Чтение онлайн

Как можно быстрее он связался с биолоцманами, нутром чуя, что те не должны были поддаться общему безумию. Всё-таки экстрасенсы. Они могли, как никто, подавлять негативные эмоции и управлять остальными, могли видеть подоплёку и скрытые сущности, могли если и не объяснить, то, по крайней мере, дать оценку. Опередил он их буквально на секунду. Те тоже хотели связи.

– Сергей, что у вас?

– Что-то несусветное творится, кэп, - тут же отозвался ведущий биолоцман, экстрасенс в третьем поколении. Общая вакханалия их, биолоцманов, не коснулась, тут капитан оказался прав. Только отчего-то дико трещала голова, но симптомы, слава богу, известны.
– Врубай пси-защиту на полную, иначе пропадём! К нам уже ломятся!..

– Держитесь!
– только и ответил.

Блэк-излучение. Как он и думал. И без колебаний потянулся к соответствующему тумблеру на вспомогательном пульте. А тут и старпом подоспел. Только не за помощью или советом. Безумный взгляд, весь в крови, своей или чужой, не разберёшь, потянулся к нему, вытянул руки, как зомби из фильма ужасов, в глазах застыло лишь одно - убивать! Напиться чужой крови. До краёв! Не раздумывая ни секунды, капитан выхватил штатный парализатор и коротким импульсом уложил сошедшего с ума человека на палубу и отрешенно смотрел некоторое время на неподвижное тело. Бред, мать твою! Потом перевёл взгляд ниже, на операторскую, ставшую к тому времени местом настоящего побоища. Крови там - до ужаса. Но сейчас ему было не до посыпания головы пеплом. Экипаж сошёл с ума, это уже ясно. Но он, как капитан, отвечал за безопасность вверенного ему сектора и боеспособность самой "матки". Почему он не поддался всеобщему безумию, не кинулся в общую свалку и никого не рвал зубами, волновало его в эту минуту мало. Нет, значит, нет. Разбор полётов будет потом, если он вообще состоится. А сейчас надо действовать, чтобы безопасность эту обеспечить. И он начал действовать. Как подсказывали Устав и честь командира, боеспособного офицера, оставшегося, фактически, один на один с коварным и безжалостным врагом...

А тем временем "Руанда", линкор сопровождения и огневой поддержки, завершил манёвр сближения и тут же задействовал всё смертоносное, что у него имелось. На "Руанде" всеобщее безумие приняло иную форму - экипаж, наоборот, действовал чётко, слаженно и оперативно. Никакого побоища и мордобития, полное подчинение и осознание того, что перед ними стояло. Сейчас они были воинами, единым строем, плечом к плечу, вставшими на пути врага. Перед ними была цель - алгойская "матка" во всей своей красе и неповторимости (то, что это земной "Энгон", у экипажа линкора даже и в мыслях не было, несмотря на многие противоречия. Сейчас это был прежде всего враг!). Коротко отдавались соответствующие команды, по экранам ползли данные телеметрии, туша линкора окуталась защитным полем. Он готовился к бою, готовился уничтожить цель. И судно подобного класса обладало для этого всем необходимым. "Руанда" хищно нацелилась на "Энгон". Однако и тот ответил взаимностью, ибо автоматика и компьютеры всё же ва-гуалу были неподвластны, хотя в данном конкретном случае и зря. Оба земных подпространственника неумолимо сближались, как два могучих хищника перед неминуемой схваткой, и кто из них одержит верх, а кто испустит дух - дело лишь в возможностях каждого. И отчасти во времени.

Кульминация всего, а с ней и финал, приближались. Так же неумолимо и неизбежно. И отсрочить его никому не было под силу. Разве что Энее, найденной Баевым где-то на задворках Вселенной. Но она смертельно боялась того, что ей и самой было непонятно и до ужаса отвратительно. Всей её загадочной сущности. Она с детской непосредственностью пока что ещё пряталась где-то там, натянув спасительное одеяло отчуждённости до самых глаз, не забыв, правда, при этом и их крепко-накрепко зажмурить.

Что и сказать, вино было превосходным. Давно Нун Гаан не испытывал столько положительных эмоций сразу: тут и расслабленность, и умиротворение, и леность, и что-то ещё, совсем уж позабытое. Редко ему, как главкому, выпадали такие вот минуты - посидеть за одним столом с самыми надёжными и преданными командирами, что не на словах, как многие, а на деле, доказали, что они по праву носят уважительное звание эрконов (дословно, с алгойского - реальный командир). И он, как Верхний адмирал, был горд за них - это были его ученики, а в будущем, возможно, и преемники. Если, конечно, война с этими треклятыми землянами пойдёт не так, как планировалось Вседержателями. А предпосылки, видит Священный Ал-Гоой, к тому имелись. Это был, пожалуй, единственный чёрный мазок на общем светлом фоне его в целом благодушного настроения.

Они, сочетая полезное с приятным, сейчас отдыхали. Иногда говорили о политике, о войне, но больше касались тем, которые считались нейтральными, - всё же в данный момент они не на совещании в штабе группировки, не на командном мостике своих воителей, а в гостях у командующего, который позвал их отобедать и просто составить ему компанию. Да и дел важных не было. Так, делишки, которые могут пока что и обождать. Позиционная война сама по себе вещь затяжная, это надолго, но особого беспокойства она пока что не вызывала. Два враждебных флота застыли друг перед другом, отдувались, в основном, истребители и штурм-крейсы, а основные операции велись там, на планете, и вот там действительно было жарко. По-большому, там был ад. Мясорубка.

Принесли десерт, а с ним и курительные трубки. Расслабленность достигла апогея, заторможенность и какая-то апатия постепенно брали своё. Хотелось пребывать в таком вот благодушном состоянии вечно, и плевать на эту войну и всё, что с ней связано. Но, как это обычно бывает, идиллию прервали в самый неподходящий момент. На пороге, словно из воздуха, материализовался адъютант, возникнув среди их славного застолья, как незваный хруум на обыкновенной пирушке, слюнявясь на выпивку и соответствующую закуску. Он истуканом застыл рядом со столом, вылупив глаза, явно при этом не понимая, что сейчас делает. А нарушал он покой, расслабленность и хорошее настроение всех присутствующих. Но в первую очередь самого адмирала, конечно.

– Ну?
– раздражённо поинтересовался последний, только-только поднявший бокал во здравие боевых товарищей и попутно за успешный исход всей кампании. Как все алгойцы, землян он ненавидел, но сейчас не смог сказать бы точно, кого в эту секунду он ненавидел больше - этих теплокровных выскочек или собственного адъютанта. Ну, болван, если что-то несущественное, вышвырну в открытый космос, решил адмирал и отпил из фужера, потому что уже было наполнено и тост произнесён.

Командир Центральной группировки Когтя, Со Саал, расположившийся по правую руку от главкома, позволил себе воспользоваться моментом и откинулся на мягкую спинку кресла, вложив спинной гребень в специальные пазы. Сидеть в постоянно напряжённой позе доставало. Но то требовали приличия и негласный этикет, уж от этого никуда не денешься, и пусть у них с адмиралом доверительные и почти дружеские отношения, но всё же... У алгойцев очень развита субординация, в этом отношении их раса была консервативней некуда. Мало кто это понимал, ещё меньше догадывался.

Хал Раал, сидевший слева от хозяина, как раз понимал. Цивилизация, основанная на консерватизме и закостеневших со временем устоях, малоподвижна, порочна и в конечном итоге обречена на деградацию. Он только-только начал поднимать эту щекотливую тему (ненавязчиво и, Всесущий упаси, без эмоций и нервов), как появился этот придурок в лице адъютанта. И он снова ушёл в тень. Отвечающий за общую безопасность флота, он и был как тень. Незаметным, безликим, но вездесущим и всезнающим. И многое бы отдал, чтобы в такой вот ипостаси пребывать и дальше. Да только неисповедимы пути Вещего Ал-Гооя...

– Ну?
– более внушительно повторил адмирал и стрельнул взглядом в подчинённого, который отчего-то переминался, словно не знал, с чего начать.

– Мой адмирал!
– начал он наконец, но тут же поперхнулся следующей фразой.
– Э-э... Люди...Земляне...

– Да что там стряслось?!
– зазвенел металлом голос главкома.
– Что люди? Что Земляне? Перешли в наступление? Захватили артефакт?

– Никак нет!
– щёлкнул каблуками адъютант. Окрик начальства привёл беднягу в чувство, вернул трезвость мысли и соответствующую реакцию.
– На данный момент они истребляют друг друга!

Более нелепого и несуразного ответа с точки зрения логичности и закономерности всего происходящего ранее отыскать было сложно. Даже невозможно.

– Что?
– не понял Нун Гаан и в свою очередь вытаращился на адъютанта.

– Как?
– встрепенулся и Раал, возвращаясь в реальность.

Командир же Центральной группировки просто застыл с открытым ртом, куда так и не донёс бокал с вином. Ему показалось, что он просто ослышался.

Все трое неверяще, изумлённо смотрели на вновь застывшего адъютанта, в чьи непосредственные обязанности как раз и входило сообщать все новости. К счастью, не всегда плохие. Иногда даже очень и очень хорошие...