Сдвиг
Шрифт:
Колдун приходил в себя долго и болезненно, потом выпив какой-то чудом уцелевший эликсир, быстро пришёл в себя. Как только Ведун стал немного соображать, он тут же принялся за Милу, Серый помогал остальным как мог.
Через полчаса все стояли на ногах, чувствовали себя крайне погано, но соображали ясно. И как только это произошло, появились первые, очень насущные вопросы.
– Что за херня?
– всё ещё хватаясь за голову, спросил Волосатый, впрочем, ответ он получить не ожидал.
– Есть у меня одна мыслишка, - загадочно начал Ведун.
– Да? И что за мыслишка?
– Там на Развалинах, мы вбежали прямиком в какую-то аномалию…
– Что?! Так чего ж ты молчал! – возмутился Волосатый.
– Я! Да, я орал, так что у меня у самого уши закладывало…
– Кончайте истерику, в конце концов, обернулось всё гораздо лучше, чем могло бы быть, - сказал хмурый Аза, потирая ушибленную руку.
– Что-то я не верю в последнее время в наше везение,- заметил Волосатый. – И кто сказал, что мы не в дерьме, может именно сейчас мы ещё в большем дерьме, чем раньше. Вам такая мысль нравится? Куда мы к чёрту вообще попали?
– Ну, Ведун и что там, на счёт аномалии? – спросил Серый.
– Я думаю, мы прошли сквозь Сумеречные Врата…
Мародеры напряжённо переглянулись. Волосатый тихо пискнул и решил присесть. Даже могучему оргару стало не по себе.
– Да, ну на… - начал Костун, но замолчал и призадумался.
– С чего такой вывод? – вкрадчиво спросил Аза у колдуна.
– Я никогда не видел ничего подобного, но то, что я о них слышал очень напоминает, то, во что мы влетели на всех парах.
– Я всегда думал, что Сумеречные Врата это миф, сказка…
– Ну, я тоже до конца в них никогда не верил, - согласился Ведун.
– И чем нам это грозит?
– Понятия не имею.
– Отлично, - протянул Костун.
Ог озадаченно рыкнул.
– Я слышала довольно много легенд о Сумеречном мире и если хотя бы половина из них правдивы, то неприятности нам обеспеченны, - заметила Мила.
– Откуда вообще все эти легенды появились? – спросил Аза. – Насколько я знаю, появились они ещё в первые годы после Сдвига.
– Легенды о Сумеречных Вратах есть почти у всех известных мне рас, - сказал колдун, - вероятно, мы переняли часть их, или припомнили свои…
– А кстати, куда врата делись, если мы из них вывалились? – удивлённо спросил Волосатый.
– А вот этого я и сам не могу понять, - поскрёб затылок Ведун, - здесь витает какая-то остаточная энергия, но врат нет.
– Что значит, что нам надо топать наружу прочь из этой проклятой пещеры, которая уже давит мне на нервы, - сказал Аза и пошёл к коридору.
Путь освещал Ведун, наколдовав хорошо светящий белый шар, мародеры продвигались вперёд очень осторожно.
Как и говорили заклятья коридор, а именно он это и был, с ровными гладкими стенами тоннель, тянулся под землёй чуть меньше километра. Мародеры прошли это расстояние, не встретив на пути ничего необычного, и благополучно выбрались наружу.
А там их ждал и вправду сумеречный мир.
Мародеры поражённо замерли, сделав несколько шагов, над их головами простиралось серое небо, в котором возникали какие-то причудливые сполохи и завихрения. Бесшумный и неощутимый ветер гонял призрачные облака. Вокруг стояла мёртвая тишина. То место где мародеры вышли из тоннеля окружали причудливые деревья не похожие ни на одни из тех, что им известны. Деревья стояли недвижимо, сероватая листва на них не колыхалась, как обычно бывало и в безветренную погоду в реальном мире. Складывалось такое впечатление, что время остановилось, замерло навечно в одном мгновении. В отличие от безумного серого неба над головой, казалось, что вот-вот раздастся жуткий грохот бури, которая царила в небе, но вокруг стояла такая тишина, что мародеры слышали биение собственных сердец. Жуткий пейзаж застиг мародеров врасплох, что несколько минут все стояли и просто растеряно пялились по сторонам.
– Ну, и местечко, - подавленно заметил Волосатый.
– Что-то у меня поганое предчувствие… - пророчил Аза.
– А у кого его нет, - перебил его Костун, - броня как будто шепчет мне: «Активируй защитные заклятья, дружок и сваливай от сюда, пока ноги носят».
– Смех смехом, но броня и правда как будто вибрирует от чего-то, - заметил Аза.
– Здесь и правда необычная эфирная обстановка, тут столько мета-потоков и все они такие разные, возможно броня воспринимает это как опасность, - поспешил разъяснить Ведун, быстро плетя когнитивные заклятья, помогая себе движениями рук.
– Хрен с ней с эфирной обстановкой… Хрен ли с этим небом? – вопрошал Волосатый задирая голову вверх.
– Меня не небо волнует, а то каким макаром мы будем отсюда выбираться.
Ог согласно рыкнул, сумеречный мир ему не понравился, слишком уж оказался похож на Моар-Дерт, подземный мир оргаров, правда чудовищ обитаемых в нём пока не видно, но он понимал, что ещё не вечер.
– Может самое время вспомнить сумеречных богов? – предложил Волосатый.
– Э, не с этим повременим, - слишком торопливо сказал Ведун.
– Очевидно, что здесь мы ничего не узнаем, надо пойти и посмотреть что тут да как, - сказал Аза нехотя.
Все вяло согласились.
Двинулись вперёд. Направление выбрали случайное, глупо искать стороны света в сумеречном мире.
Бодро вышагивая и озираясь по сторонам, мародеры старательно делали вид, что им решительно наплевать – сумеречный там мир или нет, мол и не такое видели. Да и не к лицу, крутым ребятам чего-то бояться, и как не странно каменные выражения спокойствия на физиономиях мародеров, таки ввели в заблуждение одного человека – доверчивую и незнающую жизни Кали. Все остальные не имели никаких иллюзий на тот счёт, в каком положении посчастливилось оказаться.
А окружающий мародеров сумеречный мир нисколько не изменился и спустя час ходьбы. Над головой всё так же безумно носились облака, по сторонам серый лес. В души уже уверено запустил свои липкие щупальца страх. Очень сильно способствовал этому колдун, который не имел такой железной выправки как у мародеров и все могли наблюдать, как тот медленно, но верно, всё больше и больше бледнеет.
Серый с Азой украдкой переглянулись и не сговариваясь скомандовали привал.
Все достали из рюкзаков пайки и принялись их сосредоточенно жевать. Волосатый чтоб как-то разрядить обстановку привычно поругивался с Огом, тишина царящая в этом мире становилась всё более гнетущей.