Чтение онлайн

Король Касмир улыбнулся и коснулся короткой белокурой броды. — Быть может лучше соединить первую дочь короля Одри, принцессу Хлою, с моим племянником, сэром Нонусом Римским.

— Мы обязательно передадим ваше предложение двору в Авалоне.

Король Касмир отпил из кубка; послы дипломатично отпили вслед за ним. Король Касмир внимательно оглядел их.

— Быть может вы простые посыльные? И не можете вести настоящие переговоры?

— Мы можем вести настоящие переговоры, — ответил сэр Миллифор, — но в пределах наших полномочий. Быть может вы выскажите ваше предложение простыми словами, без всяких умолчаний.

Король Касмир взял кубок обеими руками, поднял его к подбородку и уставился на послов поверх него.

— Я предлагаю собрать всю силу Даута и Лайонесса, отдать объединенную армию под мое командование, обрушиться на ска и сбросить их в море, а потом подчинить кельтов. Одри или я, кто-то из нас умрет первым. Выживший будет править объединенным королевством, королевством Древних Островов, как правили в древности. Моя дочь, принцесса Сулдрун, выйдет замуж за принца Доркаса. Женитьба моего сына, принца Кассандра, зависит от обстоятельств.

— Ваше предложение имеет много общего с нашей позицией, — сказал сэр Ленард. — Однако король Одри предпочитает сам командовать военными операциями, которые будут проходить на територии Гаута. Во-вторых—

Переговоры продолжались еще час, но только подчеркнули взаимную непреклонность. Так как на большее рассчитывать не приходилось, переговоры закончились вежливо, но безрезультатно. Послы ушли, чтобы отдохнуть перед вечерним пиром, и король Касмир задумчиво сидел у стола, в одиночестве. Сулдрун в задней комнате смотрела на него не отрывая глаз, и с ужасом увидела, что он взял один из канделябров, повернулся и тяжелыми шагами направился к кладовой.

На мгновение она застыла, как парализованная. Сейчас он узнает, что она все слышала! Она бросилась в угол, за какой-то тюк, и прикрыла сверкающие волосы куском старой ткани.

Занавески дрогнули; по комнате побежали лучи света.

Сулдрун съежилась, ожидая грозного рыка короля. Но он стоял молча, расширив ноздри, возможно ощущая аромат лавандового саше, в которое клали одежду Сулдрун. Касмир поглядел через плечо, потом подошел к задней стене. Достав из щели тонкий железный стержень, он вставил его в отверстие, находившееся на уровне колена, потом в другое, немного выше. Дверь открылась, испустив свет, дрожащий и почти осязаемый, который вспыхивал то фиолетовым, то зеленым. Из комнаты потекла волнующая волна магии. Что-то закричали два высоких пронзительных голоса.

— Молчать! — сказал король Касмир. Он вошел внутрь и закрыл за собой дверь.

Сулдрун выскочила из угла и вылетела из задней комнаты. Пробежав через Зал чести, она проскользнула в Великий зал, а потом в Длинную галерею. Потом, уже спокойно, она пошла в свои комнаты, где нашла даму Магелин, которая сделала ей выговор за смятое платье и запачканное лицо.

Сулдрун вымылась и переоделась в теплую одежду. Взяв руки лютню, она подошла к окну и сделала вид, что занимается; при этом она так яростно дергала за струны, что дама Магелин всплеснула руками и куда-то ушла.

Оставшись одна, Сулдрун отложила лютню и села, глядя на ландшафт за окном. Было уже далеко за полдень, погода прояснилась; на мокрых крышах Лайонесса сверкал солнечный свет.

Медленно, происшествие за происшествием, Сулдрун перебирала в памяти события дня.

Три посла из Даута почти не заинтересовали ее, хотя нет, они хотели увезти ее в Авалон и выдать замуж за какого-то незнакомца. Никогда! Она убежит, станет крестьянкой или бродячим менестрелем, или будет собирать грибы в лесу! Сама по себе тайная комната в Зале чести не была чем-то необычным или удивительным. На самом деле она только подтвердила ее наполовину оформившиеся подозрения о короле Касмире, обладавшим такой абсолютной и ужасной властью!

В комнату влетела дама Магелин, тяжело дыша от возбуждения.

— Ваш отец приказывает вам придти на пир. Он хочет, чтобы вы выглядели так, как должна выглядеть настоящая прекрасная принцесса Лайонесса.

Вы слышите? Немедленно одевайте голубое бархатное платье и лунные камни. И не на секунду не забывайте об этикете! Не крошите хлеб и пейте как можно меньше вина. Говорите только тогда, когда к вам обращаются, отвечайте вежливо и не глотайте слов. Не хихикайте, не чешитесь и не крутитесь на стуле, как если бы у вас зачесалась попа. И, конечно, не рыгайте и не булькайте, пейте мелкими глотками. Если кто-нибудь пустит ветры, на обращайте внимания и не пытайтесь его порицать. И следите за собой; нет ничего более заметного, чем пукающая принцесса. Идемте! Я должна расчесать вам волосы.

Утром Сулдрун пришла в библиотеку, но мастера Джеймеса опять не было, и на следующий день и на следующий. Сулдрун слегка обиделась. Несмотря на болезнь он должен был связаться с ней.

Она специально целую неделю не ходила в библиотеку, но все равно не получила ни слова от мастера Джеймеса.

Наконец Сулдрун забеспокоилась и пошла к даме Боудетте, которая немедленно послала лакея в маленькую невзрачную келью в Западной башне — жилье мастера Джеймеса. И лакей нашел мастера Джеймеса, лежащего на тюфяке, мертвого. Его горячка перешла в воспаление легких, и он умер, чего никто не заметил.

ОДНИМ ЛЕТНИМ УТРОМ, незадолго до десятого дня рождения, Сулдрун вошла в гостиную на третьем этаже приземистой и старой Совиной башни. Здесь проходили уроки танцев. Быть может это было самое красивое помещение во всех Хайдионе. Навощенный березовый паркет отражал свет, лившийся из трех высоких окон, задрапированных жемчужно-серым атласом. Вдоль стен стояла мебель, обитая бледно-серой и розовой материей; на всех столах всегда находились свежие цветы — об этом заботилась госпожа Лалетта. Здесь учились восемь мальчиков и восемь девочек, все из лучших семей королевства; по возрасту — от восьми до двенадцати лет. Сулдрун считала группу смешанной: некоторые приятные, другие скучные и тупые.

Госпожа Лалетта, стройная темноглазая женщина, благородного происхождения, но без особых надежд на будущее, обучала их хорошо и никого не выделяла; Сулдун тоже относилась к ней равнодушно.

В то утро госпожа Лалетта чувствовала себя плохо и не могла преподавать. Сулдрун вернулась к себе и обнаружила даму Магелин, лежавшую на кровати Сулдрун; ее оседлал крепкий юный лакей по имени Лопус.

Сулдрун с испуганным интересом наблюдала за ними, пока дама Магелин не заметила Сулдрун и не закричала в полный голос.