Щёлк!
Шрифт:
– - Нет, спасибо, я бросил.
– - Это похвально. Я вот не могу… вы рассказывайте дальше. Сколько их? Как вооружены? Может есть карта особняка?
– - Нет карты. Вооружены были тяжело. Вы сами видели. А сколько… Лиза говорила, что около двадцати. Но, кажется мне, после сегодняшней бойни остался только Отец. Может ещё кто-то… Как вообще возможно вот это всё?!
– - Что именно?
– - Магия. И то, что я сейчас разговариваю о ней с полицейским, а тот даже не морщится и не зовёт людей в белых халатах.
– - Это не магия. Это законы физики… Да и я не полицейский. Будь я им – может и поморщился бы. Но моя работа – это как раз по всей этой части…Зачем же культисты преследовали вас, Евгений?
Жека набрал в грудь воздуха. Выдохнул. И начал свою долгую историю про Пульт, про инкарнацию Иисуса, про свои весёлые приключения и даже про то, как оказывался в иных измерениях, когда умер, переключаясь в другие тела… Владимир слушал внимательно, полностью поглощённый и заинтересованный, будто маленький ребёнок… В процессе он дважды куда-то позвонил и наказал раздобыть расплавившийся Пульт. И ни в коем случае не утерять тела Игорёши, Гипсокартона и Лизы…
– - Как бы это цинично не прозвучало, -- сказал Владимир. – Но вы раздобыли очень много полезных данных для учёных. Наши «ботаны» заинтересуются вами однозначно. Вашим мозгом, биополями и так далее… Вряд ли использование такого артефакта, как Пульт могло остаться безо всякого следа.
– - Это может быть вредно?
– - Вредно! – Владимир посмеялся. – Кто его знает. Очень жаль, что Пульт оказался уничтожен. Нашей Организации он бы пригодился весьма кстати. Вы молодец, что придумали так много хитростей. Я восхищён. Я бы даже предложил вам работать на нас. Характер у вас бойцовский.
У Жеки от подобного комплимента даже немного потеплело на душе.
– - Вы совсем не удивились? То есть, ваша организация – как раз ищет такие вещи? И борется с культистами?
– - Это секретная информация. Больше мы вам расскажем, только если станете нашим человеком.
Вдруг дверь в кабинет распахнулась. Ворвался запыхавшийся сотрудник и выпалил:
– - «Плоть» видели на окраинах города!
– - «Плоть»?... Ты трещи поменьше, -- Нойманн обрушил на сотрудника упрекающий взгляд.
– - Через пять минут подойди, когда я тут закончу… Пока остальных предупреди, пусть готовятся к выезду.
– - Понял!
– - Не мешай! – махнул он рукой на того и сотрудник тут же скрылся в коридоре.
– - «Плоть»? – спросил Жека. Владимир явно занервничал. Он достал ещё одну сигарету и закурил.
– - Есть тут проблемка, да… Закончим мы с штурмом особняка. Поймаем Отца. Я очень надеюсь… Что он не ускользнёт.
– - А если ускользнёт? Ему же не впервой подаваться в бега. Он наберётся сил и… Отомстит мне – это точно.
– - Мы вас будем охранять. Никто вас не тронет.
– - Вы же сами знаете, что у Отца есть способы достать кого-либо без прямых воздействий. Он наверняка придумает какую-нибудь хитрость… Как же мне хреново… -- Жека сжался и опустил голову. – Я потерял всех своих друзей…
Душу обволакивала мрачная и ледяная чернота. Кажется, стресс и неопределённость уже минули. И поэтому боль начинала брать своё. Опустошающая боль, окрашивающая мир в цвет сингулярности… Конечно, Игорёша научил его бороться с этими состояниями… Как там? Прислушаться к тому, что происходит?..
– - Вы упоминали ещё некую «Книгу Знания»… -- напомнил вдруг Владимир. – Что это такое?
– - Я не знаю, -- честно ответил Жека. И вдруг ощутил, как всё меняется.
Он вскочил с кресла. Стены помещения изгибало под немыслимыми углами. В голове будто бы кружилось…
– - Что с вами? – сквозь густеющее пространство донёсся голос Владимира Нойманна. Но голос этот эхом всё больше и больше удалялся куда-то далеко, в глубины космоса…
– - Я… не знаю… -- встревожился Жека. Он ничего не понимал. И даже мысли рассыпались в песок. Жека будто бы засыпал… Вот он вышел обратно в коридор, вот его посадили в синий фургончик. Разговоры с «Семёнычем»… Перестрелка у гаражей. Схрон. Авария. Ужин в гостях у Дианы… И мерзкий хохот собакоголового, замышляющего что-то невообразимо ужасное...
Глава 47
Жека шёл по вечерней улице. Стояла прохладная безветренная погода. Закатное солнце угасало, небо сделалось лазурным, а могучие облака, ещё дотягивающиеся до последних лучей, стали похожи на огромные скопления ржавчины.
Впереди темнел сосновый бор. Могучие кроны не пропускали света, от чего казалось, что стволы поглощены тьмой.
На душе тоже был странный отпечаток темноты. Черноты. Будто холодные змеи ползали по сердцу и пускали в кровь свой жгучий яд. С чего бы это? Ведь такой хороший вечерок... Откуда всё это выползло? Да и в последнее время, кажется, ничего особенно плохого не случалось… Жека шагал дальше и дальше, по дороге, вьющейся через бор. Скоро он придёт. И всё отнесёт... И что же всё-таки с душой происходит? Странные эмоции не давали ему покоя. Чувство, будто он лишился чего-то важного… Чего-то незаменимого.
Но чего?
И чем дальше он углублялся вперёд по дороге, тем сильнее ныла душа.
– - Да что же это такое… -- Жека остановился, тяжело дыша. Посмотрел на Пульт в руках, положил в карман, ибо чего на виду держать эту необычную вещицу, которую нашёл совсем недавно. Посмотрел на тёмный лес. Казалось, будто из темноты на него кто-то смотрит.
Эх, а что, если бы из душевной темноты тоже кто-то смотрел, подумал Жека, и ему показалось, будто он что-то вспоминает. Будто он уловил нечто неуловимое. Из черноты его души тоже кто-то смотрел. Тот, кто всё знает. И это был не сам Жека, как могло бы показаться на первый взгляд…
– - Э, как сегодня фляга свистит… Пора завязывать с грядками… -- простонал Жека, но взгляда оторвать изнутри уже не мог.
По дороге к нему навстречу приближалась фигура в плаще. Даже издалека были видны очертания мощного подбородка. Хмурый незнакомец два метра ростом, не меньше.
И чем ближе этот незнакомец подходил, тем яснее проявлялось то, что сидело в глубине души. Тем более жгучей становилась необъяснимая боль утраты.
Слушайте, слушайте, слушайте…