Щит
Шрифт:
Лейнолл нерешительно смотрел на стоящего перед ним мальчика с гордой осанкой и прямым честным взглядом.
– Но я… я же полукровка. И не из знати. Разве мне место в вашей свите?
– Мне решать, кому там место. Так ты согласен?
Скрипнули ставни, распахиваясь шире. Мальчики подняли головы, и увидели мастера Танейонда.
– Молодой господин, - склонил голову кузнец.
Затем повернулся к внуку.
– Соглашайся, Лейнолл. Ты этого достоин.
Лейнолл спохватился и протянул деду горшочек с мазью.
– Здесь лекарство для тебя. Его милость прислал.
– Передайте мою благодарность его милости, молодой господин, - кузнец взял горшок, и тот словно утонул в его широкой ладони. – Аннеке! Его милость прислал лекарство. Намажь мне спину.
Кузнец отошел от окна, и Агнар протянул руку Лейноллу.
– Так ты согласен?
– Да, - кивнул тот, обхватывая ладонью локоть княжича.
Глава 1
Ворон сделал круг над кораблем, и, усевшись на верхушке мачты, несколько раз протяжно каркнул.
– Берег уже близко, - спустившись в каюту, сообщил капитан.
Гилэстэл рассеянно кивнул, не отрывая взгляда от длинных изогнутых косточек, зажатых веером в левой руке. Каждая косточка была отмечена выжженным символом. Правая рука князя нерешительно замерла над ними, пальцы подергивались – его светлость никак не мог определиться, какую кость кинуть на стол. Напротив, ухмыляясь и чуть подавшись вперед, сидел Астид. Постукивая отшлифованными тюленьими ребрами по столу, он ждал ответного хода. Возле каждого из игроков высились столбики маверранумских «орликов», причем возле Астида столбик был в два раза выше.
– Астид, прекрати щелкать, - пробормотал Гилэстэл, водя глазами по косточкам.
Ухмылка полукровки стала чуть шире и хитрее.
– Ваша светлость, ну проиграли ведь. Примите поражение с честью.
Гилэстэл взглянул на него и тоже усмехнулся. Опустил правую руку, положил кости на стол.
– Сдаюсь. Но исключительно тебе и только в этой странной игре. Отыграюсь в «Битве стихий».
Взяв две верхние монеты из своей стопки, Гилэстэл переложил их на столбик полукровки.
– Ну, хоть в чем-то я вам не уступаю, - Астид расплылся в широкой улыбке.
Тюленьи косточки для дусан-дадарской игры в «двадцать восемь рёбер» были заботливо убраны им в шелковый мешочек и спрятаны в рундук под койкой. Монеты Астид бережно ссыпал в свой кошелек.
Поднявшись на палубу, Астид и Гилэстэл с легким волнением рассматривали приближающийся берег. Прошло почти двадцать лет с той зимы, как они побывали здесь, на скалистом северном побережье, населенном урукхайскими племенами. Но сейчас было самое начало короткого лета, и приближающийся берег выглядел иначе, чем в первое путешествие.
Высокое, невероятно синее небо над изумрудной зеленью трав слепило глаза. Прибрежные скалы, безжизненно-снежные зимой, пестрели розово-желтыми пятнами цветов. И над всем этим звенел птичий гомон.
«Серый странник» шел вдоль скал, постепенно сменявшихся пологими склонами с сосновым лесом. Астид с восхищением смотрел на представший его взору пейзаж. Вот и знакомая бухта. Чем ближе подходил к берегу корабль, тем беспокойнее становился взгляд Гилэстэла. Урукхайский поселок был тих и пуст. Не видно было ни детей, ни собак, не вились дымы над крышами домов, не сушились на берегу рыбацкие сети.
– Может на охоту отправились? – предположил Астид.
– С детьми? – повел бровью князь. – Да и не сезон сейчас.
На берег высадились с шестью матросами. Держа оружие наготове, осмотрели селение. Очаги в домах были холодны, утварь и вещи исчезли вместе с обитателями.
– Все ушли, - констатировал Астид, когда последний дом был осмотрен. – Что же здесь случилось?
– Это уже не важно.
Гилэстэл убрал меч в ножны, придирчивым взглядом оценил ближайший дом.
– Остановимся здесь. Придется добираться до горы самим. Астид, распорядись о выгрузке. С лошадьми аккуратнее.
Астид кивнул и, кликнув двоих матросов, направился к лодке. Просвистевшая мимо стрела опередила их и вонзилась в борт. Матросы попадали наземь, поползли под защиту бревенчатых стен ближайшего дома. Астид, окружив себя защитным заклинанием, схватился за меч, настороженно глядя туда, откуда грозила опасность.
Вторая стрела просвистела совсем близко, но, напоровшись на невидимую преграду, отрикошетила в сторону. Из-за угла дома высунулся Гилэстэл. В его руке была зажата такая же стрела, что торчала в борту лодки. Князь огляделся и, не вынимая меча, вышел на открытое пространство с разведенными в стороны руками.
– Не стреляйте! Мы пришли с миром! Я князь Гилэстэл Хэлкериес, бывал у вас много лет назад. Одд и Орм сопровождали меня на Айгхур! Могу я их видеть?
К Гилэстэлу медленно подошел Астид, убрал меч в ножны.
– Думаете, вспомнят?
– Вот и проверим. Что нам терять?
– Команду и корабль. Пара горящих стрел, и мы сугубо сухопутные.
Астид оглянулся на корабль, покачивающийся на волнах недалеко от берега.
– Позовите вашего вождя Гхара! – крикнул Гилэстэл.
– Или Одда!
Из-за построек, держа на тетивах стрелы, выступили четверо урукхов. Лица у всех были угрюмы и недоверчивы.
– Меч! – прорычал один.
– Снять!
Гилэстэл согласно наклонил голову и, расстегнув ремень, отбросил оружие в сторону лодки. Астид сделал то же самое.
– Жди!
Держа полуэльфов на прицеле, урукх сказал несколько слов воину рядом, и тот, кивнув, быстро ушёл. Ждали долго. Урукхи, держа луки натянутыми, ни разу не шелохнулись, не отвели взглядов от противника.