Чтение онлайн

Заперев решетку, размеренным шагом двинулись дальше.

— Чего так долго, Олег? — проворчал Федор, сделав последнюю затяжку.

Он щелкнул пальцами, и окурок алым светляком ударился о стену туннеля, рассыпая искры.

— Записку оставил. Я ведь не один эту берлогу использую. У нас тут… свои дела. Вас это не касается.

— Да куда уж нам, простым смертным, до забот господ сталкеров! — хмыкнул Кротов. — Это только вам придет в голову делать берлогу посреди перегона. Хотя умно, нельзя не признать — перегон сам себя защитит, никаких охранников не надо…

Димка мысленно согласился с Федором, невольно завидуя спокойной уверенности, с которой сталкер вел себя в туннеле. Обычные люди боятся пускаться в путь в одиночку, а этот чувствует себя здесь так, словно это не безлюдный и полный опасностей перегон, а хорошо освещенное обжитое пространство.

— Здесь чисто, — спокойно бросил Натуралист, не оборачиваясь. — Регулярно проверяю. Да и до станции всего десять минут ходу.

— Хоть одна хорошая новость, — Федор сразу оживился, даже прибавил шаг.

А вот Димка хмыкнул:

— На Бауманке мы тоже думали, что туннель чистый. В итоге пришлось работать огнеметом.

— Да, слышал, — отозвался Олег. — На обратном пути заходил, смотрел на гнездо, которое вы выжгли. Думаю, в ближайший месяц пересмешники там не появятся. Но проверять время от времени стоит.

— Так ты знаешь, что это за твари? — сразу заинтересовался Федор.

— Приходилось уже сталкиваться. Примитивные кровососы. Опасны, только когда действуют большой стаей, да еще морок наводить умеют. Кстати, раз вы остались живы, значит, не такой уж большой та стая была. Ну и укусы, конечно, штука неприятная — много всякой заразы разносят.

— А почему пересмешники? — Димка украдкой покосился на Федора, но тот вроде не придал значения сказанному. Он и сам уже начал забывать про укус, ведь все заживало без последствий. — Из-за этого жуткого звука, похожего на смех, да?

— Знаешь, Дмитрий… — Олег, замедлил шаг, оборачиваясь. По его губам скользнула грустная улыбка. — Иногда бывает даже смешно, как подумаешь, что старые названия из прошлого вдруг приобретают в наше время совсем другой, зловещий смысл. До Катаклизма пересмешниками называли маленьких безобидных птиц, которые умели копировать голоса и звуки других созданий. Птиц давно уже нет, а название вернулось. Только ничего безобидного в нем уже нет…

Натуралист осекся, резко останавливаясь, и вскинул руку в предупреждающем жесте. Встревоженный взгляд сталкера устремился вперед, хотя как Димка ни вглядывался, а дальше пятидесяти метров разглядеть что-либо было невозможно — света все-таки не хватало, да еще плавный изгиб самого туннеля впереди обрывал зону видимости.

— Ты чего, Олег? — Настороженно спросил Федор, сдергивая с плеча гладкостволку. Димка тоже обеспокоенно взял автомат на изготовку, сдвинув рычажок предохранителя.

— Шаги, — отрывистым шепотом бросил Натуралист. — К стене прижмитесь, где потемнее. Мало ли чего… Береженого само метро бережет.

Видя, что бауманцы медлят, сталкер бесцеремонно затолкал обоих в ближайшую боковую нишу, заставив раствориться в тени. Сам же привычным движением бесшумно вытащил из набедренной кобуры пистолет и присел на корточки рядом. Работая на Бауманке со всевозможным оружием, Димка сразу опознал «Бердыш» — мощный армейский ствол с обоймой под восемнадцать девятимиллиметровых патронов.

— Что там? — как можно тише спросил Димка. — Что тут у вас чаще всего водится?

— Помолчи. Пять… Нет, шесть человек… Отбой, свои идут.

Явно успокоенный, сталкер поднялся, убирая оружие. На душе у Димки тоже полегчало. Даже самый плохой человек лучше самого хорошего зверя — с людьми всегда есть шанс договориться. «Почти всегда», — тут же мысленно поправился он, вспомнив неприятную стычку на Курской.

Через томительную минуту из-из изгиба и в самом деле показалась группа людей, и только сейчас до слуха бауманцев на пределе слышимости донесся звук шагов. Димка недоверчиво покосился на сталкера. Неужто в самом деле можно иметь такой острый слух? Не только услышать, но еще и признать, что идут свои, а не чужие? Невероятно!

Натуралист вышел на середину туннеля и свистнул, а затем замахал рукой:

— Привет, Каравай! И вы, мужики, будьте здоровы!

В ответ посыпались дружелюбные приветствия. Встретившись, люди из обеих групп обменялись дружескими рукопожатиями. Олега эти сталкеры знали давно и хорошо, так что вопросов насчет его спутников у них не возникло. Снаряжены они были соответствующе — надежные армейские ботинки, ношеные, но еще крепкие камуфлированные штаны и куртки, бронежилеты обтягивали разгрузки, карманы которых распирали боеприпасы. У всех без исключения АК-74 со следами потертостей и царапин от многолетнего употребления, явно неоднократно проверенные в деле. Оказавшись среди сталкеров, Димка вдруг ощутил себя так, словно вернулся в давно забытую семью, где его помнят и давно ждут, — таким спокойствием и надежностью веяло от бойцов.

— Ты как всегда на высоте, Натура, — дружелюбно заулыбался Каравай — рослый широкоплечий мужик лет пятидесяти. Коротко стриженная шевелюра и густые усы сталкера были уже совершенно седыми, но двигался он с ловкостью и энергией тридцатилетнего. — Я только гадать начал, кто это там впереди, а ты уже всех по именам. Где бы мне такое же зрение взять, а?

Натуралист усмехнулся:

— А ты запрись в берлоге на недельку — без света, без жратвы, без людей — и медитируй. Глядишь, новые способности и появятся.

— Пробовал, не помогло, — с деланно сокрушенным видом покачал головой сталкер. — Зато когда на станцию вернулся и полез к жене обниматься, то она меня не узнала — гнала сковородкой по всему перрону, орала, что я насильник, и обещала все рассказать мужу, когда вернется.

Люди сдержанно засмеялись. Похоже, шутка была бородатой.

— Ничего подозрительного по пути не видели? — спросил Каравай, внимательно оглядывая спутников Натуралиста.

— Да все тихо. Но мы ответвления не проверяли, в мою задачу это не входит. И потом видишь, ребят я веду с Бауманки, они с ног валятся, да и сам двое суток не спавши.