Чтение онлайн

Неожиданно Само Совершенство первый предложил Архангелу встретиться в его личной резиденции на вершине кристаллического массива Йодль к полузападу от Царцаха. В отличие от коллеги, Самсунг предпочитал жить не в гигантском мегаполисе, а подальше от него, в окраинных землях Гималайских Мхов – на самых высоких горных столбах Ближней Ветви, уходящих в бездны космического войда.

Архангел сначала хотел согласиться, потом сообразил, что его запросто могут запрограммировать втихую, так что он ничего не заметит, и тогда на мечтах сохранить божественные принципы Искона, вложенные в матрицу земной реальности, можно будет окончательно поставить крест.

– Согласен на встречу на нейтральной территории, – предложил он.

– Где? – не стал возражать Самсунг.

– Модуль отдыха иезода подойдёт?

– Мы не будем чувствовать себя там уютно.

Архангел понял недосказанное: всё, что происходило и говорилось в центре контроля, записывалось аппаратурой иезода «во имя безопасности геймеров и улучшения качества обслуживания». По Закону Потребности каждый сапиенс, каждый житель Царцаха мог без всяких ограничений выбирать место жительства и место работы сообразно потребности своего тела и разума, и если соглашался на некий контроль за своей деятельностью, то исключительно в меру благонадёжности существующей системы управления социумом. Архангел в этом отношении был законопослушным гражданином общества, Самсунг – нет, так как он эти законы создавал в Сенате и утверждал, будучи Носителем Печати.

– Предлагаю Столбы Памира, – сказал Архангел.

Царцах представлял собой всего лишь один из кустов невообразимо сложного пересечения фрактальных форм материи, сплетающихся в сетчато-волокнистую структуру местного космоса, и земная реальность являлась в большой степени частью геометрического отражения этой структуры, хотя метавселенная людей и отличалась от Вселенной Архангела. Но создатель игровой реальности нередко использовал в программе существующие в действительности формы, и Столбам Памира недалеко от Царцаха соответствовали земные горы и хребты, такие как Памир или Гималаи. Даже названия сохранялись, так как говорили на Царцахе на самом древнем языке мироздания – русском.

– У вас там владение? – поинтересовался Самсунг.

Разговор шёл в формате видеоспейса, и собеседники видели друг друга так, словно находились рядом.

– Там есть павильон Меру, – ответил Архангел, – с видом на светозар. Прекрасное место для бесед, защищено от всех видов контроля.

Само Совершенство, – сегодня он был в лиловой хламиде с серебряными полумесяцами и звёздами, очевидно, присутствовал на заседании Бюро Приказов Сената, – посмотрел куда-то вбок, помолчал.

– Вы будете один, дружище?

– Разумеется, – подтвердил Архангел.

– Без охраны?

– Я не настолько велик, – с гордой простодушностью сказал Архангел, – чтобы нанимать телохранителей.

– Напрасно, – укоризненно покачал головой Самсунг. – На вас напали, это серьёзная причина, чтобы потребовать у Службы Защиты личную охрану.

– Обойдусь.

– Как знаете. Хорошо, встретимся там через два часа, если вас устроит.

– Вполне.

Самсунг кивнул, и его видеофантом растаял в воздухе.

Архангел покружил по комнатам своего замка, размышляя над словами коллеги, вышел на террасу, нависающую над садом. Созрело решение позвонить приятелю и предупредить о встрече с сенатором. Кто-то должен был знать, куда и зачем он направляется.

Приятель – Делл, тот самый эксперт-аналитик по взлому компьютерных сетей, прибыл через полчаса и отреагировал на сообщение угрюмо:

– Я бы не стал связываться с твоим соперником.

– Почему? – осведомился Архангел.

– Потому что Самсунг готов к встрече лучше, чем ты. Если это он затеял перезагрузку в матрице земной реальности, то наверняка нашёл обоснование процессу и подготовил сторонников. У тебя есть сторонники?

– Ты.

– Я не защитник, не телохранитель и не работаю в правоохранительных структурах. К тому же считаю, что тебе нужен независимый специалист, не связанный со Службой Защиты.

– Почему?

– Самсунг стопроцентно имеет там своих ставленников.

Архангел задумался. Эта мысль к нему уже приходила, но он не знал, как её реализовать. Общество Царцаха держалось на иных принципах сосуществования, нежели те, что скрепляли людей в цивилизационную структуру в их метареальности. Дружба никогда не доходила до самопожертвования, а любовь – до великих трагедий. Сапиенсы жили как великие индивидуалисты, объединяясь в меру необходимости, превыше всего ставя личную свободу, и никто из них, за очень редким исключением, не способен был оценить чью-то независимость и жизнь выше своей.

– У меня нет фанатов, преданных мне до такой степени.

– Найди их в другом мире.

– Это где? – скептически скривил губы Архангел.

– Да хотя бы на Земле.

– Но это же… внутримашинная игра!

– Так что? Возьми психосоматическую структуру кого-нибудь из тех, кому ты благодетельствуешь, лучше всего – знатока воинских искусств, перенеси к нам, пусть попробует разобраться с нашими делами.

– Душу…

– Что?

– Психоматрицу люди называют душой.

Архангел внимательно посмотрел на мрачно улыбающегося Делла.

Приятелю пошёл тридцать третий год, выглядел он по-спортивному крепким и уверенным в себе, никогда не подводил и советы давал не для того, чтобы отвязаться от старого товарища. Но вот как далеко он способен пойти для реализации своей же идеи?

– Ты понимаешь, что говоришь?

– Я ведь тоже геймер, ты знаешь, – пожал плечами высокий, плотно сбитый Деловой Любитель. – Уже давно существуют технологии переноса ПСС Фигур Влияния из игровой матрицы в нашу реальность.

– Только результаты плачевные, – хмыкнул Архангел. – Мало кто выдерживает наше иномерье с его океаном выборов.

Делл подставил руку либри, летающей вокруг собеседников на террасе, над садом Архангела, и шестикрылое птиценасекомое размером с палец разбилось о руку фонтаном сверкающих драгоценных камней, которые через пару мгновений соединились в прекрасное создание, спокойно улетающее прочь.

– Найди того, кто выдержит.

– Для этого нужен носитель, а я – по твоим же соображениям – принять его не могу.

– Я подойду?

Архангел пристально посмотрел на приятеля.

– Зачем тебе это?