Чтение онлайн

Следуя за братом, Финн шагнул сквозь облако дыма и пошатнулся, когда Портал дрогнул в своём приветственном смещении пространства.

Кабинет был пуст.

То была смерть.

Тёплые и липкие её волны нахлынули на Джареда, как боль. Не было воздуха, чтобы дышать, не было слов, чтобы говорить. Сдавило горло.

А потом серая мгла отступила, Джаред увидел Смотрителя, Аттию и Клодию.

Он потянулся к ней и попытался произнести её имя, но его губы оцепенели от холода и стали как мраморные; он с трудом ворочал языком.

— Я умер? — спросил он Тюрьму, но его шёпот заблудился среди холмов и коридоров, уносясь по затянутым паутиной древним галереям, и Джаред осознал, что стал Тюрьмой, что все её мечты стали его мечтами.

Он был целым миром, и он был крошечным существом. Он мог дышать, его сердце уверенно билось, взор был ясен. Казалось, великое мучение оставило его, страшный груз упал с его плеч, и, возможно, так оно и было, возможно, тем грузом была его прошлая жизнь. В нём шумели листвой леса и плескались океаны; высоко вздымающиеся мосты тянулись через глубокие пропасти; винтовые лестницы вели вниз, к пустым клеткам, где родилась его болезнь. Он исследовал её, раскрыл все её тайны, упал в её тьму. Он один знал ответ на загадку и место, где была дверь, ведущая Наружу.

Клодия услышала. В полной тишине статуя шевельнулась и произнесла её имя.

Не в силах отвести взгляда, она попятилась, но отец удержал её за локоть.

— Я учил тебя никогда не бояться, — сказал он спокойно. — И потом, ты же знаешь, кто это.

Статуя оживала. Открылись глаза — зелёные глаза — и обратили на Клодию так хорошо знакомый ей взгляд, в котором светились любознательность и ум. Тонкое лицо потеряло свою бледность, слабый румянец тронул щёки. Длинные волосы потемнели и качнулись мягкой волной, мантия сапиента замерцала серебристыми переливами. Он развёл руки, на широком, как крылья, плаще, сверкнули перья.

Он спустился с пьедестала и встал перед нею.

— Клодия, — сказал он. Потом снова: — Клодия.

Слова застряли в её горле.

А Рикс купался в обожании восторженно ревущей толпы. Он схватил Аттию и заставил её кланяться под шквал аплодисментов, вопли радости и оглушительные приветствия. Сапфик вернулся, чтобы спасти свой народ.

Финн медленно подошёл к экрану, не заснеженному теперь, а чистому и прозрачному. Стоявшая по ту сторону экрана девушка смотрела прямо ему в лицо.

— Клодия! — позвал он.

Но она, казалось, его не слышала. И тут он осознал, что видит её глазами Тюрьмы, и глаза эти туманятся, словно от слёз.

Подошёл Кейро.

— Что там, чёрт возьми, происходит?

И, как если бы эти слова запустили какой-то механизм, в кабинет ворвались звуки: рёв толпы, аплодисменты, крики радости. Названые братья вздрогнули.

Клодия прикоснулась к затянутой в Перчатку ладони.

— Мастер, — сказала она, — как ты здесь оказался? Что ты натворил?

— Думаю, я начал новый эксперимент, Клодия, — спокойно улыбнулся он. — Самый амбициозный из всех моих исследовательских проектов.

— Не дразни меня.

Она стиснула его покрытые чешуйками пальцы.

— Я тебя не предавал, — молвил он. — Королева предложила мне запретные знания. Не думаю, что она имела в виду именно это.

— Я и мысли не допускала, что ты меня предал. — Она устремила взгляд на Перчатку. — Все эти люди думают, что ты Сапфик. Скажи им, что это не так.

— Я Сапфик. — Он не отрывал глаз от своей ученицы, словно бы не слыша оглушительных приветственных криков. — Он тот, в ком они нуждаются, Клодия. И мы с Инкарцероном обеспечим им комфорт и безопасность. — Пальцы дракона обхватили её ладонь. — Я так странно себя чувствую. Как будто вы все находитесь внутри меня. Как будто я сбросил кожу, а под ней оказалось новое существо. Я вижу и слышу так много, прикасаюсь к бессчётному количеству разумов. Я вижу сны Тюрьмы, и они печальны.

— Но сможешь ли ты вернуться? Ты должен остаться здесь навсегда? — Она понимала, что её отчаянные вопросы — проявление слабости, но ей было всё равно. Пусть она эгоистка, пусть она противопоставляет собственные желания нуждам всех Узников Инкарцерона. — Я не справлюсь без тебя, Джаред. Ты мне необходим.

Он покачал головой.

— Ты станешь королевой, а королевам не нужны наставники. — Он обнял её и поцеловал в лоб. — Но я ведь никуда не делся. Ты будешь носить меня на цепочке своих часов.

Он взглянул поверх плеча Клодии на Смотрителя.

— Отныне мы все здесь свободны.

— Итак, мой старый друг, ты, наконец, нашёл себе тело, — скупо улыбнулся Смотритель.

— Несмотря на все твои усилия, Джон Арлекс.

— Но ты не совершил Побег.

Джаред пожал плечами — странный, чужой жест, словно бы он сделал это не сам.

— Да нет, совершил. Я бежал из самого себя, но никуда не уйду. Таков парадокс Сапфика, который сам — парадокс.

Он сделал едва заметное движение рукой, и все ахнули: стены вокруг засветились, и проступило изображение — серая комната Портала, в дверях которой толпились зеваки. Финн и Кейро отпрянули в удивлении.

Джаред повернулся.

— Теперь мы все вместе: Внутри и Снаружи.

— Ты хочешь сказать, что все Узники могут совершить Побег? — резко бросил Кейро, и Клодия поняла, что они слышали всё.

— Побег куда? — улыбнулся Джаред. — В разрушенное Королевство? Мы создадим для них рай здесь, Кейро, как и предполагалось, как и планировали сапиенты. Побег никому и не понадобится, обещаю. Но дверь останется открытой для всех, кто захочет оказаться здесь или выйти отсюда.

Клодия сделала шаг назад. Джаред… Она так хорошо его знала… и всё-таки он изменился. Словно его личность переплелась с другой, два голоса соединились воедино, как белые и чёрные плиты пола в этом зале. Словно возникло новое существо, и этим существом был Сапфик. Она огляделась, увидела ошеломлённого Рикса и неподвижную, бледную Аттию, неотрывно взирающую на Финна.