Шрифт:
Черная жирная земля так и летела из ямы – Олег копал с энтузиазмом, вкладывая в работу все силы. Лопата с хрустом входила в слегка влажный грунт, поворачивалась, устремлялась вверх, сверкала в лучах заходящего солнца и, расставшись с очередной порцией выкопанной земли, падала вниз. Иногда, впрочем, Олег не бросал грунт вверх сразу, а внимательно рассматривал его. Ничего особенно интересного на лопате не оказывалось: земля, мелкие камушки, корешки.
– Любо-дорого наблюдать за твоим рвением, – прокомментировал старания Олега подошедший к яме Игорь. – Червей, что ли, копаешь?
Олег грязной рукой вытер со лба пот, едва не сбив очки, и, прищурившись, поглядел на Игоря снизу вверх. Потом оперся на лопату и коротко выдохнул:
– Бот?
– Что «вот»? – не расслышал Игорь.
– Да вот размышляю, бот ты, Лимарев, или нет, – заявил Олег. – Похоже, что нет, хотя в таких делах никогда нельзя быть уверенным полностью.
– Ты в шутеры переиграл, что ли? – насторожился Игорь, косясь на лопату в руках приятеля. Сейчас как звезданет ею по голове… Главное при таком развитии событий – не тратить время на увещевания, а вовремя смыться. Потому что драться с Олегом у Лимарева не было совершенно никакого желания.
– Какие уж там шутеры, – спокойно ответил Олег. – К игровому компьютеру уже два дня не подхожу.
– А к рабочему?
– По мере надобности.
– Ну а роешь что? Окоп?
– Все тебе то черви, то окоп, – фыркнул Олег, выбираясь из ямы и отряхивая порядком испачканные землей джинсы. – Я артефакты искал. Понимаешь?
Тут Игорю стало по-настоящему не по себе, и он даже сделал шаг назад. Да, Лимарев был весьма успешным архитектором, ездил на хорошей машине, имел влиятельных друзей – но тем больше он не любил конфликтные ситуации. Хулиганов и гопников обходил десятой дорогой, да и с сумасшедшими дел старался не иметь.
Убегать Игорю было как-то не к лицу, да и приятелю, возможно, требовалась помощь, поэтому он пересилил себя и осторожно спросил:
– Что ты искал, не понял?
– Артефакты. Сразу заявляю: к компьютерным играм они не имеют совершенно никакого отношения. Если оставить сам термин «артефакты» в покое, можно сказать, что я хотел посмотреть, как устроен грунт на глубине.
– Как устроен грунт? – совершенно растерялся Игорь. – Да ты здоров, Горбатов?
Земля лежала около ямы большой черной кучей, и даже то, что Олег называл ее «грунтом», было странно, не говоря уж о том, что грунт как-то должен быть устроен. Равно странным казалось и то, что его приятель испортил отличную клумбу перед домом. Можно сказать, полностью уничтожил. Только несколько оранжево-черных бархатцев уцелели на краю ямы метровой глубины.
– Не знаю, здоров ли я, – честно признался Горбатов. – Меня какие-то сомнения одолели. Насчет себя, да и насчет всех остальных тоже. Вот порой смотришь на человека – и понимаешь, что он не живет, а номер отбывает. Губами шевелит, рассказывает что-то, ходит. А на самом деле – кукла. Массовость создает, и только. Одним словом – бот. Хочешь, пойдем ко мне, чаю выпьем. Поговорим.
– Ну, пойдем, – не слишком охотно согласился Игорь. – Хотя я чаю не хочу. Лучше бы пива.
– У меня аллергия, – сообщил Олег.
– На пиво?
– Нет, на пыльцу. Но алкоголь способствует. Представляешь, как оно все устроено?
Заявления приятеля Лимарев не понял, но счел нужным кивнуть. Вообще-то хороший парень Олег: всегда компьютер мог посмотреть, программу нужную установить – и цену не ломил, почти бесплатно все делал. Характер у него мягкий, не скандальный. А что парень со странностями – так у кого их нет? Правда, сегодняшние странности казались совсем уж странными…
Горбатов между тем кинул лопату в яму, проводил ее взглядом и как-то горестно покачал головой.
– Надо же, лопата – копательный инструмент. И конструкция совсем простая, – ни к селу, ни к городу заявил он. – А поди придумай такую лопату, разработай под нее грунт…
Прошли в дом – благо Олег решил выкопать яму в десяти метрах от крыльца. Скрипнули деревянные доски в прихожей, заскрипели дверные петли. Дом Горбатова, хоть и не был слишком старым, весь поскрипывал. Даже выключатели работали с какими-то скрипучими щелчками.
– Так, значит, чаю не хочешь? – осведомился Олег.
– Почему, налей, если сам будешь, – Игорь решил поддержать товарища, чего бы ему это ни стоило. Тем более лопата осталась в яме, а худой и щуплый Олег вряд ли мог причинить ему серьезный вред в рукопашной схватке. Впрочем, Лимарев искренне надеялся, что до этого не дойдет.
Горбатов включил электрочайник, присел на табурет рядом с кухонным столом и как-то вымученно улыбнулся. Игорь, не дожидаясь приглашения, уселся в кресло. Большая комната служила Горбатову и кухней, и столовой, и гостиной, соответственно, мебель в ней имелась самая разная. Пахло здесь старым деревенским домом: немного воском, немного медом, чуть-чуть известкой и довольно сильно – сухими травами.
– Функция – налить чаю. Функция – чай, – проговорил Олег. – Понимаешь, как все это выглядит, Игорь? Понимаешь, как выглядим мы с тобой? Обмениваемся информацией в реальном времени, беседуем, словно два античных мудреца. Есть ли в этом смысл? Пристойно ли это? Почему мы должны пить чай и мило беседовать, вместо того чтобы просто обменяться пакетами информации?
– Давай обменяемся пакетами, – хмыкнул Игорь. – Какую информацию ты хочешь получить?
– Так ведь это ты подошел поинтересоваться, зачем я копаю яму. А я тебя не трогал.
– Ну да, мне любопытно стало. Не каждый день ты раскопками занимаешься. Да и яма посреди палисадника выглядит экстравагантно, а?
– Я и хотел выкопать ее в неожиданном месте.
– Тебе удалось, – подтвердил Игорь.
– Позволь тогда задать вопрос тебе, – Горбатов снял очки и прищурился. – А не было ли в твоем интересе умысла? Не затем ли ты спросил, чтобы отвлечь меня от работы, чтобы я не докопался до истины? Может, мне оставалось до истины два удара лопаты – и тут появился ты и заставил меня прервать в высшей степени интересное и познавательное занятие?
Закончив говорить, Олег рывком поднялся и направился к раковине. Открыл кран, принялся мыть руки и умываться – словно только сейчас вспомнил о том, что порядком испачкался.
– Поверь, я нисколько не хотел тебе помешать, – тон Игоря стал поистине умиротворяющим. – Если хочешь, мы можем вернуться к яме и продолжить раскопки. Правда, у меня что-то нет настроения копать. Много работал, устал.
Конец ознакомительного фрагмента.