Чтение онлайн

– Ты уверен, что все было именно так?

– Я вам больше скажу. Расстрел дипломатической миссии – это провокация, которую организовал и оплатил сам геральд-министр, чтобы развязать руки военным.

– И ты можешь это доказать?

– Э-э… – Борис растерялся. – Под рукой доказательств нет. Мы как раз собираемся их достать. А пока – только мое честное слово.

Советник откинулся на спинку стула.

– А ты – действительно осведомленный человек. – Он с чувством склонил голову.

– В меру возможностей.

– Но что из этого? Хотите сказать, что кочевники пойдут на переговоры?

– Безусловно.

– С трудом себе это представляю. Особенно меня интересует, кто же выступит в роли дипломата. Сейчас любому титулованному чиновнику из Ривы в горах отрежут голову, не успеет он и рта открыть.

– Если в этом вообще есть какой-то смысл… – Борис почесал переносицу. – Я могу стать посредником.

– Что?! – Советник хлопнул ладонью по столу и расхохотался.

– Рад, что вас развеселил, но тем не менее… – обиженно заговорил Борис, однако Банго его прервал:

– Ты хоть понимаешь, что ты такое? Ты – ноль! Разжалованный служака с мертвой репутацией. Ты в розыске! И ты хочешь выступать от имени влиятельных финансовых кругов? От имени королевского двора?

– Я не собираюсь выступать от имени короля, – тихо, но твердо произнес Борис. – Я сказал, что буду посредником. Я добьюсь того, чтобы кечвеги хотя бы выслушали дипломатов, прежде чем резать им головы.

– Интересно, как? Нет, я прекрасно понимаю, что у офицера-оперативника есть дружественные контакты среди всякого сброда. Но речь не о том, чтобы перекинуть пару мешков товара через забор. На кону – военная политика целого государства! Что же ты такого скажешь вождю кечвегов, что он остановит на тебе хотя бы взгляд?

Борис вдруг легко, по-детски улыбнулся:

– Я скажу ему: «Здравствуй, сынок».

– Прошу прощения. – Советник уставился на Бориса и нервно заморгал. – Я что-то не расслышал…

– Вы все слышали. Вождь народа кечвегов, верховный горный мастер, урожденный Синбай Октау дэбе Горн – мой кровный сын.

Показалось, что Банго превратился в статую. Он остановил на Борисе свой буравящий взгляд и застыл. Лишь пальцы левой руки быстро выбивали дробь на поверхности стола.

– Ты смеешься надо мной, пограничник? – вымолвил он наконец.

– Если я буду над вами смеяться, то не доживу до вечера, – спокойно ответил Борис. – А я планирую прожить чуть больше. Синбай – мой сын. Проверяйте.

Советник поспешно встал, словно и впрямь собрался бежать и проверять.

– Мне необходимо провести консультации, – объявил он. – Вам же интересно будет присутствовать при одном мероприятии. Думаю, вы еще успеете. Идите во двор, там все объяснят.

– Минутку! – Борис тоже встал. – Вы еще не знаете, как было организовано нападение на дипломатическую миссию. Мы так и не поговорили о доказательствах.

– Думаю, сейчас это не важно, – отмахнулся Данго. – Расскажете в другой раз. До скорой встречи.

И он стремительно направился к выходу. Но в дверях вдруг остановился, обернувшись к Борису.

– А все-таки наши интересы пересеклись, пограничник.

– Я этому безумно рад, господин советник, – почтительно ответил Борис.

– Да черт возьми, он меня даже не выслушал! – прошипел Борис, когда они спускались по лестнице.

– Не волнуйся, еще расскажешь, – ответил Степан. – Мне показалось, ты и так его сегодня достаточно удивил.

– Интересно, на какое мероприятие он нас позвал. Надеюсь, нас не станут посвящать в члены братства.

– А это плохо?

– Плохо быть в списках, в которые ты не напрашивался. Свобода выбора всегда приятней.

Они не успели придумать никаких новых версий. У крыльца их ждал все тот же неприметный монах.

– Все подготовлено, – проговорил он, показывая на легкую повозку, запряженную коренастой лохматой лошадкой. – Умеете управлять?

– Да уж справимся, – угрюмо ответил Борис. – Куда едем?

– Через мост, а дальше – прямо по дороге. Не заблудитесь. Или дать проводников?

– Не надо. Что там?

– Вы все увидите, если поторопитесь. Обратно не спешите, можете посидеть в таверне, если угодно. Но к вечеру будьте здесь.

Монах ушел.

– Задолбали своими понтами, – пробормотал Борис, устраиваясь на брикетах прессованного сена. – Почему нормально не сказать что к чему, обязательно надо пальцы гнуть…

Повозку с готовностью пропустили через ворота. Дорога проходила через уютные кудрявые заросли, где гулял прохладный ветерок и пели птицы.

– А вообще, Степа, Бог нас бережет, – сказал Борис. – Ты хоть понял, что сейчас произошло?

– Приблизительно. Кажется, ты получил того влиятельного союзника, о котором грезил.

– Не совсем того, – вздохнул Борис. – Я бы предпочел из правительства, а не из мафии… Но и так неплохо. Пока мы им нужны, мы в безопасности.

– Мне показалось, им нужны не мы, а твои связи с кечвегами.

– Да плевать. В сухом остатке им нужны даже и не кечвеги, им нужен металл! Очень нужен. Они сейчас пойдут на любые издержки, чтобы вписаться в индустрию.

– Откуда такая уверенность?

– Сурган, Степа! Все определяет Сурган – огромная страна к востоку от нас. Я был там год назад и видел колоссальные территории, засеянные рапсом. Ты знаешь, зачем нужен рапс?

– Вроде как для удержания структуры почвы в рабочем состоянии. Такая нейтральная культура, чтобы хоть что-то, но росло.

– Нет, Степа. Такие мелочи, как перспективная агротехника, там никого не интересуют. Рапс – это масло, которым можно кормить дизельные двигатели. И этого масла будет много, очень много.