Чтение онлайн

Я занял место за столом напротив дикого. Последний всё это время, что я находился в комнате, смотрел на меня, не скрывая своего интереса.

Все остальные вышли. Но я знал, что они будут наблюдать за нами через огромное стекло, которое заменяло собой одну из стен.

А затем я увидел визоре сообщение о том, что в нашей группе присоединился человек с позывным «Глухой». Точнее, не человек, а дикий.

— Добрый день, Максим, — сразу же поздоровался он со мной в чате.

— Привет, — ответил я. — Почему тебя назвали «Глухим»?

— Это я сам, — на лице дикого проявилась мимолётная улыбка. — Видишь ли, в моей голове иногда путаница происходит. Я хотел дать себе позывной, показывающий, что я не умею говорить. То есть «Немой». Но в тот момент я был уверен, что этот термин называется «Глухой». Когда я это понял, было уже поздно. Никто уже не хотел называть меня по-другому.

— Занятно, — ухмыльнулся я.

Затем я сразу же хотел приступить к главному — спросить зачем он позвал меня. Но меня опередил Фёдор, который решил озвучить имеющуюся по «Глухому» информацию.

— В общем, дела обстоят так, — рассказывал «Ключ». — Никаких сведений о прошлом «Глухого» отыскать не удалось. Сам он не помнит ничего до момента заражения, а его ДНК (да и весь организм) изменился настолько, что возможности идентифицировать его не осталось.

— А Алла? — вспонил я про нашу любительницу йоги, умеющую заглядывать в головы. — Она уже проверяла его?

— Разумеется, — ответил Разводной. — Но и она ничего найти не смогла. «Глухой» — чистый лист. У него нет прошлого, он никого не помнит и не узнаёт. Таким образом, очередной раз было доказано, что изменения диких необратимы. Ведь сам их организм не знает, кем он был до этого.

— Разве так бывает? — насторожился я. — Насколько я разбираюсь в этой теме, можно понять, как протекала эволюция любых существ в течение миллионов лет. А тут организм за несколько недель изменился до неузнаваемости?

— Видишь ли, «Инженер», — хмыкнул Фёдор. — У нас есть подозрение, что эволюция тут и не причём. Это полное перестроение живого существа. Это совершенно новый вид. Будто его с нуля создали. Хотя, я сам не совсем согласен с этим утверждением.

— А я согласен, — напомнил о себе «Глухой». — Я не помню какого это — быть человеком. Но я полностью уверен, что я не он. Та девушка, что заглядывала мне в голову (Алла, вроде), тоже подтвердила это. Она сказала, что мои чувства ей непонятны. Я по-другому воспринимаю действительность.

— И насколько по-другому? — задал я ему вопрос.

— Я не знаю, как на это ответить, — покачал головой «Глухой». — Для этого ведь требуется сравнение — моих чувств и человеческих. Но я не помню как чувствует человек. То, какой я сейчас, для меня нормально. Я бы даже сказал, что я вполне привлекателен. Как и другие… к-хм. Как вы их называете, дикие. А вот вы, люди, внешностью не очень вышли.

— Получается, ты и сам не считаешь себя человеком?

— Я определённо не человек.

— А кто ты?

— Рыцарь называл нас солдатами. Она — детьми.

— Кто «она»?

— Та, что меняет этот мир.

— Астероид?

— Наверное. Возможно, — задумался «Глухой». — Но она почему-то называет себя системой.

— Ты можешь общаться с ней?

— Нет, не думаю. Я понимаю её. В том смысле, как она устроена. Но прямой речи от неё не слышал никогда. В отличии от тебя.

— Откуда ты знаешь, что я слышал её?

— Тогда, возле свинофермы, я видел, что ты с ней разговаривал. Разумеется, я слышал только твои слова, но было понятно, что ты общаешься именно с ней.

— Хорошо, — я открыл в визоре сообщение от особиста Выдрина, который ранее прислал мне список вопросов, которые необходимо было задать «Глухому». Какое-то время я бегал глазами по всем пунктам, выбирая самый подходящий. В итоге решил задать тот вопрос, которого в списке не оказалось. — Давай начнём с главного. По крайней мере, главного для меня. Почему ты хотел говорить именно со мной?

— Потому что ты такой же, как я, — сразу же ответил дикий.

— В каком смысле? — нахмурился я.

— Мы оба смогли сбросить с себя оковы рыцарей. Сначала ты помог сделать это мне, убив моего командира на свинокомплексе. Затем ты тоже самое сделал и со своими оковами. Но при этом своему рыцарю ты жизнь сохранил.

— Ты сейчас говоришь про Порохова? — вспомнил я, что мой бывший командир является потенциальным рыцарем.

— Наверное. Тот, который был главным в вашей группе, — тяжело вздохнул «Глухой». — При нашей первой встрече я видел чёткую связь между вами. Видел, что он мог завладеть твоим разумом в любой момент. Но затем, там, на крыше возле вертолёта, этой связи уже не было. Ты избавился от своего хозяина.

— Хозяина? — усмехнулся я.

— Да, — а вот дикому было не до смеха. — Как я понимаю, вы сильно недооцениваете роль рыцарей. А зря.

— Ну мы знаем, что они — сильнейшие из всех заражённых.

— Это мягко сказано. Рыцари долго набирают силу. Гораздо дольше, чем все прочие. Но со временем они станут настолько могущественны, что справиться с ними будет невероятно сложно, — дикий ненадолго задумался. — Скажи, они уже начали заменять свои сердца осколками?

Я не был уверен, стоит ли отвечать дикому на этот вопрос. Поэтому помедлил, ожидая отмашку от особистов. Те же сказали, чтобы я говорил, как есть.

— Выходит, рыцари уже достигли первого этапа роста, — нахмурился «Глухой», узнав, что рыцари уже начали помещать в себя осколки. — Странно. Слишком рано.

— Наши специалисты предполагают, что это из-за сброса ядерной бомбы на один из осколков, — задал я вопрос, который мне в личные сообщения оперативно прислал Разводной. — Как ты думаешь, возможно такое?

От услышанного дикий даже в лице изменился. Хотя, в этот раз я не смог определить, какую именно реакцию он показывал.

— Вы сами дали системе такое гигантское количество энергии, — после недолгой паузы снова появились в чате слова «Глухого», — и теперь спрашиваете, связано ли это… Что ж, я уверен, более чем.