Чтение онлайн

Одри представила себе встречу с семьей, и ей вдруг захотелось все бросить и исчезнуть. В кабинете, расположенном в дальнем углу дома, пахло табаком и дымом. В камине краснели угли. Зак положил на них мшистые дубовые дрова. Он снял смокинг и бросил его на спинку кожаного кресла.

– Ну, что ты скажешь об этой комнате? Это личный кабинет отца. Ты, вернее Ланден, прибегала сюда, чтобы поцеловать его на ночь. – В глазах Зака были вызов и насмешка.

– Я... Нет, не помню, – призналась Одри, проводя ладонью по старому дереву стола.

– Вот это сюрприз, – продолжал издеваться Зак. – Ты первая из всех моих чудом воскресших сестренок не помнишь этот дом во всех подробностях. – Он поставил ногу на каминную решетку. – Как, хочешь поскорее отделаться и расскажешь мне заготовленную историю, или подождем остальных?

– Тебе обязательно быть таким грубым со мной?

– Это только начало. Поверь мне, я в этой семье самый ласковый.

– Я читала о тебе совсем другое, – сказала Одри, вступая в борьбу. – Непослушный сын, паршивая овца в семье, подросток, постоянно нарушающий закон.

– Это правда. И это лучшее, что можно написать обо мне, – ответил Зак сквозь сжатые зубы. – Ну, мисс Нэш, что вы нам приготовили?

– Не понимаю, зачем мне повторяться. Мы можем подождать остальных.

– Как хочешь. – Его серые глаза напоминали небо в Арктике. Зак подошел к бару. – Выпьешь?

– Думаю, не стоит.

– Снимешь напряжение. – Он выбрал бутылку скотча и налил виски в низкие хрустальные бокалы. – Поверь, тебе это понадобится задолго до того, как они закончат с тобой.

– Если ты собираешься меня запугать, то зря тратишь время.

Зак покачал головой и поднес бокал к губам.

– Просто предупреждаю.

– Спасибо, но думаю, я справлюсь, что бы они ни сказали.

– Тогда ты будешь первой.

– Вот и отлично.

Зак пожал плечами, допил виски и поставил пустой бокал в бар.

– Садись.

Он махнул рукой в сторону обитого твидом дивана, снял галстук, расстегнул рубашку и закатал рукава. На его руках и груди росли темные волосы, кожа, несмотря на позднюю осень, была загорелой.

– Просто для поддержания разговора, – сказал Зак, – во сколько нам обойдется твое молчание и отъезд домой?

– Что?

Он обжег Одри презрительным взглядом.

– Я не собираюсь верить в сказки, понятно? Это пустая трата времени. Поэтому давай перейдем к делу. Ты хочешь устроить большой скандал, шумиху в прессе, консультации с юристами и тому подобное и доказать, что ты Ланден, так? – Зак налил себе еще виски.

– Я и есть Ланден. По крайней мере, я думаю, что это так.

– Ну конечно, ты Ланден, – сказал он с издевкой.

– Не обязательно иронизировать.

– Хорошо, тогда вернемся к главному. Сколько будет стоить, чтобы ты передумала и решила, что ты все-таки Одри Нэш?

– Я и так Одри Нэш.

– Значит, ты настаиваешь на обоих вариантах?

– До тех пор, пока не докажу, что я Ланден. – Огонь в камине вспыхнул ярче, но Одри с трудом сдерживала нервный озноб. – Я не приехала бы сюда, если б не думала, что я твоя сестра.

– Единокровная сестра, – поправил Зак. – Давай будем точными. Будем придерживаться фактов. Значит, ты решила воспользоваться сходством с моей мачехой?

– Может, прежде чем судить, сначала посмотришь кассету?

– Ту самую волшебную кассету? – переспросил Зак с вызовом.

– Да, видеозапись, которая привела меня сюда.

Запись послужила поводом, но не являлась доказательством, по крайней мере, убедительным доказательством. Неожиданно она показалась Одри такой же несерьезной, как и мечты Виктора о том, что в один прекрасный день она станет богатой и знаменитой.

– Я нашла эту кассету после смерти отца. Он оставил ее мне.

– Не могу дождаться, – пробормотал Зак с сарказмом. – Но скоро мы начнем твое шоу.

Он поставил ее бокал с виски на край журнального столика со стеклянной крышкой, снова налил себе и встал у окна, наблюдая за каплями дождя, бегущими по стеклу.

Одри встала и спросила:

– Если ты не возражаешь, я хотела бы пройти в туалетную комнату.

– В туалетную комнату? – передразнил Зак. – Так это называют девушки на фермах в Монтане?

Одри несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, затем посмотрела ему в глаза.

– Тебе все это очень нравится, правда? Зак осмотрел ее с ног до головы.

– Мне ничего не нравится.

– Но ты с удовольствием издеваешься надо мной, стараешься запугать.

– Ты сама ввязалась в это. Ищи «туалетную комнату» сама. Может быть, тебе удастся вспомнить.

Одри молча схватила сумку и выскочила из комнаты. Коридор казался незнакомым, но она пошла направо, повернула за угол и остановилась, увидев нечто, что можно было бы назвать музеем семьи Дэнверс. Фотографии, награды, трофеи расположились на застекленном стеллаже.

Большая фотография в центре заставила ее задержать дыхание: Уитт, Кэтрин и Ланден. Одри зачем-то потрогала стекло, палец оставил почти незаметный след на тонком слое пыли. Кэтрин, одетая в платье цвета красного вина с длинными рукавами и открытой шеей, в бриллиантовом колье, сидела в плетеном кресле, держа на коленях улыбавшуюся Ланден. Девочке на фотографии было около трех лет. Ее розовое бархатное платьице было украшено кружевным воротничком, густые черные волосы спадали длинными вьющимися прядями. Уитт стоял за креслом, одной рукой обнимая жену с видом собственника. Он тоже улыбался в камеру.

«Папа», – подумала Одри. Неужели это ее семья? Настоящая семья. У нее защемило сердце, на глаза навернулись слезы. После всех этих лет мучительной неизвестности неужели она наконец нашла их, своих настоящих родителей? Она задержала взгляд на подбородке Кэтрин, так напоминавшем ее собственный, снова взглянула на улыбающееся личико девочки. Хотя Виктор и Шэрон очень редко фотографировали ее, когда Одри была маленькой, сходство было несомненным.

«Ты моя мама?» – беззвучно спросила она у женщины на снимке.