Сдайся мне
Шрифт:
– Спасибо. Ты моя дочь, Лейла, и моя наследница. И этот факт накладывает определенные обязательства.
– Обязательства? Какие?
Папа протянул ко мне руку и взял мои ладони в свои.
– Мне нужен политический брак. Ты выйдешь замуж. Мужа я уже нашел.
Глава 4
Лейла
Кровь шумела в ушах, в горле пересохло, а сердце грозило выбить ребра. Я смотрела на отца, искала на его лице признаки того, что он шутит. Он не может так со мной поступить. Не может.
– Нет… – прохрипела я, выдергивая свои ладони из его рук и вставая с кресла.
– Лейла, послушай…
– Я сказала – нет! Я не выйду замуж ни за кого! – я схватилась за грудь.
Мне нечем дышать, я задыхаюсь, нужно на воздух.
– Успокойся и выслушай меня, – произнес папа.
– Я не могу… Не могу… – я рухнула на колени и стала хрипеть.
Грудную клетку сдавило стальными прутьями, не продохнуть. Увидела, что отец опустился передо мной на колени и стал гладить по спине.
– Тише, маленькая, все хорошо, успокойся, – повторял он.
Его прикосновения и спокойный голос начали меня расслаблять, и я наконец смогла сделать судорожный вдох. Мы так и сидели на полу, а потом отец встал, налил в стакан воду и протянул мне. Я приняла его и сделала глоток.
– Спасибо, – поставила на пол рядом со мной.
А потом набралась смелости и посмотрела отцу в глаза. В детстве мне казалось, что он может защитить меня от любых монстров, вот только я никогда не думала, что защита мне понадобится от него самого.
– Я не хочу замуж, папа, – повторила еще раз.
– Помнишь, ты обещала, что сделаешь все, что я тебя попрошу? Я прошу тебя об этом, Лейла.
На глаза навернулись слезы и покатились вниз по щекам.
– Ты готов поставить свою карьеру выше, чем мой выбор и счастье?
– Мы оба знаем, если ты будешь выбирать сама, то замуж не выйдешь. Прошлое не отпустит. Я и сам после смерти мамы…
– Не сравнивай. Исхак все еще жив.
– Благодаря аппарату, поддерживающему его жизнь.
– Он может исцелиться. Чудеса случаются.
– Лейла, – устало повторил отец. – Я выбрал жениха. Он из уважаемой семьи Умаровых, через две недели они придут свататься. И ты будешь улыбаться и казаться счастливой.
Во мне что-то оборвалось в этот момент. Треснуло так громко, что я вздрогнула.
– Это все? – спросила не своим голосом.
Отец долго рассматривал, а затем кивнул.
– Пока да.
Я встала с пола и, не обращая внимание на окрик Зарины и детей, вышла из дома, и со своей охраной поехали в аэропорт. В этом доме я не останусь.
Спустя несколько часов мы вернулись в дом, который на время обучения стал моей крепостью. Я закрылась в комнате и проплакала весь оставшийся день. Искала информацию о своем «женихе», но, зная такие скудные данные, ничего не нашла. А с утра проснулась и решила, что я не стану очередной овцой на заклание. Отцу придется со мной считаться, я не сдамся без боя.
В университет я собиралась, словно другой человек. Распустила волосы, надела облегающее платье и туфли на каблуках. Охрана провожала меня тревожными взглядами. Я улыбнулась. Меня привезли в универ, где уже поджидали подруги.
– Лея, выглядишь улет, – сказала Ди и поцеловала.
Я обняла Светку, и втроем мы отправились на пары. День тянулся долго и очень-очень скучно. Позже мы пошли пообедать в торговый центр, а затем отправились за покупками. Я знала, что девочки дружат со мной не из-за денег, но мне было так приятно покупать для них что-то. В этот раз тоже не обошлось без подарков.
– Спасибо, дорогая, – улыбнулась Света.
– Кстати, мама опять зовет нас в гости на выходные, – сказала Дилара. – Говорит, наготовит вареников, а то у нас одни кости.
Мне стало так тепло от этой мысли. Не из-за вареников. А из-за семейного времяпровождения. Я уже несколько раз была в гостях у подруг, и их семьи встретили меня как родную. Было так хорошо, я забывала обо всех проблемах и вспомнила маму…
– Я бы с радостью, – сказала, улыбнувшись.
– А ты, Свет?
– Я тоже.
– Тогда решено, поедем в деревню.
Представляю лица своих охранников, каждая такая поездка прибавляет седины на голове Бориса.
Мы еще часа два побродили по ТЦ, а потом поехали по домам. По дороге мне очень захотелось латте с кедровыми орешками, заехали в кофейню. А обратно проезжали через клуб «Inferno».
– Стой! – закричала водителю, и тот сразу остановился.
Борис схватился за оружие.
– Что такое?
– Ничего, – сказала виновато. – Просто подождите здесь, я сейчас.
Я быстро выбежала из машины и побежала к дверям клуба. Я была так зла на всех мужчин, приказывающим мне, что делать. Перед глазами возник тот таинственный татуированный незнакомец. Я так странно реагировала рядом с ним. Еще ни на кого не было такой реакции… Но, как я и сказала, все мужики – козлы. В руке был кофе и, не долго думая, я швырнула им в стену здания. Я мило улыбнулась в камеру и показала два средних пальца. Медленно вернулась в машину.
– Теперь можем ехать.
В доме был бассейн с подогревом, и я решила поплавать. Знала, что ни один охранник не посмеет прийти, а Борис напомнил мне про браслет с тревожной кнопкой, который я не снимаю уже несколько лет. Особенно паранойя родителя вышла на новый уровень после истории с Юлей.
Я прошла на задний двор, на мне был закрытый купальник. Я положила на шезлонг полотенце. А потом не знаю, что на меня нашло. Какой-то внутренний протест. Но я взялась за бретельки купальника и сняла его с себя. У меня была нормальная фигура, я не стеснялась себя. Но, как дочери Амирхана Абрамова, мне всегда приходилось вести себя сдержанно. Не показывать много кожи. Поэтому снятие купальника – целое дело. Я прислушалась к своим ощущениям и не поняла, что чувствую. Внутри такой адреналин был.