Сдвиг
Шрифт:
Глаза таарца загорелись, в его голове заметались тысячи мыслей, но все, похоже, безрадостные, у Хур-Хоя поникли плечи, из полуоткрытого рта так ничего и не прозвучало.
Костун ободряюще похлопал его по плечу и тот вернулся к остальным.
– Остаётся только одно.
Аза вопросительно посмотрел на друга.
– Вздремнуть перед смертью, - ухмыльнулся Костун и пошёл обустраиваться на ночлег.
Утром когда Серый, очухался от приличной дозы снотворного, которой его снабдили сразу же как только вырубили, мародер не устоял перед искушением и заехал один раз в морду Костуну, а так же цинично пнул спящего Азу.
Чуть не завязалась маленькая потасовка, но её вовремя предотвратила Мила, наорав на всех.
Когда Серый узнал о том, что Сфера Мрака оказалась не чем иным, как одним из мощнейших маяков блокировки, он испытал лёгкий шок, осознав, что не сможет пользоваться, совсем недавно обретённой бронёй. Мародер поклялся самой страшной клятвой, что придушит терка, который продал ему этот злополучный артефакт.
Нерадостный рассвет застал мародеров уже бодрствующими. Все напряженно ждали, как будут развиваться события дальше.
К всеобщему удивлению, таарцы до сих пор не спешили появляться. Но, то, что они окружены, оказалось бесспорным, Аза ещё ночью убедился в справедливости предположения Костуна.
– Успели встрять в такое… Я был в отключке чуть больше полусуток, а вы умудрились попасть в окружение, - разорялся Серый. – Нет, чтобы меня послушать, идиоты! А что сейчас будем делать? Выдерживать осаду сотен таарцев в чистом поле?!
– Кончай орать, - недовольно пробурчал Аза.
Серый уничтожающе посмотрел на того.
– Послал Волосатого у которого в руках всё волшебным образом превращается в огромную кучу дерьма. Как вам вообще пришло в голову следовать его безумным идеям?
– Ну, - вздохнул Ведун, - таки его идея сработала бы, если бы артефакт не оказался маяком блокировки.
– И где сам Волосатый с Чтецом?
– Должно быть заметили, что мы попали в окружение…
– А если с ними приключилось что похуже? – зловеще спросил Серый.
– Связующий амулет говорит, что с ними всё в норме, - заметила Мила.
– До поры до времени.
– Я бы лучше волновался за наши шкуры, чем за… - Гнур, который набирался храбрости, чтобы вставить хотя бы одну фразу в разговор, громко захлопнул пасть, при виде Серого который чуть рефлекторно не пустил в того Базуку, но к счастью броня только заискрилась, но заклятья выдать так и не смогла.
– Маяк теряет силу, - не преминул заметить Ведун, глядя на искры, гуляющие по броне Серого.
Улитка тут же с надеждой попытался использовать пару другую заклятий, но ничего кроме слабых сполохов искр так и не добился.
– Когда этот маяк уже загнётся?
– Зеленокожие скоро будут здесь, и фейерверки нам не помогут от них отбрехаться, надо как-то продержаться до полного восстановления способностей мета-брони.
– Знать бы ещё как…
– Я вообще не понимаю, как нас до сих пор ещё не прикончили, - недоумевал Серый.
– Мы в Круге Смерти, Хур-Хой утверждает, что его милые сородичи думают, как лучше поступить. Так как раньше ничего подобного не случалось.
– Кажись что-то надумали, - заметил Костун, указывая на Пенька, который возвращался с наблюдательного поста, возбуждённо гудя.
В позах мародеров появилась определённая доля напряженности, хотя все и пытались сделать вид, что им совершенно безразлично сколько таарцев пришло по их души.
А те не заставили долго себя ждать и замаячили на горизонте.
На горизонте замаячила целая прорва таарцев. Такая прорва, которую можно увидеть лишь в очень большой праздник или опять же войнушку.
Всё пространство вокруг заполнилось угрюмыми зеленоватыми физиономиями, на удивление молчаливыми.
Мародеры ожидали услышать всё что угодно, начиная с проклятий и заканчивая суеверными возгласами вроде – «Демоны! На костёр!», но ничего подобного не случилось, что показало всем ещё куда страшнее. Таарцы просто стояли и зловеще пялились на небольшой отряд мародеров.
Из общей кучи вышел один зеленокожий, настолько древний, что мародеры подивились как он до сих пор дожил, ведь во всех Четырёх мирах самая распространённая болезнь преждевременная смерть, от заклятья или застрявшей косточки в горле не так уж и важно.
Озадаченный Хур-Хой тихо шепнул, что это никто иной как один из Старейшин, которые имелись в любом племени, они пользовались непререкаемым авторитетом как и вождь. Всё это интриговало, даже не смотря на небывалую угрозу.
– Я – Аро-Хал, - к удивлению мародеров Старейшина коротко поклонился.
То, что творится что-то неслыханное Аза допер почти сразу и потому не счёл зазорным поклониться в ответ.
– Это Священная Земля – Земля Богов. На ней нет места нечестивым помыслам и действиям, надеюсь, вы это понимаете, - добавил Аро-Хал, после небольшой паузы.
Все понимали.
Ещё как понимали.
Все согласно переглянулись – мол, какие могут быть шалости?
– Детт-Даарг – то место, куда племена приходят решить священный спор, кто из них более достоин. И любой может бросить вызов другому, только трус откажется от вызова и будет проклят на веки, - прочувствованно сказал Старейшина, что даже мародеры невольно прониклись суровой грол-таарской романтикой. – А теперь пусть племя бросившее вызов назовёт себя…
Все потеряли дар речи, у Хур-Хоя отвисла челюсть.
– Называй племя, сволочь! – яростно прошептал Серый, Азе.
– Агхм… - растерялся тот.
А Старейшина между тем кивнул и продолжил:
– Племя Агхм пришло сюда, чтобы бросить Вызов…
– Земли… - сдавленно выдохнул Хур-Хой.
Аза поспешно повторил:
– Вызов Земли.
Из толпы выступил уже не молодой рослый воин.
– Племя Вако принимает вызов.
Старейшина кивнул.
– Теперь вожди должны коснуться алтаря, чтобы боги засвидетельствовали одобрение.