Самурай
Шрифт:
– Там еще водоотводная труба ГЭС.
– А потом-то, крутая горка с тем полуобливным камнем, когда вся струя упирается в ту прибамбасную бочку и надо уходить на то улово с поганками? А эта отфаканная жопа тут пишет…
Что здесь, Серж, и в самом деле красиво. Ледяной панцирь Мачапучхре. Нет, дело не в мифах – система вещей и что сколько стоит, чтобы было за чем продолжать гнаться – ведь ты знаешь, Серж, что надо сломать саму машину, которая нас всех превращает лишь в винт…
– Василий, назад!
– Кинь мне весло!
– А-а… пидор…
Как хорошо, однако, входит кхукри, как славно эта бычара хрипит, пьяно мотая своей каякерской башкою! О, эти кровавые, нежно-радужные пузыри, и этот, последний, самый тонкий и самый большой, как чудесно он надувается, отражая и горы и реку.
– … убили меня.
– Ва-ся-я!!
Как наконец лопается. Нет, это же, оказывается, кайф. Знаешь, Серж, убивать – это же и вправду здорово!.
– Ыы-х…
А двоих – кайф в квадрате.
Я знаю, Серж, что шерп не предаст, а еще у него есть бинты и он мне поможет дойти до базовых лагерей. А там, глядишь, и перевалы на Дхаулагири, где я сожгу эту свою окровавленную одежду…