Чтение онлайн

— Оксана, — строго, чтобы скрыть неловкость, обратился к девочке Михаль. — Мы приняли тебя в компанию. Теперь ты знаешь, где шалаш, можешь приходить сюда в любое время, когда захочешь, и становишься, как и мы, полной хозяйкой всего здесь. Дай слово, что будешь молчать, как рыба. Никто — ни отец, ни бабушка, ни самая близкая подруга не должны знать ни о шалаше, ни о сокровищах.

— Даю слово, — сразу же легко согласилась Оксана.

— Тебя это тоже касается, молчун ты наш.

Дмитрок только махнул рукой. Мол, что напрасно оправдываться, все равно не поверите, что ничего он Курту не говорил…

— Да, расписываем каждому заданию. Сегодня-двадцать пятого мая. Я думаю, до каникул нечего рыпаться. Надо спокойно доучиться эту неделю. Сокровище, можно сказать, у нас в руках, никуда не денется. Рано или поздно его выкопаем — не так важно.

Чэсь предложил:

— Михаль, может, сразу подумаем, как будем делить?

— Конечно, поровну! — сказала Оксана. — И еще Кате.

— Какой Кате?

— Подруге. Она подарила мне талер, с этого все и началось.

— Оксана, ты дала слово! — напомнил Михаль. — Никаких подруг! Делить будем на четыре части. Три части — Чэсю с Оксаной, одну четвертую — нам со Дмитроком. Талеры ваши, это будет справедливо. А потом каждый может распоряжаться своей судьбой, как захочет, в том числе и делиться с Катей.

Никто не возразил. Все с уважением посмотрели на Михаля. Не часто приходится видеть людей, которые с такой решимостью готовы обделить сами себя.

— Значит, — сказал Михаль, — начнем по алфавиту. Оксана, тебе самое трудное и самое важное задание. Первое — расспросить, откуда талер, ты заберешь его с собой в Минск. Второе — сходишь в архивный музей, узнаешь все подробно по возможности и возьмешь копию бересты. Хотя с копией, я думаю, проблем не будет, раз она есть даже в нашем школьном музее… Желательно было бы как-то выпросить в архиве на неделю-другую их талер.

— Я попробую, — кивнула Оксана.

— Дмитрок — то же самое. Сходишь в городской краеведческий музей, узнаешь все подробно, попробуешь выпросить у них копии. Мы с Чэсем будем крутиться здесь, на месте, и ждать вас. Все ясно? Кто еще хочет сказать?

— Я, — Оксана, как на уроке, подняла руку. — Когда мы ехали с папой сюда, в Червене на автостанции у меня хотели отобрать талер. Я… просто достала его из кармана. А они заметили.

— Кто они?

— Двое мужчин. Одного зовут Сева, а второй — лысый. У них еще машина. И они ехали за нашим автобусом до самых Поплав.

— Я думаю, ничего страшного, — сказал Михаль. — Если эта история с талерами такая известная, то ничего удивительного, что многие интересуются ею… Однако бдительность не повредит. Впредь ни Оксана, ни ты, Чэсь, никогда не доставайте монеты без надобности. И еще: чтобы к нам не возникало подозрений, будем говорить: «Нам дали на лето задание — собирать материалы об истории Поплав». Все понятно?

— Понятно.

— Тогда — купаться! — весело закончил Михаль. — У берега вода уже теплая.

Быстро спустились вниз Оксана вдруг остановилась:

— Нет, я не могу. Я забыла купальник.

— Сбегай, мы подождем.

— Да в Минске забыла! Думала, еще холодно купаться, и не взяла…

Чэсь удивленно взглянул на нее.

— Хочешь — отойди ниже, за поворот, — сказал он. — Мы не будем подглядывать, честное слово.

— Нет, в другой раз выкупаюсь.

Михаль со Дмитроком, на ходу сбрасывая одежду, бросились к реке. Чэсь задержался. Достал из кармана подарок, протянул Оксане:

— Это мед. Тебе.

— Правда? — она быстро развернула бумагу и увидела совсем черный, круглый, как яйцо, шарик. Это были соты, полные янтарного ароматного меда.

— Неужели от тех ос? — поразилась она.

— От ос. А ты не верила… Нет, шучу! — засмеялся Чэсь. — Это отец вчера нашел на лугу. Шмелиный мед.

— Что у вас за семья, одни пчеловоды какие-то…

Оксана вдруг вспомнила, что она некрасивая, и замолчала.

— Благодарю, — сухо сказала она. — Побегу, собираться надо. До встречи через неделю.

— Оксана! — позвал Чэсь вслед. Девочка остановилась:

— Что?

— Нет, ничего… Пока!

Последняя неделя тянулась, как никогда. И вот наконец — лето! Каникулы! Целых три месяца: июнь, июль, август! Даже сами слова эти звучат, как музыка. За одно лето ты взрослеешь на целый год. Ты сдаешь в школьную библиотеку учебники, к которым так привык за девять месяцев. Прячешь на дно шкафа старый дневник и стопку тетрадей с диктантами и сочинениями. В первый же день каникул обуваешь кеды или кроссовки, надеваешь какие-нибудь шорты, сделанные из старых джинсов, майку — и все это будет с тобой целое лето, обносится, станет любимым… И в этой удобной, легкой одежде, которую не боишься замарать или порвать, ты радостно переходишь межу и вступаешь на территорию другой страны, с коротким названием Лето. Страны яркого солнца, теплых дождей и гроз, грибных туманов, страны футбола, утренней и вечерней рыбалки, орехов и ягод, походных костров, страны интересных книжек и первой любви, страны загадок и открытий…

Михаль с Чэсем вылезли из речки, оставляя за собой на мокром побережье глубокие узкие следы, которые сразу же наполнялись водой. Упали на горячий песок. Сразу же кожа у обоих начала покрываться пупырышками. По телу пробегала дрожь.

— Сегодня… третьего… июня, — сказал Чэсь непослушными от холода губами, — а ни Оксаны… ни Дмитрия.

— Зато… Курт… заявился день в день, — с готовностью отозвался Михаль. — Сегодня я видел… коз пас на выгоне…

Дед Макар держал козу с козленочком; они всегда паслись и приходили домой сами, а тут Курт, видимо, ради «спортивного интереса», вдруг загорелся за ними присматривать.

Михаль с Чэсем давно выполнили свое «задание». Или, лучше сказать, они его не выполнили. Ничего не удалось добиться. Школьный «историко-краеведческий уголок» оказался шкафом с большим навесным замком. Шкаф стоял в глухом конце коридора, и на него никогда не обращали внимания. Молодая, только что из университета, учительница истории долго не могла понять, чего от нее хотят.

— Нам на лето задали задание, — объяснял Михаль, — узнать как можно больше об истории нашего поселка.

Начали искать ключ от замка. Он оказался у школьной уборщицы бабы Нины. Отперли-шкаф, поверх груды пыльной, пожелтевшей макулатуры лежала папка с надписью — «Наши славные земляки». В папке-несколько газетных вырезок об участниках Великой Отечественной войны, уроженцев этих мест.