Чтение онлайн

— Где они? — тон Майора стал снисходительным, как это бывало всегда, когда он разговаривал с людьми из внешнего мира — с любым, кто не жил и не работал в штабе. «Ястребиное лицо» встал по стойке «смирно», и хотя он и был на голову выше Майора, он умудрялся казаться намного ниже.

— В кафетерии, сер. Они не вернуться до шести.

На все про все у нас было двадцать минут. Я не знала, зачем семья пошла в кафетерий и почему «Ястребиное лицо» точно знал, когда они вернуться, но некоторые агенты ОЭС могли одурачить любого всеми возможными способами.

Психические Изменения были самыми ценными в мире. Основным Изменением Майора считалось «ночное зрение», но многое люди верили, что он был одним из немногих с Двойным Изменением, и вторая его способность оставалась в секрете. Скорее всего, большинство Иных с двойными Изменениями скрывали свое мощное психическое Изменение за очевидным физическим.

— Кейт, ты знаешь, что делать, — сказал Майор.

Она кивнула и отправилась в кафетерий, где она сможет исследовать мысли миссис Чемберс.

«Ястребиное лицо» отошел в сторону, а Майор жестом позвал меня в палату. Как только я туда вошла, я захотела обернуться и сбежать. Но Майор был прямо позади меня, и путей к отступлению у меня не оставалось.

Мой взгляд устремился на Мэдисон Чемберс, спокойную и безмолвную, в зеленой больничной пижаме. Ее бледная кожа имела почто такой же оттенок, как белые стены, окружающие ее. Через кожу просвечивали вены, словно на ее руках были прорисованы голубые стебли. Я хотела сглотнуть, но в горле пересохло.

Тусклые белые волосы Мэдисон разбросались по подушке, словно вокруг головы был нимб. На шее была марля. Не в этом ли месте остались следы от удушения? Она казалась такой хрупкой, такой призрачной среди всех этих трубок и пикающей аппаратуры. Я отступила назад и врезалась в мускулистое тело Майора.

— Что-то не так?

А что было так? На этот вопрос была сразу куча ответов. Майор маячил позади меня, а я подошла поближе к койке. Поближе к девочке, которой нужно было умереть, чтобы я стала ею. Майор положил руку мне на плечо, но это было совсем не утешение.

— Это твой шанс проявить себя, Тесса.

— Я вырвалась от него, отряхиваясь от его хватки. Моя рука дрожала, когда я протянула ее к Мэдисон.

— Прости, — прошептала я, когда коснулась кончиками пальцев ее руки. Она была не такой теплой, как я думала. Я знала, что тело еще живое, хотя Майор, вероятно, был прав, когда сказал, что это всего лишь оболочка. Чего-то не хватало. Обычно, когда я касалась кого-то, чувствовалась определенная энергия, я могла чувствовать ее уникальность. В случае с Мэдисон я не почувствовала ничего. Но пока я стояла здесь среди пикающей аппаратуры, я могла чувствовать, как мое тело поглощает ее «данные».

Как смогли выяснить ученые из ОЭС, моя ДНК впитывала чужую генетическую структуру в свою уникальную цепь в виде спящей ДНК, которую можно при необходимости запускать. Я почувствовала знакомое покалывание в пальцах ног, когда мой мозг запоминает мельчайшие детали чьей-то внешности, а моему телу не терпится ее принять. Я подавила это ощущение. Сейчас я не буду становиться ею. Я подожду, когда у меня не будет выбора. Вскоре я смогу стать ее идеальной копией, несмотря на то, что я до сих пор ничего о ней не знала — ни о том, что ее волнует, ни о страхах, ни о мечтах. Я была просто пустой копией той девочки, которой она когда-то была.

— Вытри слезы, а потом уж выходи из палаты, — сказал Майор.

Я посмотрела вверх. Майор уже разговаривал с «Ястребиным лицом» у дверей. Я стерла влагу со щек и наклонилась к лицу Мэдисон.

— Ты должна жить, слышишь? Пожалуйста, пожалуйста, живи!

Но часть меня понимала, что в ней ничего не осталось, чтобы услышать мою мольбу.

Через несколько часов я бросилась в кровать, но уснуть так и не могла. Мэдисон застряла в моих мыслях. Я поежилась. Казалось, что мой планшет сейчас прожжет отверстие в моих бедрах. Я смотрела фильм за фильмом, а обычно это помогало мне уснуть. Но только не сегодня.

В дверь постучали. Я сняла наушники и выключила планшет. Холи повернулась ко мне спиной, дыхание ее было ровным. Он всегда отключалась ровно в 11 вечера, можно было по ней часы сверять.

Я на цыпочках подошла к двери, дрожа, потому что пяткам было холодно от плитки на полу, и тихо приоткрыла ее.

Алек стоял в коридоре. В руках у него был DVD-диск. На обложке было изуродованное лицо со шрамами, часть его была закрыта топором.

— Не хочешь новый ужастик посмотреть?

Я посмотрела на часы. Была почти полночь.

— Мы уже сто лет не устраивали ночей кино, — добавил он.

Да уж, я бы сказала, вечность.

— Я тут ни при чем, — сказала я, и мы погрузились в тишину. Кейт уничтожила наши ночи кино — нашу с Алеком традицию с тех пор, как я пришла в ОЭС.

Он опустил диск.

— Значит, нет?

Я выдернула диск из его рук и проскользнула мимо него в коридор.

— Ты позаботься о том, чего бы перекусить. А я приготовлю все остальное.

Алек догнал меня в два шага. Уголком глаза я видела его улыбку. Он задел меня, и пришлось сдержаться, чтобы не схватить его за руку.

Через несколько минут мы сидели на супер-удобном диване в общей гостиной. Было пусто и тихо, только в дальнем углу гудел торговый автомат.

Алек поставил тарелку с желейными мишками между нами и положил ноги на стол. На нем были черные джинсы и облегающая черная футболка с изображением Чаки, куклы-убийцы. Я подарила ему эту футболку, как только переехала в ОЭС. Он часто ее носил — пока не появилась Кейт. Ей больше нравилось, когда он был в скучных рубашках на пуговицах.