Чтение онлайн

И правда, стоило мне зайти в квартиру, как я услышал с кухни звуки готовки. Поцеловал жену, которая над чем-то колдовала, помыл руки и переоделся в домашнее. Хорошо как! Будто и нет войны вообще.

— Помочь чем, товарищ военврач? — спросил я, возвращаясь на место приготовления пищи.

— Сиди уж, — шутливо заворчала она, слегонца стукнув меня кухонным полотенцем, когда я решил погладить ее чуть пониже талии сзади.

И продолжила резать лук. Ни слова не спросила — что там, как, куда отправят. Сначала накормить мужика, чтобы расслабился, а потом он и сам расскажет.

Еще минут десять — и передо мной здоровенная тарелка с борщиком. Как говорят у меня на родине, первое блюдо от второго отличается тем, что в нем воткнутая ложка все же падает, хоть и не сразу. Где продукты взяла? Вон, в кастрюле косточка мозговая, да не просто так, а с мяском. Да и овощи — картошка, свекла, капуста. Судя по запаху, и сальца старого по рецепту добавлено, и чесночок чувствуется. А сметаночка! Прямо посередине, островком.

— Откуда богатство, жена? — спросил я после того как заглушил первый голод парой-тройкой ложек.

— Так у меня муж — Герой Советского Союза, полковник. Ему паек положен, — вытирая руки о фартук, доложила Верочка. — Только я тебе скажу — не рассчитывай на такое каждый день. Это, можно сказать, праздничный обед в честь возвращения.

— А сто грамм? — я шутливо приподнял крышку хлебницы, притворяясь, что ищу там стопочку.

— Есть за что? — впервые она задала волнующий ее вопрос. Вроде тоже, в тон разговору, с усмешечкой, но я ведь вижу.

— Да. Назначили помощником по особым поручениям. В течение недели выезжаем на место.

— Ты только возвращайся, Петя, — Вера подошла и поцеловала меня в лоб, не дав поднять голову. — Знай, что я тебя жду.

Утром я понял — всё здесь делается быстро. А что-то — еще быстрее. Не успел я зайти на службу, как меня прямо с проходной потащили в неведомые дали. Какой-то лейтенант, не представившись, уточнил только фамилию, и предложил следовать за ним.

Шли недолго, целеустремленный провожатый постучал в дверь, ничем от других не отличающуюся. Не стал даже ждать, когда ответят: очень вежливо, но уверенно открыл, и доложил:

— Товарищ майор государственной безопасности! Полковник Соловьев прибыл!

Блин, наверное вот так в дворцах объявляют. Как там этого называют, который с палкой выходит, и хорошо поставленным голосом сообщает, что граф такой-то с супругой явились?

Лейтенант аккуратно, не делая ни одного лишнего движения, сделал шаг в сторону, освобождая мне дорогу. Выпендрежники, по-другому не назовешь. Сколько времени этот хлопчик потратил на репетиции своего балета? Полезным бы чем занялся. Хотя что я завожусь? У него своя служба, у меня своя. От нервов, наверное. Сдается, я сейчас встречусь с начальником фронтового особого отдела. А что, с той должностью, на которую меня сватают, мимо него не пройдешь.

Вроде как лицо простое, но что-то в нем есть такое… Печать недовольства всем на свете прямо посередине лба выбита. Смотрит исподлобья, оценивающе, я бы даже сказал, с подозрением. Не очень приветливо, короче. Щека вот правая дернулась. После контузии? Или так просто, от избытка чувств?

— Проходите, товарищ полковник, присаживайтесь, — нарушил он молчание. Но жопу от стула не оторвал, не по чину, значит. Хорошо рукой махнул, приглашая присесть.

Я сел поудобнее, на всю сидушку, о спинку оперся. А что мне, как бедному родственнику к краюшку седалищем прислониться? Не дождетесь.

— Меня зовут Дмитрий Иванович Мельников, — представился хозяин кабинета. Вполне, кстати, нормально сказал, без попытки продавить или унизить. — В каком звании, вы слышали. Должность у меня — начальник особого отдела НКВД по Волховскому фронту. Я здесь буквально на один день, но счел необходимым с вами встретиться.

Кивнул, понимаю, мол, впечатлен. Нет, правда, не вскакивать же, занимая стойку «смирно». Рабочая беседа, так сказать.

— Я пока не могу похвастаться знанием названия своей должности, — вежливо ответил я. Давай, товарищ Мельников, твой ход.

— Командующий поставил перед нами задачу… — сообщил особист. — Положение очень сложное, от нас ждут, — тут он сделал паузу, наверное, невольно, по привычке уже, чтобы не дай бог кто не пропустил этот волнующий момент, когда надо понять, кто поминается, — победы. Мы должны учесть ошибки наших предшественников, сделать выводы. Признаюсь, ваш статус… немного необычный, но я Михаила Петровича понимаю. Он тоже понимает важность…

Я почти не слушал эту часть. Он говорил ровно, но вместе с тем слова про важность цели произносил с чувством, не создавалось впечатление, что просто номер отбывает. Понимает, на этой должности под особым прицелом. Ага, замолчал, пора и мне вступить.

— Со своей стороны, товарищ майор го…

— Давайте без званий, не будем тратить время на эти танцы, — оборвал он меня.

— Хорошо, Дмитрий Иванович. Так вот, я, конечно, все усилия приложу, но вы же знаете, эта служба для меня новая…

— Да, я изучил ваше дело. Признаюсь, впечатлен. Очень хорошую работу проделали. Отзывы ваших товарищей по службе — тому подтверждение. Но это дело прошлое, — закончил он хвалебную часть. — Со своей стороны обещаю полное содействие особых отделов фронта. Конечно же, для связи в вашу группу будет включен наш представитель. Сейчас познакомитесь с ним. Он, в том числе, поможет решать… разные вопросы. Лейтенант Кравцов проведет вас. Естественно, можете обращаться ко мне напрямую, соответствующее распоряжение я отдам.

Кравцовым оказался тот самый отличник строевой подготовки. Надеюсь, не его ко мне сторожить и контролировать приставят? Чин у него мелкий сильно, вряд ли он против генерала попрет, если придется.

Хорошая новость была в том, что мне предоставили почти полную свободу. Как в наборе подчиненных, так и в действиях. Вспомнилась книжечка про мушкетеров, которую я читал на верхотуре в Киеве. Всё, что сотворил предъявитель документа, сделано по моему приказу для блага страны. Ага, только спрос за такое… лучше не думать.