этаж большого старинного дома. Подвал был намного комфортабельней квартирки, в которой она жила. Чего только стоили огромные овальные окна под потолком! Колонны, канализационные стояки и даже водопроводные трубы были искусно вписаны в изысканный урбанистический интерьер.

Количество народа, человек под пятьдесят, выпивки и закуски также были непривычны для девушек. По огромному подвалу, который служил одновременно студией и выставочным залом, разгуливали известные люди. Большинство из них девушкам прежде доводилось видеть разве что по телевизору.

Пригласивший их молодой человек не стал даже пытаться представить девиц мастеру, которого все время окружала плотная толпа. Вообще, создавалось впечатление, что любой человек с улицы мог спокойно зайти в подвал и не был бы тут лишним.

Народ быстро распределился на группы. Женя, так звали молодого человека, познакомил Лену и Ольгу со своими приятелями, один из которых - Вадим оказался студентом режиссерского факультета ВГИКа. Он только что начал работать над дипломным фильмом.

Может быть, виной тому оказалось чрезмерное количество вина или непривычность обстановки, но Лена не сразу обратила внимание на фамилию молодого человека. Только когда Ольга в середине вечера шепнула ей: "А сын-то очень похож на отца", она, наконец, сообразила, с кем весь вечер танцевала, чувствуя необыкновенную легкость и раскованность.

Вадим был сыном знаменитого советского режиссера, почти что классика, и собирался стать не менее известным уже после своего дипломного фильма, сюжет которого рассказывал Лене, намекая на то, что ищет исполнительницу главной роли. Он и сам был достаточно разогрет выпитым спиртным, да и девушка была хороша, так что фантазия уводила его все дальше и дальше, а руки и губы пытались поспевать за ней.

В конце вечера он предложил ей поехать к нему домой, почитать сценарий, а Лена, понимая, что на самом деле стоит за этим предложением, не отказалась. Она понимала, что поступает не совсем хорошо, но убеждала себя, будто тем самым хоть немного отомстит Ивану Анатольевичу.

Поймали такси. Квартира известного режиссера оказалась недалеко, на улице Воровского, в большом угловом сталинском доме. Классик проживал со своей второй семьей на даче на Николиной горе, квартира же - шесть комнат, гарнитур из карельской березы - была в распоряжении сына.

Вадим оказался ласковым и нежным любовником. Он не стал спешить, а постарался "завести" Лену. Она была благодарна ему, потому что очень боялась этого нового опыта со вторым в ее жизни мужчиной.

Но его ласки расслабляли, а не зажигали, ее клонило в сон. Она еле сдерживала зевоту, чтобы только не обидеть его. Ей было приятно, но не более. Видимо, почувствовав это, он решил произвести на нее впечатление техникой секса. Он попытался чередовать позы, интенсивность, чем только утомил ее, а себя быстро довел до предела. Наконец она с облегчением почувствовала, как Вадим замер в истоме.

– Тебе было приятно?
– с надеждой спросил он.

– Конечно, - ответила она, и это не было совершенной неправдой.

На следующий день - в субботу - Лена не пошла в училище. Она позволяла себе такое крайне редко, но у нее болела голова и на душе был неприятный осадок. Она вернулась во втором часу ночи, был неприятный разговор с родителями, которых она забыла предупредить о том, что вернется поздно. К тому же, Лена не выспалась, а идти на репетицию в таком состоянии она не хотела.